18+

Бывший вице-мэр ответила на вопросы Тверского суда 12 декабря

Бывший заместитель главы городской администрации Екатерина Химич ответила на вопросы Тверского суда по существу дела экс-главы Владивостока Игоря Пушкарёва, бывшего директора МУПВ «Дороги Владивостока» Андрея Лушникова и ранее возглавлявшего холдинг «Востокцемент» Андрея Пушкарёва 12 декабря.

Участников судебного процесса интересовали вопросы, связанные с деятельностью муниципальных предприятий в то время, когда главой Владивостока являлся Игорь Пушкарёв.
Как сообщила Екатерина Химич, после того, как Игорь Пушкарёв был избран главой города, состоялось совещание по определению дальнейшей работы МУПов. 

«Позиция Игоря Сергеевича по поводу муниципальных предприятий (которые уже созданы) всегда была такой:  МУПы должны работать, выполнять те задачи, которые определены уставом, причём выполнять их на должном конкурентном уровне и даже быть примером для тех, кто работает в аналогичной сфере,- отметила свидетель. - Их учредителем является администрация города, а учредитель всегда может определять основное направление деятельности. Именно через такое влияние и можно выводить на качественное оказание услуг в конкурентных условиях».

Отвечая на вопросы защитников, свидетель подчеркнула, что Игорь Пушкарёв никогда не давал поручений о создании особых условий для МУПВ «Дороги Владивостока» при проведении аукционов. 

«Я даже не могу допустить мысли, что Игорь Сергеевич мог ставить такие задачи. Доказательством того, что администрация Владивостока соблюдала требования законов является то, что администрация неоднократно получала дипломы со степенями «Высокая прозрачность закупок» и «Гарантированная прозрачность закупок». Это высшая степень. Сертификаты выдаёт не государственный исследовательский центр, который анализирует все закупки в стране, проводимые муниципальными и государственными органами власти. В разное время он поддерживался Федеральной антимонопольной службой и Торгово-промышленной палатой. Эти сертификаты очень уважаемы и значимы», - заявила Екатерина Химич

Также свидетель подчеркнула, что не существует законодательных требований закупать строительные материалы по определённым ценам, включая указанные в справочниках РЦЦС.

Далее вопросы стороны защиты касались реорганизации МУПВ «Дороги Владивостока». Также в ходе заседания адвокат Константин Третьяков попросил Екатерину Химич охарактеризовать работу Игоря Пушкарёва на посту главы Владивостока. 

«Это не моё мнение, это общеизвестный факт, который транслируется в социальных сетях, это мнение также совсем недавно прозвучало в выступлении временно исполняющего обязанности губернатора Приморского края Олега Кожемяко. О том, что пик развития Владивостока пришёлся на период, когда главой был Игорь Сергеевич. Главным его достижением является то, что Владивосток из серого, неумытого города с колоссальным объёмом проблем стал городом, в котором приятно жить. Доказательством тому, прежде всего, может служить демографическая ситуация. Ведь начиная с 2012-2013 года у нас прекратился демографический спад, появился прирост. И это произошло не только из-за увеличения рождаемости, у нас сократился отток населения. За счёт чего это достигнуто? По каждому направлению жизни города принимались действенные и нужные населению решения. Один из вопросов местного значения – это дошкольное образование. Задачей номер один для Игоря Сергеевича было обеспечение детей местами в детских садах. На май 2008 года ситуация с детсадами была такова, что мамочки, вставшие в очередь на путёвки в дошкольные учреждения, отправляли ребёнка в школу, не побыв в детском саду и дня. Просто очередь не подошла. Был чудовищный дефицит мест. За период работы Игоря Сергеевича построено 24 детских сада, 2 школы, 3 поликлиники, освещение на улицах с 3 000 фонарей выросло до 46 000, были отремонтированы сотни километров дорог, построены новые, реконструировано и возведено более 20 скверов, Огромное количество по каждому вопросу местного значения я вам могу называть. Самое главное, что город расцвёл. И стал городом для людей. Как и хотел Игорь Сергеевич», - отметила Екатерина Химич

Допрос свидетеля Екатерины Химич

Судья: Устанавливается личность свидетеля. Свидетель, назовите вашу фамилию, имя, отчество.

Химич: Химич Екатерина Александровна.

Судья: Личность свидетеля установлена. Я вам разъясняю, что вы приглашены в качестве свидетеля для дачи показаний по делу в отношении Пушкарева Игоря Сергеевича, Пушкарева Андрея Сергеевича, Лушникова Андрея Вадимовича. Как свидетель вы вправе не свидетельствовать против себя, своих близких родственников и иных близких лиц. Предупреждаетесь об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, отказ и уклонение от дачи показаний по статьям 307–308 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вы вправе, если не владеете русским языком, являться на допрос с переводчиком, заявить отвод переводчику, являться на допрос с адвокатом, пользоваться мерами государственной безопасности в случаях, когда это предусмотрено уголовным процессуальным законом, подавать ходатайство, делать замечания и заявления по поводу действия председательствующего участника процесса. Вам понятны ваши права и ответственность?

Химич: Да, мне все понятно. 

Судья: Распишитесь, пожалуйста, в подписке, которую вам сейчас предоставят.

Представитель Приморского краевого суда: Фамилия, имя, отчество, число и подпись.

Химич: Без очков…

Представитель Приморского краевого суда: Сегодня 12 декабря. Полностью, полностью. 

Химич: Угу. 

Представитель Приморского краевого суда: Пишите число и подпись. 12 декабря 2018 года. 

Химич: День Конституции. 

Представитель Приморского краевого суда: Подписка взята.

Судья: Спасибо большое. Екатерина Александровна, поясните, пожалуйста, вы какое-то отношение имеете или имели к МУПВ «Дороги Владивостока», признанному потерпевшим по делу?

Химич: Нет, не имела.

Судья: Нет.

Химич: Не имела.

Судья: Угу. Пушкарев Игорь Сергеевич вам знаком? 

Химич: Да, знаком. 

Судья: В двух словах охарактеризуйте сложившиеся с ним отношения.

Химич: Служебные, рабочие отношения. 

Судья: Пушкарев Андрей Сергеевич вам знаком?

Химич: Ну скорее знаком. Не могу сказать, что у нас были какие-то отношения. 

Судья: Лушников Андрей Вадимович вам знаком?

Химич: Да, знаком, служебные отношения.

Судья: У вас не было никаких конфликтов с данными подсудимыми, в силу которых вы можете их оговорить, дать недостоверные показания в отношении их?

Да, Екатерина Александровна, слышно нас? 

Химич: Да, сейчас слышно. 

Судья: Да-да. Поводов для оговора подсудимых у вас нет? 

Химич: Поводов для оговора не имеется. 

Судья: Не имеется. Пожалуйста, защитники, какие у вас вопросы будут к свидетелю?

Третьяков: Екатерина Александровна, добрый день. Добрый вечер уже, наверное, по-вашему. Меня зовут Константин Третьяков, я адвокат, защищаю Игоря Сергеевича Пушкарева. Ну стандартный вопрос: хорошо ли меня слышно? 

Химич: Слышно хорошо.

Третьяков: Отлично. Давайте начнем с того, что вас связывает, связывало с администрацией города Владивостока и в какой период вы работали в этой организации? 

Химич: Я работала в администрации города Владивостока с июня 2008-го по сентябрь 2018 года. Трудоустроена я была на должность начальника правового управления, в 2010 году была переведена на должность заместителя главы, в 2012 году была переведена на должность первого заместителя главы, и в этой должности я продолжала работать до 2018 года. 

Третьяков: Подскажите, пожалуйста, что входило в ваши должностные обязанности?

Химич: Если сказать коротко, я была заместителем главы по правовым вопросам. 

Третьяков: Вам известно что-нибудь о таком муниципальном автономном учреждении, как «БОСДВ»? 

Химич: Да, мне известно, что администрации города Владивостока была учредителем такого автономного учреждения. 

Третьяков: Как оно полностью называется?

Химич: Могу ошибиться, если я правильно помню – «Благоустройство, содержание городских дорог». Что-то примерно так.

Третьяков: Понял. Подскажите, какие-то подробности создания этого учреждения вам известны? Например, кто инициировал эту процедуру и по какой причине было принято такое решение? 

Химич: Это муниципальное автономное учреждение было создано в январе 2009 года. Я к его созданию не имела никакого отношения и не могла иметь, потому что с ноября 2009 года я находилась в отпуске по беременности и родам. 

Третьяков: Угу.

Химич: Но на следствии мне настойчиво задавали вопросы по поводу этого учреждения, даже была произведена очная ставка. В этой связи я сочла необходимым изучить: а кто же инициировал и, собственно говоря, почему создание этого учреждения? Потому что я ожидала, что будут вопросы еще. Мне удалось выяснить… Через управление делопроизводства администрации города Владивостока я подняла первоначальный пакет документов о создании этого учреждения. Мне удалось выяснить, что инициатором создания выступал начальник управления содержания жилищного фонда и городских территорий Демичев Павел Валентинович. Почему он инициировал создание сего учреждения, здесь нам, наверное, нужно немножечко окунуться в историю города и вспомнить, что еще в 2007 году Владивосток был определен местом проведения встречи глав государств и правительств стран, входящих в форум АТЭС, Азиатско-Тихоокеанский регион. И для проведения этого масштабного международного мероприятия город нужно было готовить. Все задачи, стоящие перед страной, были разделены на три составляющие: те задачи, которые решает федерация, те, которые решает субъект, и те, которые решает муниципалитет. Большая часть задач, стоящих перед муниципалитетом, сводилась к благоустройству города. Это приведение в порядок дорог, строительство каких-то туристических зон для тех людей, которые прибудут, ну и, безусловно, для населения города. То есть большая часть касалась именно благоустройства. Павел Валентинович Демичев, в то время возглавляющий управление… вот я назвала время создания и название, и из названия понятно, что это управление занималось всем, начиная с текущих крыш в многоквартирных домах, потому что они отвечали за содержание жилого фонда, и заканчивая ямами на дорогах. И поскольку нужно было решать проблемы, связанные с благоустройством, оперативно и срочно, он учел практику действующего тогда в Российской Федерации… (а тогда уже по стране было много автономных учреждений, которые работали вот в сфере дорожного хозяйства) и предложил создать у нас, на территории Владивостока, такое учреждение. И оно было в итоге создано. 

Третьяков: Угу. Буквально два слова про эту практику на территории РФ. А какой-то регион можете назвать конкретно? Где, допустим, такие?

Химич: Ну самый ближайший к нам – Сахалин. 

Третьяков: Там такая же схема была, да? Правильно я вас понял? 

Химич: Была такая же, да. 

Третьяков: Подскажите, пожалуйста, а почему именно такая форма? Чем она была удобна? Какие преимущества давала такая форма в сфере ремонта, строительства и благоустройства? 

Химич: Эта форма была удобна тем, как размещались в первую очередь заказы на выполнение работы. Когда заказчиком выступала администрация, мы проводили торги, отбирали подрядчиков и зачастую уже тогда сталкивались с недобросовестными и некачественными работами. Самое страшное было, когда подрядчики побеждали на аукционах и вообще не приступали к выполнению работ. Подрядчики побеждали на аукционах, начинали выполнение работ и бросали. Примером могут служить подряды на очистку территорий города от снега, когда через две недели после выполнения контракта выпал снег и самый (неразборчиво) район города с численностью населения 150 тысяч человек остался с неубранными территориями, потому что подрядчик сказал, что у него кончились деньги. Вопиющим фактом было, когда подрядчик, выигравший аукцион на строительство дороги, получил аванс (что-то около 270–275 миллионов рублей), не отработал его и скрылся. Да, конечно, администрация принимала меры против недобросовестного подрядчика, да мы, безусловно, расторгали контракты с недобросовестным подрядчиком, мы взыскивали эти деньги (кстати, с того, кто не построил дорогу, в общей сложности с учетом штрафных санкций было взыскано почти миллиард рублей) и даже потом включали в реестр недобросовестных поставщиков услуг, но это все долго. Муниципальное автономное учреждение в соответствии с федеральным законом об автономных учреждениях имеет право отбирать подрядчиков без торгов. 

Третьяков: Угу.

Химич: Они изучали историю деятельности предприятий, они изучали материально-техническую базу, возможности, в конце концов, наличие необходимых специалистов. И могли оперативно подключать контракты и производить работы. Это в большей степени провоцировало результат. Ну и, кроме того, наверное, немаловажно, что это учреждение работало на основании выданных муниципальных заданий, а муниципальное задание для учреждения рассчитывается без учета надбавок, связанных с прибылью и вытекающими отсюда последствиями. Поэтому, выдавая муниципальные задания автономному учреждению на те или иные работы, администрация еще (неразборчиво). 

Третьяков: Угу. Скажите, пожалуйста, буквально уточнение вашего ответа. Вот по поводу этого недобросовестного подрядчика, с которого взыскали более миллиарда или около миллиарда рублей, как вы сказали. А администрация смогла получить потом эти деньги? Реально, фактически получить? 

Химич: Нет, администрация не смогла, это решение суда не было исполнено в связи с невозможностью его исполнения. Исполнительное производство было прекращено. 

Третьяков: А как же с этой работой, которую должен был выполнить этот подрядчик? Кто-то доделывал ее или что?

Химич: Через несколько лет администрация города изыскала в бюджете деньги на строительство этой дороги заново. Были проведены торги, и МУПВ «Дороги Владивостока» ее построило. Но… 

Третьяков: МУПВ «Дороги Владивостока» построило, правильно я вас услышал, да? 

Химич: Да, МУПВ «Дороги Владивостока». И между первыми торгами и моментом, когда была построена дорога, прошло, если я правильно помню, где-то 3-4 года.

Третьяков: Угу. Подскажите, а вот само вот это МАУ «БОСДВ» – это какая-то уникальная такая организация? В том смысле, что она была единственная для Владивостока? Или в каких-то других сферах аналогичные предприятия тоже присутствовали? 

Химич: Аналогичные учреждения были, например, муниципальное автономное учреждение «Центр культуры «Владивосток».

Третьяков: Угу, я понял. Вы не вспомните, каков вот общий период был деятельности этого МАУ «БОСДВ»? Сколько оно проработало?

Химич: Насколько я помню, оно проработало около двух лет.

Третьяков: А в связи с чем было решено ликвидировать это учреждение? Можете как-то более подробно все это рассказать? 

Химич: Дело в том, что, я уже говорила, опыт учреждения МАУ был заимствован от других субъектов, и вот к этому периоду времени уже стала накапливаться база решений антимонопольной службы в отношении автономных учреждений, где антимонопольная служба усматривала определенные нарушения в их деятельности. И аналогичное решение было вынесено в отношении МАУ «БОСДВ». Антимонопольная служба обязала нас внести изменения в устав учреждения, и основное вот в этих решениях было то, что автономное учреждение должно было состоятельно производить работу. Тогда у нас возникла конкуренция, кто же все-таки, какое предприятие или учреждение будет работать на территории города. И поскольку речь шла о том, что нужно непременно единственным способом размещать закупки через торги, было принято решение полностью отказаться от деятельности учреждений, чтобы администрация осуществляла закупки только на торгах. 

Третьяков: Угу. Я понял. Подскажите, вот как юрист, вы не помните, какие именно основания легли в основу принятия вот этого решения, то есть о ликвидации «БОСДВ»? В плане того, что было признано нарушением, какие именно нарушения были выявлены?

Химич: Насколько я помню, это то, что автономные учреждения должны либо самостоятельно оказывать услуги, либо так же проводить отбор на конкурсных каких-то условиях.

Третьяков: Угу. Далее…

Химич: А возможно, я не в полной мере воспроизвожу это решение. 

Третьяков: Хорошо, тут нет вопросов. Нет, вопросы есть, в смысле в этой части нет, извините. Давайте перейдем к муниципальным унитарным предприятиям. Что вам известно о деятельности такого муниципального предприятия, как МУПВ «Дороги Владивостока», о котором мы сегодня говорим?

Химич: Вообще, о существовании муниципального предприятия «Дороги Владивостока» я узнала в 2008 году. В июле 2008 года в администрации началась целая серия совещаний, на которых рассматривались итоги, что ли, деятельности, или презентация, потому что новый глава, новая администрация. Презентация всех действовавших тогда муниципальных предприятий. Приходили руководители, отчитывались за свое материально-физическое состояние, финансовое состояние, рассказывали, чем они занимаются, чем они могут заниматься, какие видят перспективы либо не видят таковых. И тогда по результатам вот этих совещаний в отношении каждого муниципального предприятия принимались решения. Часть предприятий была ликвидирована – такие предприятия, которые не участвовали в решении вопросов местного значения. Ну, например, было предприятие «Муниципальная стеклотара». Оно осуществляло прием пустой стеклянной тары и реализовывало ее. То есть к деятельности органов местного самоуправления вообще никакого отношения не имело, поэтому оно и было ликвидировано. Были предприятия, которые занимались узконаправленной деятельностью, но для того, чтобы в рамках оптимизировать систему МУПа, эти предприятия (неразборчиво). Так вот появилось МУПВ по муниципальной недвижимости. Но оставались предприятия, которые были необходимы для решения вопросов местного значения, которые исполняли функции именно в тех направлениях, в которых работают органы местного самоуправления. Это, допустим, МУП «Некрополь» – ритуальные услуги. Это ВПОПАТ – пассажирский транспорт. Это предприятие электрических сетей. В основном они связаны с названием, в том числе МУПВ «Дороги Владивостока». Вот тогда я впервые узнала о существовании такого предприятия. 

Третьяков: Угу. Вы не припомните позицию Игоря Сергеевича Пушкарева относительно вот муниципальных предприятий, в частности МУПВ «Дороги Владивостока»? Как он вообще как-то комментировал, какие решения принимались, какова была его официальная позиция? 

Химич: Игорь Сергеевич всегда… его позиция была в отношении всех предприятий, которые вот остались по результатам работы тех совещаний, что если они есть, то предприятия должны работать, выполнять те задачи, которые определены уставом, выполнять их на должном конкурентном уровне и быть образцовыми для тех, кто работает в аналогичной сфере деятельности.

Третьяков: Угу.

Химич: Потому что… то есть эти предприятия должны были стать таким образцом правильной организации по качественному выполнению работ, и на них должны были смотреть и как бы равняться основные конкуренты. 

Третьяков: А почему именно на них делалась ставка? Можете вот как-то прокомментировать эти вещи? 

Химич: Ну потому что это предприятия, для которых администрация являлась учредителем, а учредитель всегда может определять основные направления деятельности. То есть вот через такое влияние и можно было каким-то образом выводить на качественное оказание услуг, но на приемлемых условиях.

Третьяков: Угу. Я понял. По поводу финансовых показателей МУПВ «Дороги Владивостока» вам что-то известно? Какими они были, какими стали? Какие решения рассматривались в отношении именно МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Химич: Вот на том совещании, о котором я говорила, когда рассматривались все предприятия, я помню, что директор именно этого предприятия единственный из всех озвучил, как мне показалось в то время, их задолженность, которая у них имелась, в районе 20–25 миллионов рублей (я точно не назову). Именно поэтому тогда я запомнила эту сумму. Потом, на протяжении моей работы в администрации, периодически на совещаниях возникала информация о том, что у того или иного предприятия имеется задолженность, и в том числе говорили, что у МУПВ «Дороги Владивостока» есть задолженность перед кредиторами. Но сказать, что эти задолженности были предметом какого-то пристального изучения администрации либо поводом для принятия мер по ликвидации этой задолженности, я не могу, такого не было. 

Третьяков: Угу. 

Химич: Потому что считалось, что это обычная какая-то рабочая ситуация. В то время как по другим предприятиям мы принимали такие меры. Регулярно из бюджета выделялись средства предприятию «Спецзавод» (это мусороперерабатывающее предприятие), регулярно выделялись финансовые средства из бюджета пассажирскому транспортному предприятию. Но по МУПВ «Дороги Владивостока» никогда не возникало вопроса о финансовой помощи для того, чтобы он мог расплатиться с долгами. Окончательную сумму задолженности я узнала в 2016 году. 

Третьяков: Угу. А можете пояснить, как вообще менялась вот эта вот позиция, я имею в виду финансовое состояние и штат предприятия. Оно ухудшалось, улучшалось? Штат уменьшался, увеличивался? Техника какая-то прибавлялась, пропадала? 

Химич: На самом деле (неразборчиво). Я в деталях пояснить не смогу, потому что я не была в то время еще заместителем этого предприятия. Я знаю только то, что было в 2008 году, и знаю цифры, которые были в 2016-м. Что было в промежутке, какие цифры, не могу сказать. 

Третьяков: Угу. Подскажите, а вообще рассматривался всерьез вопрос банкротства этого предприятия на какой-то стадии – в начале, в середине там, допустим, в 2008 году? 

Химич: Никогда всерьез вопрос банкротства не рассматривался. В 2016 году я предлагала рассмотреть возможность банкротства, но эта идея не была поддержана. 

Третьяков: Угу. Подскажите, пожалуйста, вопрос, связанный с имуществом предприятия. У него было какое-то имущество, за счет которого можно было взыскать с него задолженность или что-то такое? 

Химич: Насколько мне известно, имущество, безусловно, какое-то было у МУПВ «Дороги Владивостока». То, которое он получил от учредителя в период его создания. В период работы администрации во главе с Игорем Сергеевичем была позиция о том, что мы не должны наделять это предприятие имуществом на праве хозяйственного ведения, ликвидным муниципальным имуществом. Потому что оно может быть использовано кредиторами в целях удовлетворения своих требований. 

Третьяков: Угу.  

Представитель Приморского краевого суда: Ничего страшного. Все, продолжайте. Слышим вас.

Третьяков: Хорошо, я понял ответ на ваш вопрос, спасибо. Следующий вопрос. По поводу качества и сроков выполнения работ МУПВ «Дороги Владивостока» вам как руководителю правового управления и этого направления деятельности администрации известно что-либо по поводу того, предъявлялись ли какие-либо претензии муниципальному предприятию по качеству и срокам выполнения работ? Если да, то какие? Вот, пожалуйста, поясните что-то по этому вопросу.

Химич: В администрации всегда в понедельник проходила общая планерка, на которой отчитывались все начальники управлений. Они отчитывались об итогах работы за неделю, и периодически звучало, что есть какие-то претензии к МУПВ «Дороги Владивостока» по качеству или по срокам. Но эти претензии, во-первых, были не чаще чем у других подрядчиков, во-вторых, они не были значительными. По крайней мере, для меня как человека, возглавляющего правовое направление, никогда не доходили эти пре… эта претензионная работа. Мы никогда не выступали с исками о расторжении муниципальных контрактов в связи с невыполнением, мы никогда не взыскивали средства за некачественное выполнение работ, не обязывали повторно произвести работы. То есть это были какие-то текущие, легко решаемые проблемы.

Третьяков: Угу. Подскажите, вы сейчас сказали, что не взыскивали за некачественное выполнение работ. А были какие-то факты, связанные с некачественным выполнением работ? 

Химич: Я не поняла вопроса.

Третьяков: Вы сейчас пояснили, что вы никогда не предъявляли претензии за некачественное выполнение работ. А вообще факты этого некачественного выполнения работ были?

Химич: Ну конечно. Конечно. У нас много подрядчиков, и некачественные работы, к сожалению, имели место.

Третьяков: Как разрешались эти ситуации в последующем? С некачественными работами?

Химич: Расторжением контракта, взысканием средств, внесением в реестр недобросовестных исполнителей работ и услуг антимонопольной службы. 

Третьяков: Понял. А с муниципальным предприятием? Долги вот…

Химич: С муниципальным предприятием таких не было ни разу. То есть были какие-то текущие в работе управления, а в суде никогда. То есть серьезных претензий, масштабных претензий к качеству и срокам не было никогда.  

Третьяков: Хорошо. Но если были какие-то вопросы по качеству, как решался потом этот вопрос? Вот вы, я не знаю там, предъявляли претензию, они переделывали, вы нанимали другую организацию? 

Химич: Да, конечно, они переделывали, то есть в рамках работы заказчика-подрядчика оперативно эти все претензии устранялись.

Третьяков: О-кей, все, услышал. Ну и больной для нас вопрос: поясните, пожалуйста, по отношению Игоря Сергеевича к группе компаний «Востокцемент» – что-либо про эти обстоятельства вам известно? 

Химич: Ну я знакома с Игорем Сергеевичем гораздо раньше, чем он избрался на должность главы Владивостока, и, безусловно, я знала, что он имеет отношение к тому, что сейчас называется группа компаний «Востокцемент». Но, будучи избранным на должность главы, он каким-то образом, я не знаю каким и кому, передал этот бизнес. Но в сведениях об имущественных доходах, которые он ежегодно представлял, никакой информации о причастности к бизнесу, к любому бизнесу, не было. 

Третьяков: Угу. Известны ли вам динамика роста долгов МУПВ «Дороги «Владивостока» с 2008 года и состав кредиторов МУПВ «Дороги Владивостока»?

Химич: Я не могу сказать состав кредиторов, потому что, еще раз повторю, я никогда не курировала это вот предприятие. Могу сказать, что вот в 2008 году это было 20–25 миллионов, а в 2016-м, в январе 2016-го, я узнала, что это уже свыше миллиарда. Перечень кредиторов озвучивали, но я его не запомнила и не могу воспроизвести. 

Третьяков: Угу, понял. А кто сейчас выполняет функции МУПВ? Какая организация выполняет сейчас функции МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Химич: Муниципальное учреждение, бюджетное учреждение «Содержание городских территорий». 

Третьяков: Угу. А что вам известно вообще об этом решении? Чем оно обосновано, почему так было решено, как это все… с чем это было связано – передать функции муниципального унитарного предприятия, которое вроде как работало, выполняло муниципальные контракты вполне успешно, на другую организацию?

Химич: В декабре 2015 года Леонид Платонович Вильчинский, заместитель главы администрации, начальник управления дорог, который в настоящее время осуществляет функции, связанные с дорожной деятельностью, обратился ко мне с просьбой проработать возможность создания казенного предприятия или казенного учреждения, которое бы занималось вот такими функциями, как текущая дорожная деятельность. Он мотивировал свое предложение тем, что такой опыт уже имеется в стране и активно применяется. Мы в рамках правового управления изучили и пришли к выводу, что, действительно, возможно создание именно учреждения, возможно, казенного, возможно, бюджетного, которое будет выполнять функции, связанные с дорожной деятельностью, если мы, конечно, будем соблюдать все нормы законодательства о предприятии. И в январе 2016 года на одной из рабочих встреч Игоря Сергеевича и Леонида Платоновича Леонид Платонович как раз и озвучил Игорю Сергеевичу предложение изменить подход к выполнению работ на дорогах Владивостока, именно ремонтных работ. 

Третьяков: Не могли бы вы обозначать по фамилиям, чтобы нам было понятней, кто кому что озвучил. 

Химич: Вильчинский Леонид Платонович озвучил Пушкареву Игорю Сергеевичу такой механизм, чтобы создать учреждение, которое будет аналогично тому, которое у нас есть – уже было тогда учреждение «Содержание городских территорий». Но оно занималось только санитарным содержанием, а Леонид Платонович предложил создать новое, которое будет заниматься текущим ремонтом дорог. 

Третьяков: Угу. Вы сами… ваша позиция какая в этой части была как руководителя правового управления? 

Химич: Моя позиция была, что это возможно, как я уже пояснила, при соблюдении ряда условий. Мы должны были это учреждение, чтобы оно самостоятельно могло выполнять функции, наделить соответствующим имуществом – техникой, найти людей, выдать муниципальное задание и приступить к выполнению работ. Игорь Сергеевич тогда поддержал такое предложение Леонида Платоновича отчасти, он согласился с тем, чтобы передать полномочия учреждению, но сказал, что не стоит плодить несколько учреждений. Достаточно того, которое есть – учреждение «Содержание городских территорий», надо только расширить виды уставной деятельности и предоставить всю необходимую базу для работы. А база для работы, именно сама техника дорожная, находилась в то время в хозяйственном ведении у муниципального предприятия «Управление капитального строительства». Поэтому уже в январе, в конце января, если я правильно помню, 25–30 января, Леонид Платонович направил в адрес Игоря Сергеевича служебную записку о реорганизации муниципального предприятия «Управление капитального строительства» в учреждение с целью последующего присоединения к учреждению «Содержание городских территорий». В феврале 2016 года в устав учреждения «Содержание городских территорий» были дополнены такие виды деятельности, как дорожная деятельность, а в марте их стали наполнять кадрами и рассчитывать муниципальные задания. Таким образом, уже к весне 2016 года учреждение готово было приступить к выполнению дорожных работ.

Третьяков: Угу. Ну так а все-таки какая была конечная цель? Там, я не знаю, повысить производительность как-то, эффективность или как… какие были цели для создания муниципального вот этого МГУ? 

Химич: Конечная цель была, я думаю, в том числе оптимизация работы, потому что учреждению выдавали муниципальные задания, не тратя время на процедуры торгов. Выдали задание, выдали деньги, и учреждение приступает и выполняет эти работы. И оптимизация этого процесса.

Третьяков: Хорошо.

Химич: Здесь неминуемо вставал вопрос о МУПВ «Дороги Владивостока» (неразборчиво).

Третьяков: Какова должна была быть судьба МУПВ «Дороги Владивостока» в этой истории? Какие варианты вообще предполагались в части МУПВ? 

Химич: МУПВ «Дороги Владивостока» не имело дорожную технику у себя на праве хозяйственного ведения, а арендовала ее. Поскольку управление капитального строительства подвергалось реорганизации и техника переходила в новое учреждение, то, по сути, МУПВ оставалось без техники. Опять же кадры были самые лучшие, обученные, способные производить работы на дороге, они также были из МУПВ «Дороги Владивостока», им было предложено перейти в учреждение «Содержание городских территорий». Ну с МУПВ «Дороги Владивостока» нужно было решать… Было, по большому счету, три направления деятельности: это ликвидация этого предприятия, реорганизация его и объединение с учреждениями какими-либо или перепрофилирование. Но для того, чтобы пойти по любому из этих путей, нужно было разобраться с финансовым состоянием. И вот тогда я и узнала о том финансовом долге, который был на МУПВ «Дороги Владивостока», когда он превышал миллиард рублей. Леонид Платонович Вильчинский пояснил, называя сумму долга, что администрация города Владивостока только закрыла вот в конце предыдущего года ряд муниципальных контрактов, еще не успела оплатить, и в настоящее время администрация должна МУПВ «Дороги Владивостока» за выполненные работы. Но даже когда администрация полностью рассчитается по этим долгам, этих средств не будет достаточно, чтобы покрыть все требования кредиторов, которые имеются у МУПВ «Дороги Владивостока». Тогда Игорь Сергеевич на это сказал, что, конечно, мы должны рассчитаться полностью с предприятием МУПВ «Дороги Владивостока», администрация должна выплатить все, что должна. В свою очередь, МУПВ «Дороги Владивостока» должно рассчитаться со своими подрядчиками, с другими контрагентами, со всеми, за исключением «Востокцемента». Если что-то останется после отплаты всем кредиторам – ну хорошо. Все, на что не хватит средств, «Востокцемент» этот долг простит. 

Третьяков: Угу. Я понял. И какова в дальнейшем была судьба этого долга? 

Химич: Предприятие рассчиталось по всем своим долгам с другими контрагентами, а если я правильно помню, осенью 2016 года «Востокцемент» прислал уведомление о том, что долг прощен, соответственно, МУПВ засчитало себе его в прибыль, заплатило налоги, и к январю, получается, 2017 года мы имели чистое, без долгов, юридическое лицо.

Третьяков: Вы имеете в виду МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Химич: МУПВ «Дороги Владивостока», да.

Третьяков: И что с ним должно было случиться? Что с ним произошло в итоге, то есть как оно есть? 

Химич: С ним должно было случиться определение его дальнейшей судьбы. Но, поскольку в это время Владивосток был без действующего главы, ни один из исполняющих обязанностей главы не принял на себя смелость принять решение по этому вопросу, как поступить с предприятием. В декабре 2017 года Думой города Владивостока был избран новый глава Владивостока, который принял решение о реорганизации муниципального предприятия «Дороги Владивостока» в учреждение. Эта реорганизация начата летом 2018 года и в настоящее время, наверное, еще не успела завершиться просто в силу формальных процедур. 

Третьяков: Угу, я понял. Подскажите, пожалуйста, вот наблюдали ли вы такие факты, чтобы Игорь Сергеевич Пушкарев создавал какие-то условия для возможности… для обеспечения возможности взыскания долгов с МУПВ «Дороги Владивостока» кредиторами, в том числе компанией «Востокцемент»? Может быть, наделял каким-то имуществом, может быть, какие-то иные там действия предпринимал, может быть, давал какие-то указания о том, что необходимо предпринять действия для того, чтобы была возможность у МУПВ перечислить деньги в группу компаний «Востокцемент»? 

Химич: Взыскание долгов с предприятия возможно тогда, когда имеется достаточная для удовлетворения требований кредиторов наличность, вернее, деньги на счетах либо имущество, необходимое для удовлетворения кредиторов. Как я уже говорила, в администрации никогда никто, и Игорь Сергеевич в том числе, не ставил вопрос о финансовой помощи МУПВ «Дороги Владивостока». Что касается имущества, то позиция Игоря Сергеевича состояла в том, что ликвидного муниципального имущества быть не должно. Потому что в течение 2009–2010 годов администрация тратила значительные средства на приобретение дорожной техники, и Игорь Сергеевич не готов был ею рисковать, что она уйдет на удовлетворение чьих-либо потребностей, любого из кредиторов. Более того, я отчетливо помню, когда на одном из совещаний, на котором рассматривались вопросы непрофильных затрат наших предприятий и учреждений, стал вопрос о том, что вот МУПВ «Дороги Владивостока» арендует дорожную технику у другого предприятия, неся вроде как непрофильные расходы по арендной плате. Если я правильно помню, то сумма называлась 4 миллиона в месяц. Так вот в то время первый заместитель главы администрации Войновская Наталья Александровна предложила: а почему бы нам не передать технику МУПВ «Дороги Владивостока» в хозведение, тогда мы снимем с них вот эту вот финансовую нагрузку на аренду техники. Ответ Игоря Сергеевича был настолько резок, настолько жесткий… состоял он примерно в следующем: как вообще можно допустить мысль о том, что мы будем рассматривать такой вариант? Разве мы не понимаем, что любой из кредиторов даже на самую незначительную сумму сможет потом требовать исполнение через реализацию приставами этой техники. Поэтому ну ни при каких условиях именно имущественная база МУПВ не должна увеличиваться. 

Третьяков: Угу, понял. По поводу торгов, проводимых для заключения муниципальных контрактов. Не давал ли случайно Игорь Сергеевич Пушкарев каких-то указаний создавать особые условия для победы муниципального предприятия «Дороги Владивостока» в этих торгах? 

Химич: Указаний мне не было. При мне другим лицам тоже не было. И я даже не могу допустить мысль о том, чтобы Игорь Сергеевич давал какие-то указания, потому что он требовал отказ от всех именно вот законных закупок. Доказательством того, что администрация Владивостока всячески соблюдала требования законов – 94-го Федерального закона, 44-го Федерального закона о закупках муниципальных (неразборчиво), является то, что на протяжении четырех лет подряд администрация является получателем сертификата, сначала со степенью «Высокая прозрачность закупок», а последние два года – «Гарантированная прозрачность закупок». Это высшая степень, этот сертификат выдает негосударственный исследовательский центр, который анализирует все закупки в стране, проводимые государственными и муниципальными заказчиками. Этот вот негосударственный исследовательский центр в разные годы поддерживался Федеральной антимонопольной службой, Счетной палатой Российской Федерации, Торгово-промышленной палатой Российской Федерации. Поэтому вот эти вот сертификаты являются очень уважаемыми и значимыми. 

Третьяков: Угу. Я понял. А известно ли вам что-либо о том, не давал ли Игорь Сергеевич указаний об укрупнении лотов для торгов по муниципальным контрактам? Екатерина Александровна, вы расслышали мой вопрос? 

Химич: Да, я слышала. Но ни о каких указаниях по укрупнению лотов я никогда не слышала, и ни мне, ни кому-то другому не давал. Опять же, видимо, потому, что у нас было стремление проводить торги в полном соответствии с законодательством.

Третьяков: Угу. Екатерина Александровна, вопрос как к юристу. Подскажите, пожалуйста, была ли у муниципального предприятия «Дороги Владивостока» обязанность заключать контракты исключительно по ценам КГУП РЦЦС?

Химич: С 2008-го по 2010 год, когда я занимала должность начальника правового управления, в мои обязанности входило визирование, проверка по соответствию законодательству, соответственно, визирование конкурсной документации, проектов муниципальных контрактов и уже после того – самих муниципальных контрактов. Поэтому я знаю, что в них было написано, и такого требования к подрядчику – закупать необходимые материалы по каким-либо ценам, включая КГУП РЦЦС, в контрактах не было и быть не могло. Потому что цены на материалы не являются регулированием цены, регулировало у нас только то, что устанавливается специальной комиссией, это, как правило, тарифы, цены на материалы. Даже антимонопольная служба, когда она контролирует у монополистов, всего лишь согласовывает, но не устанавливает. Потому как у нас государство с рыночной экономикой, поэтому мы не могли в муниципальных контрактах устанавливать такое условие. Для администрации как заказчика было важно, чтобы подрядчик выполнил тот объем работ, который заказан, чтобы он выполнил его качественно и в срок. А как внутри своей деятельности он распределит эту сумму, которая определена по результату торгов, это его внутренняя коммерческая деятельность. 

Третьяков: Я понял. Несколько вопросов, касающихся Игоря Сергеевича Пушкарева. Подскажите, пожалуйста, вот расскажите нам о каких-то достижениях администрации города Владивостока за период работы Игоря Сергеевича в должности главы. Чтобы мы понимали эффективность его работы.

Химич: Это не мое мнение, это общеизвестное мнение, которое транслируется в социальных сетях, которое прозвучало совсем недавно в выступлении исполняющего обязанности губернатора Приморского края, о том, что период роста, развития Владивостока как раз пришелся на тот период, когда главой был Игорь Сергеевич. Главным достижением я бы назвала то, что Владивосток из серого, неумытого города с колоссальным объемом проблем стал городом, в котором приятно жить. Доказательством тому может служить прежде всего демографическая ситуация, ведь начиная, насколько я помню, с 2012–2013 годов, у нас прекратился спад демографический. У нас появился прирост. И это не только за счет увеличения рождаемости, у нас сократился отток населения из Владивостока. За счет чего это достигнуто? Потому что по каждому направлению жизни города принимались действенные и нужные населению решения. Тут если есть у нас вопрос местного значения – организация дошкольного образования, то это задача номер один, для Игоря Сергеевича была проблема, связанная с обеспечением детей местами в детских садах. На май 2008 года ситуация с детскими садами во Владивостоке была такова, что мамочки, ставшие в очередь на получение путевки в детский сад, отправляли своих детей в школу, так ни дня и не побывавших в детском саду. Потому что очередь не подошла. То есть такой был чудовищный дефицит мест в детских садах. За период работы Игоря Сергеевича было построено 24 детских сада, две школы, три поликлиники, освещение на улицах с 3000 фонарей выросло до 46000. Были отремонтированы десятки километров, даже, наверное, сотни километров дорог, были построены новые дороги, построено больше 20 скверов, реконструированы подпорные стенки. Огромное количество по каждым вопросам местного значения можно называть, но самое главное, что город расцвел и город стал городом для людей. Это тот лозунг, который был во многих программах Игоря Сергеевича: «Мы хотим сделать город для людей». 

Третьяков: Угу. Вам известно что-либо о деятельности Игоря Сергеевича Пушкарева в сфере благотворительности? 

Химич: О том, что Игорь Сергеевич занимается благотворительностью, знала вся администрация, и это не было каким-то секретом. Он помогал ветеранам, причем помогал как их организациям, так и каждому ветерану Великой Отечественной войны – к 9 Мая им вручались подарки. Я сама стала свидетелем такой ситуации, когда в период подготовки к 70-летию победы в соответствии с указом президента все ветераны Великой Отечественной войны, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, должны были быть обеспечены жильем. Была принята целая федеральная программа, выделялись федеральные средства, в функции администрации входил учет ветеранов и выдача им сертификатов на приобретение жилья на сумму 1,5 миллиона рублей. Эта сумма определялась исходя из средней региональной стоимости квадратного метра жилья, умноженной на количество квадратных метров, которые необходимо купить ветеранам (закон определял для ветеранов это количество). Но 1,5 миллиона рублей даже тогда было недостаточной суммой для принятия… для решения жилищного вопроса ветеранов. Во Владивостоке за такие деньги нельзя было купить квартиру. Поэтому большая часть ветеранов приобретала жилье с использованием средств родственников, с использованием каких-то своих накоплений. Но однажды на публичном мероприятии, на празднике, к Игорю Сергеевичу подошел один из ветеранов и сказал, что вот у него очень тяжелые условия и есть у него сертификат, но он не может решить свою проблему, потому что родственников у него нет, а собственных накоплений тоже как-то не случилось. И буквально через два дня ко мне подошла помощник Игоря Сергеевича и попросила меня сопроводить ее к этому ветерану, мотивируя тем, что есть поручение от Игоря Сергеевича. Почему я должна была сопроводить, потому что я была в общении с этим ветераном, он меня знал, она же боялась, что ее не пустят в дом, потому что они не были знакомы. Когда мы приехали, оказалось, что поручение состояло в том, чтобы передать ветерану недостающие средства на приобретение квартиры. Ветеран был растроган, квартиру он купил, обращался ко мне с просьбой разрешить ему написать об этом в газете. Но я постаралась его убедить не делать этого, а просто передала слова благодарности Игорю Сергеевичу. 

Третьяков: Угу. Спасибо, Екатерина Александровна, у меня больше нет вопросов. Возможно, они будут у моих коллег или у стороны обвинения. Может…

Судья: У других защитников будут вопросы? 

Защита: Нет.

Судья: У подсудимых вопросы имеются? У представителя потерпевшего будут вопросы? 

Представитель потерпевшего МУПВ: Да.

Судья: Пожалуйста.

Представитель потерпевшего МУПВ: Екатерина Александровна, здравствуйте. Представитель МУПВ «Дороги Владивостока» Андрусенко. Подскажите, пожалуйста, вам что-нибудь известно по поводу того, что Игорь Сергеевич выезжал в «Востокцемент», проводил там совещания? 

Химич: Нет, мне это неизвестно. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. Подскажите еще, пожалуйста. Вот вы говорили про МАУ «БОСДВ». Когда происходила ликвидация вот этого учреждения, вам что-нибудь известно о том, погасила ли администрация долги МАУ «БОСДВ» перед подрядчиками, в том числе МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Химич: Нет, я не могу это сказать. Я не погружалась…

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу.

Химич: Вопросы ликвидации – это не мое направление деятельности.

Представитель потерпевшего МУПВ: Все-все, я понял. Подскажите, а что-нибудь вам известно по поводу… вот был период времени, когда обеспечение контрактов муниципальных… размер платы обеспечительной составлял 30%, потом был снижен до 10%. Вот по этому вопросу что-нибудь можете прокомментировать, пояснить?   

Химич: Насколько я помню, это произошло уже после проведения саммита, когда высвободилось большое количество подрядчиков, которые способны принимать участие в муниципальных торгах. И вот тогда было принято решение об изменении. Но почему-то у меня отложилось в памяти, что было снижено не до 10%, а, если я правильно помню, до 15%. Но, возможно, вы более правы, чем я.

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. А чем это было обусловлено и как эти события происходили? Можете рассказать?

Химич: Я думаю, что это было обусловлено… я в деталях не знаю, но, анализируя общую ситуацию, могу сказать, что это было обусловлено условиями рынка. Потому что к тому моменту – до 2012 года и даже еще после 2012-го, наверное, 2013 год – шла активная работа на объектах саммита АТЭС, они либо строились, либо завершалось их строительство. А уже после 2013 года эти работы были завершены и появилось больше подрядчиков, которые могли участвовать в аукционе, причем качественные подрядчики, которые выполняли свои работы до этого, и, соответственно, чтобы расширить конкуренцию. Ну, видимо, так. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. Все понятно. Нет вопросов. 

Судья: Угу. У государственного обвинителя будут вопросы? У вас вопросы будут к свидетелю?

Гособвинитель (1): Да, будут. Екатерина Александровна, здравствуйте. Вот подскажите, пожалуйста, еще раз уточните, с какого конкретно периода вы знаете Игоря Сергеевича Пушкарева? И в связи с чем вы с ним познакомились? 

Химич: (неразборчиво) Игоря Сергеевича я знаю, по-моему, с 2002 года. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: В то время я работала в Законодательном собрании Приморского края, в правовом управлении, а Игорь Сергеевич был избран депутатом. 

Гособвинитель (1): Угу. Так, скажите, пожалуйста, какие у вас с ним отношения сложились вот с этого времени?

Химич: Рабочие, служебные отношения.

Гособвинитель (1): Можно ли их было назвать дружескими? 

Представитель Приморского краевого суда: Повторите, не слышно вас.

Гособвинитель (1): Можно ли эти отношения назвать дружескими?

Химич: Может быть, и хотела, чтобы они были дружескими, но их назвать таковыми нельзя. 

Гособвинитель (1): Угу. Хорошо. Уточните, пожалуйста, вы, в принципе, об этом уже говорили, но с учетом связи… вот назовите период вашего нахождения в декретном отпуске.

Химич: Ноябрь 2008-го.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: 1 августа 2009-го я вышла на работу.

Гособвинитель (1): Когда еще раз? 

Химич: 1 августа 2009 года. 

Гособвинитель (1): Так. Потом еще вы уходили каким-либо образом в декретный отпуск? 

Химич: Нет. Ну только в обычный отпуск, ежегодный. 

Гособвинитель (1): То есть вот в этот период, да, вот с ноября 2008-го по 1 августа 2009-го, угу.

Химич: Да.

Гособвинитель (1): Так. Скажите, пожалуйста, вернемся теперь к совещанию, вот к этим совещаниям, когда Игорь Сергеевич пришел, был избран первый раз на должность главы города Владивостока. Когда он проводил совещания с директорами муниципальных унитарных предприятий и вы первый раз услышали о долге в 20–25 миллионов рублей у МУПВ «Дороги Владивостока», вот директор этого предприятия… кто был директором и чем он объяснял вообще возникновение этой задолженности в 20–25 миллионов рублей? 

Химич: Я не вспомню фамилию директора…

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Это было очень давно, но объяснял он это тем, что у него недостаточно техники и как-то… какие-то такие были объяснения вот именно по материально-технической базе.

Гособвинитель (1): Угу. Недостаточность материально-технической базы, так. Этот директор потом проработал долго в должности директора МУПВ или был заменен? 

Химич: Вы знаете, в должности директора МУПВ «Дороги Владивостока» было столько людей…

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Что я не могу вам сказать точно, так это кто из них в какие периоды работал. Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, потому что это не совсем в то время было мое управление, я тогда работала только в правовом управлении, поэтому не могу сказать.

Гособвинитель (1): Угу. А скажите, пожалуйста, вам известно, в связи с чем вообще менялись директора МУПВ «Дороги Владивостока»? И, может, вспомните, кто вообще был, возглавлял это предприятие вот с 2008-го по 2016 год?

Химич: Нет, дело в том, что, вообще, в администрации всегда был такой негласный, что ли, порядок, что кандидатов на должность директора предприятии либо учреждения всегда предлагало профильное курирующее управление и прочие заместители. Я никогда не бывала профильным заместителем или начальником управления МУПВ «Дороги Владивостока», поэтому я не могу сказать, почему одни уходили, почему приходили другие, как они оказывались на этой должности. Мне это неизвестно. 

Гособвинитель (1): Угу. Скажите, пожалуйста, на общих совещаниях, которые проводились с участием руководителей МУПВ «Дороги Владивостока» вот в период вашей работы с 2008-го по 2016 год, за исключением, конечно, нахождения в декретном отпуске, в больничных отпусках, динамика вот эта докладывалась Игорю Сергеевичу по увеличению задолженности предприятия или нет?

Химич: Я динамику никогда не слышала.

Гособвинитель (1): Угу. Вы не слышали, но можете рассказать вообще, докладывалось это или нет? Либо вы не знаете?  

Химич: Ну как я могу сказать, докладывалось или нет, если я говорю, что я не слышала, не видела, не докладывалось.

Гособвинитель (1): Угу. Хорошо.

Химич: При мне.

Гособвинитель (1): При вас, угу. Скажите, пожалуйста, вы можете сказать, вот МУПВ «Дороги Владивостока» в период с 2008-го по 2016 год по сравнению с другими участниками муниципальных контрактов, аукционов на заключение муниципальных контрактов по ремонту, строительству, благоустройству дорог в процентном соотношении какое имел вообще количество побед? По отношению к другим участникам? 

Химич: Могу сказать. Дело в том, что при рассмотрении ситуации, связанной с МУПВ «Дороги Владивостока» в Федеральной антимонопольной службе, вот которая была в 2016 году, потом судебное разбирательство… мы не указывали в своих объяснениях, а потом писали в исковом заявлении и во всех жалобах, которые подавались в суд, что мы просчитали количество побед МУПВ «Дороги Владивостока» во всех аукционах, проводимых в этом направлении. И они составляли, по нашим подсчетам, 30%. 

Гособвинитель (1): Угу. Так. А у антимонопольной службы были какие-то другие данные? 

Химич: У антимонопольной службы были другие цифры, мне их механизм расчета непонятен. 

Гособвинитель (1): Угу. 

Химич: Мы считали ровно так, как назвали мы, количество контрактов. 

Гособвинитель (1): Расскажите, пожалуйста, какая была цифра у антимонопольной службы? Такое уточнение.

Химич: Что-то больше 50%, я сейчас точно не скажу. 

Гособвинитель (1): Угу, более 50%. Скажите, пожалуйста, чем закончились разбирательства с антимонопольной службой в настоящий момент? 

Химич: Антимонопольная служба признала, что деятельность не соответствовала законодательству.

Гособвинитель (1): Чья деятельность? 

Химич: МУПВ «Дороги Владивостока» и администрации в этом направлении. 

Гособвинитель (1): Так, антимонопольная служба признала несоответствие. А в чем именно несоответствие? 

Химич: Ну, насколько я помню, нас обвиняли в сговоре местной администрации и МУПВ «Дороги Владивостока».

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Что-то именно так, дословно я не воспроизведу сейчас решение, все-таки больше двух лет прошло.

Гособвинитель (1): Так, ну и решение-то в итоге судебное было в чью пользу вынесено? В пользу… 

Химич: Решение было вынесено…

Гособвинитель (1): …антимонопольной службы? Или окончательное в пользу администрации? 

Химич: Ну окончательное решение в пользу антимонопольной службы, да.

Гособвинитель (1): Угу. И что установил суд? 

Химич: Я сейчас вам не скажу. Потому что времени прошло много, у меня в производстве перманентно по 5000 дел было. Соответственно, я сейчас все решения прямо так досконально не вспомню. Я знаю результат окончательный, что наши жалобы остались без удовлетворения. А как анализировал суд, я сейчас не воспроизведу. 

Гособвинитель (1): Угу, хорошо. Скажите, пожалуйста…

Третьяков: (Неразборчиво) связь пропала. 

Судья: Продолжаем.

Гособвинитель (1): Скажите, пожалуйста…

Представитель Приморского краевого суда: Да, продолжайте.

Гособвинитель (1): Вот кто занимался формированием условий для проведения аукционов на заключение муниципальных контрактов? Ну вас уже спрашивали там про 30%, потом 10%... Вот кто вообще условия вот эти прописывал, которые необходимы участнику?

Химич: Условия прописывали профильные управления, которые разрабатывали эту документацию. 

Гособвинитель (1): А с кем они согласовывали эти условия? 

Химич: Они согласовывали это с управлением конкурентной политики, то есть это основное управление, которое занималось размещением всей документации. Они согласовывали с финансовым управлением и с правовым.

Гособвинитель (1): Угу. С вами тоже согласовывали, да? 

Химич: Со мной согласовывали до марта 2010 года. 

Гособвинитель (1): Угу, так, с вами до марта 2010 года. Угу, сейчас... Скажите, пожалуйста, а вот такие условия, как наличие ремиксеров, определенной техники, для проведения работ вот эти условия включались в обязательные? И если включались, то кем они выдвигались?

Химич: Я таких условий не помню. 

Гособвинитель (1): Угу. Скажите, пожалуйста, администрация города Владивостока, как организатор вот этих торгов, вообще проверяла каким-либо образом достоверность тех документов, которые подавали участники вот этих аукционов, в том числе МУПВ «Дороги Владивостока», на достоверность в том числе финансового состояния, вообще на возможность выполнения этими участниками в случае победы на конкурсе, на аукционе, прошу прощения, вот того или иного муниципального контракта, за которые они боролись?  

Химич: Возможности администрации в плане проверить наличие возможностей победителя торгов выполнить муниципальный контракт ограничены федеральным законодательством, и администрация не могла это проверять. То есть я правильно поняла вопрос, что (неразборчиво) наличием материально-технической базы, способно… способствующей выполнению контракта?

Гособвинитель (1): Да. И финансовые возможности, конечно. Конечно, финансовые.

Химич: У нас таких возможностей нет – федеральное законодательство не допускает. Есть четкая, регламентированная процедура, которая должна соблюдаться всеми заказчиками, как государственными, так и муниципальными.

Гособвинитель (1): Угу. Так, скажите, пожалуйста, а вот более подробно можете рассказать… вы уже отвечали на вопрос «зачем», а вот более подробно расскажите, вот в связи с чем возникла вообще всякая необходимость в создании такой структуры, как МАУ «БОСДВ»? И почему (тут же сразу подвопрос) в тот период не возникло идеи ликвидации МУПВ «Дороги Владивостока», если вы там принимаете решение создавать МАУ «БОСДВ»? И кто предложил вообще вот эту идею создания МАУ «БОСДВ»? 

Химич: Я с самого начала говорила, что в период создания МАУ «БОСДВ» я находилась в отпуске по беременности и родам. Я рассказала все то, что мне удалось выяснить по документам. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Уже в рамках проведения следствия. Инициатором был Демичев Павел Валентинович, начальник управления содержания, управления жилого фонда и содержания городских территорий, а все, что я знала, я рассказала. Мне повторить это? 

Гособвинитель (1): Нет, повторять не надо. Значит, инициатор был Демичев. Так, а почему тогда в тот момент создается МАУ «БОСДВ»? Почему тогда не решили ликвидировать МУПВ «Дороги Владивостока», если для этих целей создается новое предприятие? 

Химич: Я не могу ответить на этот вопрос, потому что тогда меня не было. 

Гособвинитель (1): Угу. Так. Скажите, пожалуйста, более подробно можете пояснить, вот помимо тех обстоятельств, которые вы назвали, какие еще были претензии у антимонопольной службы к деятельности МАУ «БОСДВ» и администрации в связи вот с такой организацией работы?

Химич: Нет. Это решение очень давнее, я уже пояснила, что я помню суть, а вот более подробно, в деталях за давностью лет я не смогу рассказать.

Гособвинитель (1): Угу. Так, скажите, пожалуйста, следующий у меня к вам вопрос. Относительно совещаний опять же, которые проводились с руководителями муниципальных унитарных предприятий. А вообще как-либо администрация, Игорь Сергеевич Пушкарев контролировали вот эту финансовую деятельность вообще? Прибыльность, убыточность? Вот более подробно вы можете что-то сказать?

Химич: Финансовую – да. Финансовую деятельность контролировали. Вообще, в администрации все предприятия и учреждения закреплены за профильным управлением. Если предприятие работает в сфере дорог, то профильное управление – управление дорог. Если это образовательная организация, то профильное управление – управление образования. Это так, для понимания ситуации. Так вот, все полномочия, связанные с контролем финансово-хозяйственной деятельности, возложены на эти управления. Они проводят балансовые комиссии, заслушивают всю информацию, анализируют.

Гособвинитель (1): Угу. Скажите, пожалуйста, вообще администрация города Владивостока знала о том, что у МУПВ «Дороги Владивостока» постоянно увеличивается вот эта задолженность, в том числе перед поставщиками материалов, с помощью которых выполнялись контракты? 

Химич: Я уже…

Гособвинитель (1): Вот администрацию…

Химич: Я отвечала на вопрос, я никогда не слышала о динамике задолженности МУПВ «Дороги Владивостока». 

Гособвинитель (1): Так. 

Химич: Она не была на повестке администрации, как ситуация какая-то пожарная, которую нужно решать. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Мне про это ничего известно не было. 

Гособвинитель (1): Хорошо.

Химич: Ну да, были какие-то единичные случаи о том, что как бы есть, но это не было каким-то критичным. Та информация не была критичной, поэтому моей помощи не требовалось, и, соответственно, я не могу здесь вот что-то более подробно рассказать. 

Гособвинитель (1): Угу. Скажите, пожалуйста, вам известны случаи, когда МУПВ «Дороги Владивостока» выступало, да и администрация, может быть, как соответчик, ответчиком перед поставщиками вот в период с 2008-го по 2016 год вот по каким-либо из…

Химич: Извините, я не расслышала…

Гособвинитель (1): Да.

Химич: Перед каким ответчиком? 

Гособвинитель (1): Перед контрагентами, которые осуществили вот поставку…

Химич: Нет, мне такие случаи неизвестны. 

Гособвинитель (1): …стройматериалов.

Химич: Дело в том, что у МУПВ «Дороги Владивостока» собственная юридическая служба.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: И все их взаимоотношения с контрагентами юристы предприятия решали самостоятельно.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Мы работали совместно в судах только в одном случае, когда иски предъявляли граждане, гражданами предъявлялись иски о возмещении убытка, связанных с ДТП.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Кто-то попал в ДТП по причине гололеда, и ответчик МУПВ «Дороги Владивостока» и администрация города… 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Кто-то в ямку попал… вот только такие иски мне известны, других у нас совместных с МУПВ «Дороги Владивостока» исков не было (неразборчиво).

Гособвинитель (1): Угу. И скажите, пожалуйста, как часто были такие иски вот в обозначенный мной период с 2008-го по 2016 год? Каково их было количество?

Химич: По возмещению ущерба по ДТП? 

Гособвинитель (1): Ну да, вот по этим… ввиду того что дорогу не обработали, люки не закрыли, ямы не устранили.

Химич: Вы знаете, это все-таки скорее единичные. Я, конечно, не назову вам точно цифру, но сказать, что это вал, не могу. Это были единичные иски в течение зимнего периода. 

Гособвинитель (1): Угу. Так, скажите, пожалуйста, вам что-либо известно вообще о той декларации о доходах, которую подавал Игорь Сергеевич о себе и членах своей семьи? Вообще, кто ему помогал заполнять эту декларацию, сам ли он ее заполнял?

Химич: Мне неизвестно, кто ее заполнял.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Она подавалась в кадровую службу администрации.

Гособвинитель (1): Так.

Химич: В управление муниципальной службы и кадров.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: И там хранилась. Информация помещалась на сайте администрации о сведениях, внесенных (неразборчиво) Игорем Сергеевичем. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Кто заполнял, я не знаю.

Гособвинитель (1): Так. И, как вы пояснили, там не было каких-либо данных о том… Что вообще вы можете вот так вспомнить, какие доходы там отражал Игорь Сергеевич? Вот доходы от какой деятельности он получал в течение календарного года? Он и члены его семьи? 

Химич: Вы знаете, у меня не было полномочий проверять его сведения, в том числе о доходах. И у самой у меня это интереса не вызывало, поэтому я не то что не помню, я не знаю, какие там были доходы, я как-то не интересовалась. 

Гособвинитель (1): Но вместе с тем вы на вопрос защиты ответили, что там не было указано сведений об имущественных доходах, связанных с участием Игоря Сергеевича в бизнесе. И в том числе задавался вопрос применительно к группе компаний «Востокцемент».

Химич: Да, про бизнес смогу сказать, потому что среди курируемых мною управлений было управление муниципальной службы и кадров, которое как раз и проверяет этот факт, эти сведения. И они мне докладывали всегда по результатам. И когда Игорь Сергеевич представлял сведения об имущественных доходах, они мне докладывали, что данных, свидетельствующих о нарушении ограничений запретов, связанных с принятием муниципальной должности, нет. 

Гособвинитель (1): Угу. 

Химич: И никакого бизнеса не указанно, поэтому я в этом уверена была.

Гособвинитель (1): Угу. Так. Скажите, пожалуйста, может быть, вам известно, возможно, это были недостоверные сведения, которые отражались в этой декларации, а в действительности Игорь Сергеевич имел отношение к управлению группы компаний «Востокцемент» либо к организациям, предприятиям отдельным, которые входили в эту группу компаний? Вот в период с 2008-го по 2016 год, пока Игорь Сергеевич был главой города, естественно. 

Химич: Я не могу ответить… Не могу ответить на этот вопрос, потому что я юрист и говорить о каких-то сведениях я могла бы, если бы видела документ. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: А поскольку никаких документов о предприятии я никогда не видела, соответственно, я не могу сказать… 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: …что и как.

Гособвинитель (1): Так. Я вас понял. Скажите, пожалуйста, вот при вас Игорь Сергеевич Пушкарев когда-нибудь говорил о том, что вот он покидает здание администрации в рабочее время, выезжает на предприятие группы компаний «Востокцемент» либо в офис группы компаний «Востокцемент» для участия в каких-либо мероприятиях, связанных с управлением и деятельностью этих компаний?

Химич: Игорь Сергеевич никогда не отчитывался передо мной о том, куда и зачем он едет (неразборчиво).

Гособвинитель (1): Я не говорю сейчас об отчете, я не говорю, что он перед вами отчитывался… А упоминал ли он с вами в разговорах о том, что сейчас он уезжает по вопросам, связанным с управлением, что вот сейчас он будет управлять?

Химич: Он даже не звонил… Нет, со мной такое не обсуждалось. 

Гособвинитель (1): Так. С кем бы то ни было еще Игорь Сергеевич это обсуждал, вам известно? Из администрации? 

Химич: Мне такое неизвестно.

Гособвинитель (2): Скажите, пожалуйста, а вообще…  

Судья: (неразборчиво). 

Гособвинитель (2): У меня есть вопросы, Ваша честь.

Судья: Пожалуйста. 

Гособвинитель (2): Екатерина Александровна, добрый день. Подскажите, пожалуйста, решение в 2012 году о переводе Вильчинского из одного управления в другое и о назначении Лушникова в 2012 году – эти решения, которые оформлены были, естественно, документами, вы подписывали? 

Химич: Про Лушникова точно помню, потому что мне предъявляли его в рамках предварительного следствия…

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: Я отвечала на вопросы следователя, с этим связанные. По назначению Вильчинского я не помню, но могла подписывать, потому что…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Вообще, как лицо, курирующее управление муниципальной службы и кадров, я подписывала практически все распоряжения о приеме на работу в администрацию, а также руководителей муниципальных предприятий, учреждений. Это были мои должностные обязанности. 

Гособвинитель (2): Угу. То есть факт подписания вами этого документа не был связан с тем, то Игорь Сергеевич не исполнял на тот момент обязанности? Это в принципе была нормальная практика, что вы такого рода документы подписывали? 

Химич: Вообще, вот у меня по (неразборчиво) не было права подписывать документы только в отношении заместителей главы, первых заместителей главы. Такие распоряжения я могла подписывать, только если Игорь Сергеевич где-то отсутствовал, а я исполняла полномочия главы. Вот поскольку я не понимаю, о каком деле Вильчинского идет речь, я не могу вам сказать.

Гособвинитель (2): Нет-нет, я сейчас вас про Лушникова спрашиваю, поскольку вы его помните, я вас только про него и спрашиваю. 

Химич: А, про Лушникова…

Гособвинитель (2): Да.

Химич: Лушников – это обычная приемная работа руководителя предприятия…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Соответственно, да, я подписывала в силу должностных обязанностей. 

Гособвинитель (2): Скажите, пожалуйста, вы какое-то отношение имели к этому назначению? Я имею в виду были ли вы инициатором или нет? И если нет, то известно ли вам, кто им являлся, этим инициатором назначения Лушникова? 

Химич: Я рассказывала уже, что у нас был в администрации порядок, что… 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …руководители предприятий, учреждений предлагали профильные начальника управления и заместителя…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Я подписывала все приказы о приеме на работу, переводах, перемещениях в связи с тем, что я курировала управление кадров.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: То есть в управление кадров поступало согласованное заявление о приеме на работу, служба его отрабатывала, и я подписывала приказ о назначении. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но это не значит, что это я подобрала того или иного сотрудника, что он мне показался соответствующим предъявляемым требованиям. Насколько я помню, в рамках следствия мне предъявляли договор…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …трудовой договор с Лушниковым, и там внизу, уже под подписями сторон, была строчка: согласованно заместитель главы…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …начальник управления или просто заместитель главы Белякова Людмила Владимировна. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но утверждать вот на 100% не берусь, потому что все-таки данные забыла.

Гособвинитель (2): Все понятно. 

Химич: А в рамках следствия предъявляли, и вот насколько помню – Белякова. 

Гособвинитель (2): Все-все, Екатерина Александровна, вы полно ответили на мой вопрос. Про Вильчинского теперь закончим. Скажите, пожалуйста, помните не помните, вам предъявлялась на следствии копия распоряжения о его переводе или нет?

Химич: Нет, у меня была только копия о назначении Лушникова. Нужных документов мне не предъявляли, насколько я помню.

Гособвинитель (2): Все понятно. Скажите, пожалуйста, а в период функционирования МАУ «БОСДВ» количество проводимых аукционов осталось прежним, или увеличилось, или уменьшилось? Аукционов на заключение муниципальных контрактов, конечно же.

Химич: Я не могу ответить на этот вопрос.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Потому что все-таки при мне никогда не было функционалов за количество аукционов. Это было (неразборчиво).

Гособвинитель (2): Повторите, пожалуйста, у вас никогда не было функционалов чего? 

Химич: Количества контрактов.

Гособвинитель (2): Количества контрактов. Угу.

Химич: То есть поступала текущая работа.

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: А больше их, меньше – отследить было невозможно.

Гособвинитель (2): Угу.  

Химич: По какому-то ну управлению.

Гособвинитель (2): Понятно. Скажите, пожалуйста, вот эта история с недобросовестным подрядчиком, про которого вы рассказывали, отвечая на вопросы защиты. Когда она конкретно произошла и кто этот недобросовестный подрядчик? 

Химич: Этот недобросовестный подрядчик – компания «Дальэнергомаш».

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Руководитель Штейников.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: История эта произошла, если отсчитать ретроспективно… насколько я помню, сам контракт был, видимо, 2009 года…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Потому что дорога должна была быть построена к 150-летию Владивостока.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Соответственно, к 2010 году. Это та дорога, которую жители ждали, и вот хотелось тогда, чтобы что-то такое значимое получилось. Ну вроде как своеобразный подарок жителям. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но в результате того, что компания не выполнила эти работы, дорогу не построила…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …город остался без подарка, и поздравить потом пришлось другими силами, за другие средства. Вот так это произошло. 

Гособвинитель (2): Я поняла вас. Контракт 2009 года, а работы были в том же году или в 2010-м уже произведены некачественные?

Химич: Работы должны были быть начаты в 2009 году, и, насколько я помню, они и были начаты, эти работы…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: А завершены они должны были быть в 2010 году.

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: Если я вот правильно помню, дорога должна была быть построена к 150-летию Владивостока, у нас день рождения города 2 июля. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: То есть вот в этот момент…

Гособвинитель (2): Скажите, пожалуйста, еще, извините… Екатерина Александровна, еще раз уточните, пожалуйста, по какой причине не возместили, не вернули, скажем так, те деньги, которые были заплачены этому недобросовестному подрядчику?

Химич: Потому что было прекращено исполнительное производство в результате недостаточности средств. 

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, еще про банкротство. Отвечая также на вопросы защиты, вы упомянули об этом. Вы сказали, что эта инициатива не была поддержана, но не сказали кем и почему. Уточняющий вопрос: поясните, пожалуйста, кем и почему не была поддержана инициатива объявить МУПВ «Дороги Владивостока» банкротом? 

Химич: Мы говорим о МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Гособвинитель (2): Да.

Химич: Инициатива не была поддержана прежде всего Игорем Сергеевичем.

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: Да и Леонид Платонович не готов был так кардинально решать этот вопрос…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …по той причине, что хотелось оставить чистое предприятие…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …которое возможно перепрофилировать. Потому что задач перед администраций было много.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: И лишнее юридическое лицо вот так вот просто с ходу ликвидировать – это не всегда правильный ход. (Неразборчиво) в данном случае привело бы неминуемо к ликвидации этого предприятия, хотя никакого ущерба для администрации в случае ликвидации какого-то материального, финансового не было бы.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: То есть мы бы просто потеряли юридическое лицо, но решили его сохранить. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: И вот сейчас оно прекратилось, реорганизуется и… 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …будет осуществлять городские функции.

Гособвинитель (2): Угу. И уточните, пожалуйста, время, когда эта инициатива появилась.

Химич: Эта инициатива появилась, как я уже говорила, в январе 2016 года.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Потому что сразу вслед за проведением вот этих переговоров, когда Леонид Платонович выступал с этой инициативой, появилась вот его служебная записка о реорганизации другого предприятия, которое было (неразборчиво) в технике. Потом появилась инициатива, вернее, в феврале 2016 года были виды уставной деятельности учреждения заполнены, то есть механизм заработал. 

Гособвинитель (2): Угу. Понятно. То есть одновременно с появлением той самой служебной записки, о которой вы рассказывали, да? 

Химич: Да-да.

Гособвинитель (2): Угу, понятно.

Химич: Это, по сути, вот эта служебная записка была первым шагом…

Гособвинитель (2): Я поняла.

Химич: …к тому, чтобы…

Гособвинитель (2): (неразборчиво) Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, относительно преобразования МУПа в казенное учреждение. Скажите, а вот эта инициатива принадлежала Вильчинскому, как вы изначально сказали, или, соответственно, это была инициатива, продиктованная, допустим, какой-то федеральной программой, инициативой, там не знаю, администрации Приморского края или федеральной власти? 

Химич: Мы сейчас говорим о преобразовании МУПВ «Дороги Владивостока»?

Гособвинитель (2): Да, мы только о нем и говорим.

Химич: Просто я раньше рассказывала о преобразовании и реорганизации МАУ «БОСДВ», поэтому уточняю. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Инициатива реорганизации МУПВ «Дороги Владивостока» в 2018 году…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …я бы сказала, многогранна. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Во-первых, действительно, на уровне федеральных органов государственной власти уже принято решение, о котором говорили давно.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но в настоящее время уже и в первом чтении принят проект федерального закона…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …который полностью ставит, скажем так, под сомнение деятельность государственных и муниципальных унитарных предприятий.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Они останутся только в определенных направлениях деятельности, которым с практическим муниципалитетом ничего внести нельзя будет.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: И будет дан переходный период, в течение которого муниципалитеты должны будут расстаться со своими муниципальными предприятиями. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: О том, что такое будет, я лично узнала на конгрессе муниципального образования в ноябре 2017 года в Москве. Там озвучивал свою инициативу представитель Министерства финансов Российской Федерации. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: А потом уже, если я правильно помню, весной этого года в Государственной думе появился такой проект. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: То есть, с одной стороны, это деятельность государственных органов, государственной власти и федеральных органов. 

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: С другой стороны, была принята инициатива, поступившая из органов государственной власти субъекта Российской Федерации, а именно от администрации Приморского края. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Дело в том, что у нас имеется давняя тяжелая проблема…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Отлов безнадзорных животных. Для Владивостока, впрочем, как и для других муниципалитетов Приморского края, весьма актуальны стаи бродячих собак и, возможно, кошек, но, конечно, страшнее собаки, которые нападают (неразборчиво). А отлов безнадзорных животных – это государственное полномочие. Несколько лет назад Законодательным собранием Приморского края был принят краевой закон, наделяющий органы местного самоуправления с целью (неразборчиво) полномочиями по отлову безнадзорных животных. И муниципалитетом выделяются средства на исполнение этого муниципального… этого государственного полномочия. Управление дорог и благоустройства, которое является профильным для исполнения этого государственного полномочия, неоднократно проводило торги, но так и не получило подрядчиком выполнения этих работ…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: И на одном из совещаний весной этого года врио губернатора Приморского края, тогда Тарасенко Андрей Владимирович, жестко поставил этот вопрос, а вице-губернатор потребовал, что, раз никто не хочет из фактического рынка, то мы должны создать свое такое учреждение.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: То есть это вот вторая задача, которая появилась перед Вильчинским Леонидом Платоновичем. И была третья задача. Действующий в то время глава Владивостока озадачился идеей (неразборчиво) парковочных пространств.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Платных парковочных пространств на территории города. И он хотел поручить выполнение этих работ муниципальному учреждению. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Вот когда три эти составляющие сошлись одной стороной решением на уровне федерации. С другой стороны…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: В связи с настоятельной рекомендацией иностранных субъектов и с потребностью муниципалитета главою было принято вот это решение реорганизации МУПВ «Дороги Владивостока» в контрольное учреждение.

Гособвинитель (2): Угу, поняла вас. Екатерина Александровна, в какой период времени, если вам известно, было принято решение о реорганизации МУПВ?

Химич: Насколько я помню, это был июнь 2018 года.

Гособвинитель (2): Так, скажите, пожалуйста, а до июня 2018 года, начиная с 2016-го, МУПВ работало по муниципальным программам муниципальных контрактов?

Химич: Мне это неизвестно, это не мое направление.

Гособвинитель (2): Не ваше направление. А скажите, пожалуйста, в чем принципиальное отличие казенного учреждения от муниципального предприятия? Только как можно вот более кратко, будьте любезны. Принципиальная только разница меня интересует.

Химич: Принципиальное отличие одно: казенное учреждение – это некоммерческая организация, а муниципальное предприятие – это абсолютно коммерческое предприятие.

Гособвинитель (2): Угу, все понятно.

Химич: Я понятно объяснила?

Гособвинитель (2): Да-да-да. Нет, мне это понятно, это в протокол. Скажите, пожалуйста, вы упомянули, отвечая на вопросы защиты, о том, что администрация в 2016 году не расплатилась по каким-то работам с МУПВ «Дороги Владивостока». Скажите, в итоге-то расплатились с МУПВ за проделанные работы?

Химич: Насколько мне известно, да. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Я, может быть, невнятно сказала… не то что не расплатилась, просто задолжала.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Даже не так. Просто контракты были закрыты в самом конце 2015 года…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …а срок оплаты по ним был в начале 2016 года.

Гособвинитель (2): Угу. Я просто заранее записываю. У меня есть такой глагол – «не расплатились», поэтому и вопрос возник. А скажите, пожалуйста…

Химич: Я просто уточняю, я поняла, что вы имели в виду.

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, употребляя такую формулировку, как «чистое предприятие», вы имели в виду, что у МУПа на сегодняшний день нет кредиторской задолженности вообще?

Химич: Нет, я имела в виду, что на тот период не было.

Гособвинитель (2): Угу. На сегодняшний день вам известно, есть или нет кредиторская задолженность у МУПА?

Химич: Мне неизвестно, я уже шесть месяцев не работаю в администрации.

Гособвинитель (2): Угу. Понятно. Скажите, пожалуйста, про цены РЦЦС – вы вот отвечали на вопросы защиты. Скажите, вам известно, какими нормативно-правовыми актами регламентировано использование справочников «СМЕТА» с указанием этих самых цен для использования при строительстве за счет бюджетных средств? Нормативно-правовые акты их вам же известны? 

Химич: Конечно. Это и Градостроительный кодекс…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …и акты строительства, и акты Приморского края…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Вы абсолютно правильную формулировку употребили – именно для расчета смет для строительства.

Гособвинитель (2): Угу. Так. Ну, собственно, я ни на чем другом не настаиваю, это защита вас так спрашивала интересно.

Химич: Это… 

Гособвинитель (2): Я как раз правильную формулировку использую, да.

Химич: Это был, да…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Большое спасибо за правильную формулировку. Дело в том, что МУПВ «Дороги Владивостока», насколько мне известно, по большей части работало не на строительстве, а на аварийно-восстановительном ремонте.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: А это разные вещи.

Гособвинитель (2): Вы полагаете, что это принципиально разные вещи. А скажите мне тогда, пожалуйста…

Химич: Это (неразборчиво).

Гособвинитель (2): Я поняла вас. А чем занимался… извините, я единственное у вас уточню. Значит, вы назвали Градостроительный кодекс, а еще что?

Химич: Постановление правительства есть на эту тему, есть постановление от администрации Приморского края, которое говорит о том, что если привлекаются…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …средства краевого бюджета по строительству, то обязательны экспертиза ценообразования и учет ценности справочника РЦЦС.

Гособвинитель (2): Угу, понятно. Скажите, пожалуйста, чем занимается у вас отдел сметного нормирования?

Химич: У меня не было отдела сметного нормирования, это в управлении дорог.

Гособвинитель (2): Вам неизвестно об этом, да? Нет, я не говорю о том, что это было у вас в подведомственности, в вашей компетентности, я имею в виду, может, вам об этом в принципе известно. 

Химич: (неразборчиво) Нет, мне про это неизвестно. 

Гособвинитель (2): Вы даже не знаете, чем он занимается, понятно. Скажите, пожалуйста, совместно с Игорем Сергеевичем Пушкаревым на протяжении периода времени с 2008-го по 2016 год когда-либо совместно вы использовали такие виды транспорта, как катер, вертолет?

Химич: Да, использовали.

Гособвинитель (2): Угу, расскажите, пожалуйста, с какой периодичностью вы их использовали, для каких целей и, соответственно, в каком составе вы ходили, летали?

Химич: С периодичностью назвать сложно…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Потому что это были какие-то единичные случаи.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Это было как-то в составе не вдвоем, это было… ну, возможно, другие заместители главные, может, начальники управления были. На катере мы передвигались на остров Русский, когда он не был связан с Владивостоком мостом, и для того, чтобы попасть на встречу с населением, администрации нужно было добираться туда по морю.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Тот общественный транспорт, который ходил, он был очень тихоходный, а мы не могли столько времени тратить на то, чтобы туда добраться. 

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: А на катере совместно с Игорем Сергеевичем у нас уходило гораздо меньше времени.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Вертолет… Ну я помню один случай, потому что такой был достаточно длительный полет. Мы с Игорем Сергеевичем были в командировке в Хабаровске…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …и нам нужно было в тот же день вернуться к обозначенному времени во Владивосток. Поэтому часть пути мы преодолели на автомобиле, а часть пролетели на вертолете.

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, как часто это происходило? Вот это единственный уточняющий вопрос. 

Химич:  Я же сказала, это были единичные случаи. 

Гособвинитель (2): Ну единичные… Что вы понимаете под единичными? Потому что мы можем по-разному понимать это слово.

Химич:  Ну это было там пару раз, может быть, три раза. Я не могу сказать, что это происходило с периодичностью. Нет, такого не было.

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, что это был за вертолет? Что это был за катер? Кому они принадлежали? И откуда вы выходили, вылетали?

Химич:  Я не могу сказать, что это был за вертолет и катер. Я не разбираюсь в моделях. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич:  Кому они принадлежали, тоже сказать не могу, так как я не видела никогда документов. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Вылетали мы где-то в районе Дальнереченска. Это такой город в Приморском крае…

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: В чистом поле, насколько я помню. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: А в море выходили на причал в центре Владивостока.

Гособвинитель (2): Угу. Понятно. Скажите, пожалуйста, вы, отвечая на вопрос и защиты, и моего коллеги, указывали на отсутствие у вас сведений относительно связи Игоря Сергеевича и «Востокцемента», отсутствие сведений исходя из документов, то есть вы, в частности, приводили в пример изучение его деклараций. А не основываясь на документах, из каких-либо иных источников вам что-нибудь известно? Игорь Сергеевич продолжал иметь какое-то отношение к руководству «Востокцемента» на протяжении периода времени с 2008-го по 2016 год?

Химич: Мне ничего не было известно.

Гособвинитель (2): Вам не было известно. Все, Ваша честь, нет вопросов.

Судья: Угу. Новых вопросов не появилось? 

Третьяков: Можно еще пару вопросов? Разрешите? 

Судья: Да.

Третьяков: Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, отвечая на вопросы защиты, вы сказали, что Игорь Сергеевич озвучил вам о том, что, значит, должна администрация долги перед МУПВ закрыть, а МУПВ должно закрыть, соответственно, по возможности свои долговые обязательства перед своими кредиторами. При этом «Востокцемент» ну как бы в последнюю очередь там будет являться должником, назовем это так, в последнюю очередь… кредитором в последнюю очередь. А вам известно в действительности, как вообще МУПВ «Дороги Владивостока» закрывало свои долговые обязательства перед кредиторами? Перед кем в первую очередь, перед кем в последнюю? В каком размере это все происходило? В какие сроки, в какие периоды?

Химич: Конечно, нет. У МУПВ была собственная бухгалтерия.

Третьяков: Угу.

Химич: Я не отслеживала движение (неразборчиво).

Третьяков: То есть вам об этом неизвестно. Неизвестно, да? Вы не знаете, как в действительности МУПВ погашало свои долги – перед кем в какой период, в какую очередь, в каком размере? Правильно я вас понял? 

Химич: Неизвестно. 

Третьяков: Что?

Химич: Правильно.

Третьяков: Понятно. Нет вопросов.

Гособвинитель (2): У меня еще один вопрос уточняющий.

Судья: Да.

Гособвинитель (2): Екатерина Александровна, я правильно поняла вас, что Демичев был инициатором создания МАУ «БОСДВ»?

Химич: Правильно.

Гособвинитель (2): Да. И теперь скажите мне, пожалуйста, тогда, а в каком формате, ну раз уж вы это помните, в каком формате он выступил с этой инициативой? Это было совещание, это была какая-то служебная записка или иной документ?

Химич: Служебная записка, конечно. Потому что создание и проект… я видела проект.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Постановление администрации о создании…

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: И в графе «инициатор» стояла фамилия Демичев и его подпись.

Гособвинитель (2): Угу. И вот в этой служебной записке он излагал точно такие же причины, по его мнению, а вернее, основания необходимости создания такой организационно-правовой формы учреждения, да? Вот то же самое, что и вы нам сказали, он там указывал?

Химич: Нет. Я думаю, что все-таки здесь играет роль то, что я анализировала документы и общалась с сотрудниками.

Гособвинитель (2): Угу. 

Химич: Возможно, я вот сейчас не помню всю там служебную записку, что писал Демичев…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Возможно, эта вот картина сложилась у меня из того, что я пыталась полностью разобраться, для чего создавали МАУ «БОСДВ». И вот как я поняла, так я и изложила.

Гособвинитель (2): Понятно.

Химич: В служебной записке протокол был.

Гособвинитель (2):  То, что вы… Вы не помните, что в служебной записке, или помните, что принципиально что-то там по-другому написано?

Химич: Нет, я не помню, что в служебной записке.

Гособвинитель (2): Вы не помните. Скажите мне, пожалуйста, а в какой период вы пытались разобраться, для чего же создано МАУ «БОСДВ»?

Химич: А когда следователь мне задавал этот вопрос, я ответила.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: И думала, этого достаточно, потому что…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …я находилась в отпуске по беременности и родам.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но была проведена очная ставка с одним из свидетелей, который давал показания, что это я была предложившим лицом. И мы остались каждый при своих показаниях…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Потому что я не создавала учреждение, он же думал по-другому. Я на всякий случай вот для себя решила выяснить. Мне сейчас сложно сказать, какой это временной период, но, возможно, это был или декабрь 2016-го, или ноябрь, ой, вернее январь 2017-го. Вот где-то сразу по датам можно посмотреть мои допросы, очных ставок вот материалы дела.

Гособвинитель (2): Я поняла вас. Екатерина Александровна, до этого периода вы не задумывались, для чего же создано МАУ «БОСДВ»?

Химич: Нет.

Гособвинитель (2): Не задумывались. Все.

Химич:  У нас много учреждений и предприятий.

Гособвинитель (2): Я поняла вас.

Третьяков: Ваша честь, разрешите еще один вопрос уточняющий к свидетелю? 

Судья: Угу.

Третьяков: Екатерина Александровна, а не могли бы вы еще уточнить такой момент… Вот возвращаясь к словам Игоря Сергеевича, чем мотивировал Игорь Сергеевич Пушкарев то, что перед «Востокцементом» в последнюю очередь необходимо погашать будет МУПВ «Дороги Владивостока» свои долговые обязательства?

Химич: Он объяснял это тем, что… он мотивировал это тем, что долг перед «Востокцементом»… Он сказал примерно (может быть, буду близка к цитате дословно), что долг «Востокцемент» простит.

Третьяков: Угу. А почему «Востокцемент» должен был прощать этот долг, не говорил Игорь Сергеевич? Ну вот…

Судья: Да, продолжайте. 

Третьяков: Угу. 

Химич: Вас слышно.

Третьяков: А Игорь Сергеевич не говорил, почему «Востокцемент»…

Химич: Нет, Игорь Сергеевич ничего не пояснял.

Третьяков: …должен простить долг МУПВ «Дороги Владивостока»? Вот в чем интерес…

Химич: Нет, не пояснял.

Третьяков: …«Востокцемента»?

Третьяков: Угу. Все.

Судья: Нет больше вопросов? 

Представитель потерпевшего МУПВ: Да, есть. У меня вопросы. Екатерина Александровна, подскажите, вот в ходе изучения уголовного дела… материалов уголовного дела было исследовано несколько приказов о приеме Лушникова Андрея Вадимовича на работу. В этих приказах стоят разные должностные оклады. Когда вы подписывали приказ о приеме Лушникова на работу, из чего исходил назначаемый должностной оклад?

Химич: Ну в заявлении, которое писал претендент на назначение на должность, курирующий заместитель всегда писал: согласовано с должностным окладом таким-то. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу.

Химич: Исходя из этого мы устанавливали этот оклад в приказе о приеме на работу, а система надбавок исходила из положения об оплате труда.

Представитель потерпевшего МУПВ: А откуда эта цифра бралась, если… Скажем так, откуда эта цифра придумывалась там как-то, какой-то был…

Химич: Я не знаю, что там придумывалось. Это писали профильные заместители. Возможно, это по штатному расписанию МУПа, но точно сказать не могу…

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу.

Химич: Потому что это не было вопросом моей компетенции – определять зарплату принимаемым сотрудникам. Если она была как-то определена и всеми согласована, у меня оставалось только одно право – издать соответствующее распоряжение.

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. Я понял. Екатерина Александровна, еще один вопрос. Вот подскажите, вы рассказали про «Дальэнергомаш». А вот этими действиями вот этой компании были причинены убытки? И если да, то кому?

Химич: Ну, конечно, были причинены убытки администрации, городскому бюджету, потому что аванс был не отработан, и, конечно же, были прямые убытки.

Представитель потерпевшего МУПВ: А аванс был оплачен из бюджета города Владивостока или, может быть, каким-то коммерческим…

Химич: Из бюджета. Из бюджета города Владивостока.

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. Все, нет вопросов.

Судья: Для свидетеля вопросы есть?

Поликарпов: Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, а вот прощением долга… «Востокцемент» простил МУПВ долг. Этим был причинен ущерб администрации или МУПВ «Дороги Владивостока»?

Судья: Вопрос снимается. Нам свидетель не говорил о том, что ей известно о прощении долга.

Поликарпов: Нет, она сказала, что в конце концов в октябре 2016 года долг был прощен.

Судья: Хорошо, давайте, пожалуйста. 

Химич: Да, я говорила, что долг был прощен, и я говорила также, что этот прощенный долг (неразборчиво) на прибыль предприятия и оплатил с нее налог на прибыль. Поэтому о каком ущербе в данном случае речь? И об ущербе администрации невозможно говорить в таких условиях. Это была прибыль предприятия.

Поликарпов: Спасибо.

Третьяков: Два вопроса, Ваша честь.

Судья: Да, пожалуйста. 

Третьяков: Екатерина Александровна, буквально два вопроса. Подскажите, а вот эта история с «Дальэнергомашем», коль мы уже так глубоко ее коснулись сегодня. Она каким-то образом повлияла на условия муниципальных контрактов, которые стали заключаться после этой ситуации? И если повлияло, то как? Какие условия стали выполняться или, наоборот, не выполняться? 

Химич: Дело в том, что до начала нашей работы во главе с Игорем Сергеевичем в администрации администрация города всегда относилась осторожно к авансированию работ. Но поскольку очень часто возникали ситуации, когда подрядчики жаловались, что без авансов им работать тяжело или даже невозможно, а дорога была нужна городу, то в том контракте был предусмотрен аванс, достаточно существенный, который позволял добросовестным подрядчикам надлежащим образом реализовать этот контракт и построить дорогу. Когда мы оказались вот в таких условиях, что и дороги нет, и аванс не возвращен, конечно же, администрация опять задумалась. И большинство профильных управлений, разрабатывая документацию на торги, стали полностью отказываться от авансирования работ либо в совсем редких случаях устанавливали какой-то незначительный процент авансирования, потому что бесконечно рисковать бюджетными средствами невозможно.

Третьяков: Угу, я понял. И второй вопрос, который у меня возник. Подскажите про систему оплаты тех контрактов, которые выполняло МУПВ. Они производились в том же году, в котором работы выполнялись, либо сначала работы, а потом оплаты, либо сначала оплаты, а потом работы в плане бюджетов по годам?

Химич: Я поняла. Вообще, все зависит от финансового года и возможности бюджета. Когда мы стали принимать трехлетний бюджет, когда лимиты для прошлых управлений, являющихся в (неразборчиво) главными распорядителями бюджетных средств, известны на три года, у них появилась возможность заключать контракты с отсрочкой оплаты, когда работы выполняются в этом году, а оплата в следующем. Мне сложно сказать именно с МУПВ «Дороги Владивостока», были ли такие ситуации, потому что в те годы я уже не была начальником правового управления и контракты не согласовывала. Но общий посыл у администрации был такой, что, возможно, было выполнение работ в одном году, а оплата в следующем.

Третьяков: А с какого времени, напомните, такая ситуация стала возможной?

Химич: Я думаю, что это, наверное, уже и 2013 год, и 2014-й, возможно, так. Но это так кажется, что было как вчера, поэтому, как бы с достаточной долей вероятности была.

Третьяков: Хорошо, я услышал вас, спасибо большое за ответ. У меня больше нет вопросов.

Гособвинитель (1): Ваша честь, разрешите еще уточняющие два вопроса?

Судья: Да, пожалуйста.

Гособвинитель (1): Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, вот те денежные средства, которые МУПВ получало за выполнение… за принятые работы по муниципальным контрактам, которые перечислялись администрации, эти денежные средства чьей собственностью являлись – собственностью администрации города Владивостока либо собственностью МУПВ «Дороги Владивостока»?

Химич: Я уточню, правильно ли поняла: те денежные средства, которые получило МУПВ «Дороги Владивостока» за выполненные работы?

Гособвинитель (1): Да-да-да.

Химич: Да, эти денежные средства, конечно, собственность муниципального предприятия.

Гособвинитель (1): Скажите, пожалуйста, а вот те обязательства, которые возникали у МУПа в рамках заключенных муниципальных контрактов перед его контрагентами там, с поставщиками, с субподрядчиками. Вот эти обязательства, они автоматом ложились так же обременением на администрацию города либо это исключительно были обязательства МУПа как коммерческой организации? Ну в рамках этих…

Химич: (неразборчиво) является причиной (неразборчиво). Исключительно обязательства коммерческой организации МУПВ, это предусмотрено 161-м законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, где сказано, что по общему правилу учредитель не отвечает по долгам учрежденного предприятия.

Гособвинитель (1): Угу, скажите, пожалуйста, тогда в связи с этим. Вот эта кредиторская задолженность… если вот задолженность, которая возникла в результате деятельности МУПВ, вот она вообще как… ее можно с учетом этого отнести как некий ущерб, который причинен администрации города Владивостока, либо это ущерб, который исключительно причинен вот организации МУПВ «Дороги Владивостока»?

Химич: Задолженность сама по себе не может быть ущербом, потому что здесь еще никто ничего не потерял. Я правильно понимаю, что мы говорим о задолженности за полученные материалы? (неразборчиво) я правильно поняла?

Гособвинитель (1): Мы говорим о ней, но вот сейчас говорим о ней в контексте того… с учетом того, что как бы это исключительно взаимоотношения МУПВ с контрагентом, а не с администрацией. И администрация к этому никакого отношения не имеет. Правомерно ли говорить о том, что у администрации вообще возникали в связи с такой деятельностью МУПВ какой-либо ущерб, долговые обязательства перед кем бы то ни было?

Химич: Нет. Никакого. У администрации не могло возникнуть долговых обязательств по долгам предприятий. Единственный случай в законе, который допускается по решению суда о привлечении в рамках дела о банкротстве…

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: …если при администрации в качестве соответчика было доказано, что своими действиями администрация довела предприятие вот до такого состояния. Если обратиться к судебной практике, то, как правило, под этими действиями понимается изъятие имущества, исходя из (неразборчиво) рейтинга. Поэтому администрация Владивостока, которая никогда ничего за долги не изымала, даже теоретически не могла быть привлечена в качестве соответчика по любым долгам МУПа. 

Гособвинитель (1): Угу, так.

Химич: Что касается самих по себе долгов, то, насколько я осведомлена в бухгалтерском учете, если долги в течение трех лет будут числиться на балансе предприятия, то предприятие обязано в любом случае их отнести на прибыль и заплатить с них налог. Ну, по крайней мере, так анализировала для нас бухгалтерия.

Гособвинитель (1): Угу.

Химич: Поэтому эти денежные средства ни при каком условии не могли стать убытком ни для предприятия, ни для администрации.

Гособвинитель (1): Угу. Скажите, пожалуйста, а вот в случае если бы не была прощена вот эта задолженность? Вот вы сделали вывод, что раз она прощена и отнесена как прибыль, значит, ущерба и нет (отвечая на вопрос защиты). Ну а в случае если бы она не была прощена, то тогда как ее (неразборчиво)?

Третьяков: Ваша честь, мы просим переформулировать вопрос, потому что «если бы» – это предположительная форма. 

Химич: Если бы она не была прощена, она бы 3 года провисела и была обращена в прибыль самостоятельно предприятием.

Гособвинитель (1): Скажите, пожалуйста, а вам известно, сколько вообще по времени эта задолженность уже была на предприятии? 

Химич: Я знала, что на январь она была выше миллиарда…

Гособвинитель (1): Так.

Химич: А прощена была что-то там 950–960, что ли, так примерно (неразборчиво).

Гособвинитель (1): Нет, меня сейчас интересует вопрос, сколько по времени эта задолженность существовала? И была ли она в связи с этим обращена как прибыль, если она существовала более 3 лет?

Химич: (Неразборчиво) я не знаю, в какой период времени она продолжалась. Я говорила, что я динамику долгов МУПа не знаю.

Гособвинитель (1): Понятно. Нет вопросов.

Судья: Больше вопросов нет?

Представитель потерпевшего МУПВ: Да, есть вопрос.

Судья: Пожалуйста.

Представитель потерпевшего МУПВ: Уточняющий вопрос. Екатерина Александровна, подскажите, вот мы изучали материалы уголовного дела, устав города Владивостока. Если вы помните, то масса изменений вносилась в этот устав, и, скажем так, одно из последних изменений – уже после того, как Игорь Сергеевич прекратил исполнять свои полномочия, – было внесено, что город Владивосток имеет право в банках брать кредит. Вот до этого изменения, когда у администрации города Владивостока появилось такое право брать кредиты в банках, каким образом при необходимости задействовать большие средства для строительства ну, скажем так, строительства города, дорог и так далее, для своих нужд, как город выходил из этой ситуации?

Химич: Мне не совсем понятен вопрос, потому что возможность администрации брать, привлекать заемные кредитные средства была на протяжении всей моей работы в администрации. Изменения в уставе Владивостока, как правило, связаны с изменением в федеральном законодательстве чаще всего. Возможно, была какая-то уточненная формулировка в федеральном законе, но я вот точную формулировку сейчас не могу воспроизвести, у меня ее перед глазами нет, соответственно, связать вот с вашей цитатой не могу. Но то, что администрация всегда могла (неразборчиво).

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу, все.

Третьяков: Можно один вопрос задать буквально?

Судья: Да.

Третьяков: Екатерина Александровна, у меня один вопрос возник по поводу трудового договора Лушникова. Вы не подскажете, это была типовая форма договора или для господина Лушникова были какие-то исключительные условия там прописаны, которые ну как-то отличали его?

Химич: Там самая обыкновенная форма договора. Абсолютно типовая.

Третьяков: Будьте добры…

Химич: Типовая. 

Третьяков: Спасибо, у меня нет вопросов больше.

Судья: Больше вопросов нет? 

Гособвинитель (2): Ходатайство.

Судья: Ходатайство, пожалуйста.

Гособвинитель (2): Угу. Ваша честь, мы просим расследовать показания свидетеля Химич, данные… исследовать показания, данные на следствии, соответственно, зафиксированные в двух протоколах и противоречащих (неразборчиво). Первый протокол – это 31 том, листы дела 194–197.  Противоречие состоит в том, что ну, собственно, свидетель на мой вопрос прямо ответила, что ей не предъявлялась копия распоряжения о переводе Вильчинского, здесь же ей предъявляется копия этого распоряжения, она дает пояснения по этому поводу. Второе противоречие – это протокол в 33 томе, на листах дела 142–147. На 144 листе, содержатся указания свидетеля на то, что ей неизвестно, по чьей инициативе создавалось МАУ «БОСДВ», а сегодня свидетель дала пояснения нам относительно того, в какой форме Демичев обратился с указанной мной инициативой. По этой причине, в связи с наличием существенных противоречий, прошу обсудить.

Судья: Обсуждается. Вы что скажете в данном случае? 

Представитель потерпевшего МУПВ: Я считаю, что нет оснований для оглашений по той простой причине (начну со второго протокола допроса), что в нем свидетель пояснила, что на период, когда ее допрашивали, она не знала, а потом, после всего этого, она выяснила и поэтому сейчас дала такие показания. Четко и ясно звучало в ее показаниях. По поводу показаний, находящихся в 31 томе, точно так же оснований нет для оглашения по той простой причине, что предъявление документа… скажем так, сейчас никакой проблемы нет, чтобы предъявить этот документ государственным обвинителем в настоящий момент. То есть предъявите, спросите: этот документ предъявлялся вам или не этот предъявлялся? Но противоречий здесь нет. 

Судья: У стороны защиты?

Третьяков: Ваша честь, по поводу… да, действительно, по поводу допроса, связанного… где касалось того второго вопроса, второго пункта, второго протокола, о котором говорило гособвинение. Действительно, свидетель дала все пояснения в этой части, что она была тогда, как раз и возник у нее интерес для ознакомления со всей этой процедурой и установления, чья же была эта инициатива, именно после допросов, когда ей предъявлялось это все. В самом начале она очень подробно это все пояснила. А что касается дополнительного допроса, который в 31 томе, то это на усмотрение суда, мы можем оставить этот вопрос. 

Судья: Угу, у других защитников, у подсудимых?

Поликарпов: Я разделяю мнение представителя потерпевшего, что служебную записку в отношении Вильчинского можно предъявить, задать вопрос, не оглашая показаний. Свидетель говорила о том, что она в настоящий момент не помнит, предъявлялась ли эта служебная записка…

Гособвинитель (2): Не надо искажать, пожалуйста…

Судья: Там…

Гособвинитель (2): В показаниях свидетеля нет, она ответила (неразборчиво).

Поликарпов: Про Лушникова она помнила. А про…

Гособвинитель (2): Про Вильчинского она ответила…

Третьяков: Ну тем не менее можно ее просто огласить, эту служебную записку, и задать вопрос конкретный.

Судья: Понятно. 

Защита: Ваша честь, я также поддерживаю позицию представителя потерпевшего, спасибо.

Судья: У подсудимых такая же позиция, что и у защитника? Я понял. Так, государственный обвинитель, а по 33 кто ожидал от пояснения… Свидетель по поводу этого сказала, что там очная ставка была…

Гособвинитель (2): Нет, это не очная ставка была…

Гособвинитель (1) Нет, это не очная, это не очная ставка, Ваша честь.

Гособвинитель (2): Ваша честь, в том-то и дело, очной ставки никакой не проводилось, поэтому, собственно, и вопрос по ее показаниям, которые давались…

Судья: Ну у вас противоречит только вот в том, что не указывала тогда, по чьей инициативе создавалось МАУ? 

Гособвинитель (2): Сейчас, секунду, Ваша честь. Сейчас я найду, это в конце. Что-нибудь (неразборчиво), Ваша честь, и, соответственно, если вы примете решение об удовлетворении нашего ходатайства с участием 31 тома, то, соответственно, мы уточним после оглашения наше ходатайство, чтобы время не терять. И так уже без десяти двенадцать.

Судья: Ладно, тогда суд постановил удовлетворить ходатайство частично, то есть наличие существенных противоречий, указанных государственным обвинителем, огласить показания свидетеля Химич, данные на предварительном следствии (том 31, листы 194–197). Пожалуйста, вот том лежит. В основной части отказать, поскольку заявленные противоречия уже были разрешены свидетелем, она дала по этому поводу пояснение, в котором на тот момент допроса поясняла, что не осведомлена о создании МАУ.

Гособвинитель (1): Оглашается протокол допроса свидетеля Химич Екатерины Александровны. Допрошена 16 февраля 2017 года, по существу заданных вопросов пояснила следующее: «С правами и обязанностями свидетеля ознакомлена, показания давать желаю». Вопрос следователя: «Поясните, работая в администрации Владивостока, присутствовали ли вы в 2008 году, до ухода в отпуск по беременности и родам, на совещании под председательством главы Пушкарева Игоря Сергеевича? Были ли такие факты, что Пушкарев Игорь Сергеевич на совещании высказывал недовольство тем, что при проведении аукционов, направленных на включение муниципальных контрактов по ремонту дорог, выигрывают недобросовестные компании, которые не выполняют работу, и эту проблему необходимо решать? Высказывали ли вы в ответ на это идею о создании муниципального автономного учреждения, которое бы не участвовало в аукционах, а получало бы муниципальные задания на ремонт дорог?» Ответ свидетеля: «Я неоднократно присутствовала в указанный период на совещаниях под председательством Пушкарева Игоря Сергеевича. На совещаниях обсуждались различные вопросы, я помню, что в тот период были совещания по пятницам, в вечернее время, на некоторых…

Судья: Что случилось?

Защита: Связь пропала.

Судья: Так, продолжайте.

Гособвинитель (1): Ответ свидетеля: «Я неоднократно присутствовала в указанный период на совещаниях под председательством Пушкарева Игоря Сергеевича, на совещаниях обсуждались различные вопросы, я помню, что в тот период были совещания по пятницам, в вечернее время, на некоторых из них также присутствовала и я. По прошествии времени я уже не помню, высказывал ли недовольство Пушкарев Игорь Сергеевич тем, что при проведении аукционов на право заключить муниципальный контракт по ремонту дорог выигрывали недобросовестные компании, которые не выполняют работы. Я никогда не высказывала идею о создании муниципального автономного учреждения, которому администрация могла давать муниципальные задания за (неразборчиво) торгов. Я в то время даже не была знакома с федеральным законом о муниципальных автономных учреждениях». Вопрос следователя: «Вам предъявляется для обозрения копия распоряжения № 781 (неразборчиво) от 25.06.12 о переводе Вильчинского Леонида Платоновича на должность начальника управления содержания жилого фонда и городских территорий. Поясните, вами подписан указанный документ, являетесь ли вы инициатором назначения Вильчинского на эту должность? И если нет, то по чьей инициативе был назначен Вильчинский Леонид Платонович?» Ответ свидетеля: «Данный документ подписан мной лично, я не являлась инициатором назначения Вильчинского Леонида Платоновича. В тот период я являлась заместителем главы администрации и курировала управление кадров, поэтому подписание данного документа носит формальный характер. Кто именно из должностных лиц был инициатором назначения Вильчинского на должность, мне неизвестно». К протоколу допроса прошу приобщить копию распоряжения администрации Владивостока № 575 (неразборчиво) от 21 ноября 2008 года о возложении обязанностей Химич на Точилина, копию распоряжения № 301 от 7 апреля 2009 года о предоставлении Химич отпуска, копию распоряжения № 655 2009 года о приступлении к обязанностям Химич. Так, в ходе, по окончании допроса каких-либо заявлений, замечаний по поводу проведения следственного действия, по поводу содержания протокола допроса от свидетеля Химич и адвоката ее, который также участвовал, (неразборчиво) Константин Валерьевич, не поступило. 

Судья: Угу.

Гособвинитель (1): Ну к протоколу приложен, соответственно, документ.

Судья: Хорошо. Понял. Какие вопросы будут по оглашению?

Гособвинитель (1): Скажите…

Гособвинитель (2): Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, сейчас были оглашены ваши показания. Подтверждаете вы их? Да, нет либо частично? Если нет, то, соответственно, в какой части и в связи с чем?

Химич: Я их подтверждаю.

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Просто для меня, видимо, в том допросе самые важные были вопросы, связанные с МАУ, поскольку я…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …не могла на них отвечать. А возможно, да, действительно оглашали, вернее, знакомили с разрешением о назначения Вильчинского, я просто это забыла. 

Гособвинитель (2): Угу, все понятно.

Химич: Поэтому и отвечала вот по Лушникову. Мы просто долго обсуждали со следователем и потом разговаривали, поэтому мне это запомнилось.

Гособвинитель (2): Угу. Все понятно, то есть такой документ вам предъявлялся, правильно? Самое главное-то. 

Химич: (неразборчиво) ну если это есть в протоколе…

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: …безусловно, да, я просто этого не помню. 

Гособвинитель (1): Угу, понятно. Скажите, пожалуйста, в целом добровольно давали оглашенные показания? Не оказывал ли на вас кто-либо давление физическое, психологическое? 

Химич: Нет, никакого давления следователь на меня не оказывал.

Гособвинитель (2): Угу, все понятно. Ваша честь, у меня еще вопрос не по оглашению показаний. Разрешите, да?

Судья: Да, пожалуйста. 

Гособвинитель (2): Екатерина Александровна, скажите, пожалуйста, а вы знакомы с общими положениями по применению сборников «СМЕТА»? Сборников от РЦЦС?

Химич: Знаете, это, наверное, все-таки слишком специальный документ.

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, вот вы отвечали…

Химич: Я (неразборчиво) задача не стояла.

Гособвинитель (1): Я поняла. Отвечая на мой вопрос и указав, что, по вашему мнению, цены РЦЦС применимы только в строительстве, вы на что опирались? 

Химич: Я опиралась на постановление администрации Приморского края, на (неразборчиво) Градостроительного кодекса. 

Гособвинитель (2): Угу.

Химич: Но обязывающих (неразборчиво) текущих работ я, по крайней мере, в законодательстве не нашла. Возможно, я что-то упустила. 

Гособвинитель (2): Все понятно, и последний вопрос. Скажите, пожалуйста, вам известно, в актах приемки выполненных работ какая стоимость предъявляется подрядчиком заказчику – сметная или отпускная? 

Химич: Я не… это не мой вопрос.

Гособвинитель (2): Не ваш вопрос.

Химич: Я не могу ответить. 

Гособвинитель (2): Спасибо, нет вопросов. 

Судья: Угу. У других вопросов нет? 

Гособвинитель (2): Нет.

Судья: Представитель потерпевшего, защитники, подсудимый? 

Представитель потерпевшего МУПВ: Нет.

Подсудимые: Нет.

Третьяков: Нет, не имеем.

Судья: Других ходатайств нет? 

Гособвинитель (2): Нет.

Судья: Нет. Допрос свидетеля завершен, спасибо большое, свидетель. Можете быть свободны.

Пушкарев: Екатерина Александровна, всего доброго. 

Химич: Спасибо!

 

Поделиться: