18+

Заместитель директора группы компаний назвала сумму 

Заместитель генерального директора по экономике и финансам «Востокцемента» Жанна Бевза ответила на вопросы Тверского суда по существу дела экс-главы Владивостока Игоря Пушкарёва, бывшего директора МУПВ «Дороги Владивостока» Андрея Лушникова и ранее возглавлявшего холдинг «Востокцемент» Андрея Пушкарёва 10 декабря.

Свидетель подчеркнула: от взаимодействия с МУП «Дороги Владивостока» группа компаний «Востокцемент» получила убытки на сумму 1 миллиард 450 миллионов рублей. Это произошло в результате прощения задолженности муниципальному предприятию в размере 962 миллионов рублей, налогов, уплаченных с этой суммы и других факторов, связанных с работой холдинга с МУПом. 

Отвечая на вопросы участников судебного процесса, Жанна Бевза сообщила, что взаимодействие холдинга и муниципального предприятия началось в 2008 году. Уже через год – в 2009-м– у «Дорог Владивостока» появилась дебиторская задолженность – 92 миллиона рублей. «Востокцемент» продолжал отгрузку инертных строительных материалов, а долги МУПа росли, как снежный ком. В 2010 году задолженность уже составляла 386 миллионов, в 2011-м – 600, в 2012 году – 746 миллионов рублей. К концу 2015 года долг муниципального предприятия увеличился до 1 миллиарда 48 миллионов. Часть долгов МУП оплатить сумело. 

«С финансовой точки зрения последствия взаимодействия холдинга с МУПВ «Дороги Владивостока» я оцениваю крайне негативно,- подчеркнула Жанна Бевза. - На протяжении всего времени работы с МУПом компания «Востокцемент» наращивала долги, которые в свою очередь влияли на формирование дефицита денежных средств на предприятии. Данный дефицит необходимо было чем-то компенсировать, ведь надо выплачивать заработную плату, платить налоги, рассчитываться по счетам. В этот период мы были вынуждены привлекать кредитные ресурсы, причем процентные ставки были достаточно существенные, начиная с 14 процентов, некоторые выше. И весь период взаимодействия с МУПом компания выплачивала эти проценты, их общая сумма  составили около 450 миллионов рублей. Это прямые убытки компании «Востокцемент». 

Несмотря на то, что полученные стройматериалы МУП «Дороги Владивостока» не оплачивало, холдинг всё это время исправно платил налог на добавленную стоимость и налог на прибыль. В соответствии с учётной политикой и юридическими тонкостями, в момент отгрузки продукции, предприятие обязано отразить в собственной бухгалтерской документации прибыль вне зависимости от того получена оплата или нет. Кроме того, налоговое законодательство обязывает в это же время оплатить налог на добавленную стоимость. Далее следует исчисление налога на прибыль и его уплата. При этом, напомним, никакого значения не имеет, оплатило предприятие полученную продукцию или нет. 

«Получается, что прибыль отражена, а по факту денежные средства за стройматериалы не получены,- отметила свидетель. -  С учетом НДС МУПу была отгружена  продукция на 2,5 миллиарда. После частичной оплаты – полтора миллиарда, у нас сформировался долг на 962 миллиона рублей, который в последствии был прощён. Это также прямой убыток компании «Востокцемент», так как прощение задолженности осуществлялось из чистой накопленной прибыли холдинга».

Если бы муниципальное предприятие произвело полный расчёт, то за вычетом налогов, себестоимости продукции и прочих расходов, сумма чистой прибыли «Востокцемента» составила бы 127 миллионов рублей. Чтобы установить размер ущерба группы компаний «Востокцемент» от взаимодействия с МУПом, отнимаем гипотетическую прибыль, отражённую по требованиям законодательства в финансовых документах холдинга, от суммы задолженности. Таким образом, чистый убыток составляет 835 миллионов рублей. 

«Я считаю, что этот экономический эффект необходимо дополнить следующими факторами. После того, как продукция была отгружена («Востокцемент» ничего не получил за неё от МУП «Дороги Владивостока»), холдинг уплатил налог на добавленную стоимость в размере 146 миллионов рублей. То есть, мы заплатили налог на добавленную стоимость с той суммы долга, которая не была оплачены, а также налог на прибыль в размере 25 миллионов рублей,- перечислила Жанна Бевза– Общая сумма налогов – 171 миллион – к убыткам холдинга. Плюс при наличии такой дебиторской задолженности, которую компания имела на протяжении длительного времени, мы были вынуждены кредитоваться в банках по коммерческим ставкам. И проценты, уплаченные по кредитному проценту, сопоставимы с суммой долга МУП «Дороги Владивостока» в адрес «Востокцемента». Сумма уплаченных процентов составила 450 миллионов. Это еще дополнительные убытки, которые понесла компания «Востокцемент» от взаимодействия с МУПом. В итоге, если все это сложить, общая сумма  убытков составляет около 1 миллиарда 450 миллионов. Полтора миллиарда практически».

Сотрудники ГК «Востокцемент» неоднократно акцентировали внимание Игоря Пушкарёва на крупную дебиторскую задолженность, которая негативно сказывалась на компании.

«В феврале 2011 года состоялось заседание бюджетного комитета по итогам 2010 года, где я представила презентацию, касающуюся задолженности МУПа, негативно влияющую на наши финансовые показатели,- сообщила Жанна Бевза. - Игорь Сергеевич сказал, что эту задолженность мы взыскивать не будем, материалы продолжаем отгружать, а дебиторскую задолженность – готовим к прощению. Он отметил, что это наш подарок городу, наша социальная нагрузка».

После того, как было принято принципиальное решение, стартовала процедура списания долга путём его прощения. Это юридически сложный и длительный процесс. Продажей стройматериалов занимается агент («ДВ-Цемент»), который самостоятельно простить долг не может. Он готовит необходимую первичную документацию (это сотни документов) и передаёт её принципалу (собственнику продукции – Спасскому цементному заводу и Владивостокскому бутощебёночному заводу). Для того, чтобы принципал смог отразить эту задолженность в собственном бухгалтерском учёте. И только после этого принципал имеет право простить задолженность, но только за счёт чистой прибыли - суммы, которая не идёт ни на какие расходы, в том числе на себестоимость. При отсутствии чистой прибыли списать задолженность невозможно. 

Процедура списания долга началась в 2014 году. Тогда долг оказался больше, чем чистая прибыль предприятия. Необходимая сумма накопилась по итогам работы 2015 года, в 2016 году состоялось внеочередное собрание акционеров, где они утвердили накопленную прибыль за предыдущий год и приняли решение о прощении долга.  Почти миллиардная задолженность МУПа была прощена «Востокцементом».

Стенограмма допроса Жанны Бевзы

Судья: Свидетель Бевза, встаньте, пожалуйста, для протокола назовите вашу фамилию, имя, отчество.

Бевза: Бевза Жанна Владимировна.

Судья: Угу, я вам разъясняю, что вы приглашены как свидетель для дачи показаний по уголовному делу в отношении Пушкарева Игоря Сергеевича, Пушкарева Андрея Сергеевича, Лушникова Андрея Вадимовича. Как свидетель вы обязаны говорить суду правду, за отказ дачи показаний, дачу заведомо ложных показаний, уклонение от дачи показаний предусмотрена ответственность по статьям 307-308 Уголовного кодекса Российской Федерации. Как свидетель вы вправе не свидетельствовать против себя, своих близких родственников и иных близких лиц, в судебном заседании вы имеете право являться на допрос с адвокатом, пользоваться помощью переводчика, если не владеете русским языком, заявить отвод переводчику, заявлять ходатайства, делать замечания, заявления по поводу  председательствующих, участников процесса, вправе пользоваться мерами государственной безопасности в случаях, когда это предусмотрено законом. Вам понятны ваши права и ответственность?

Бевза: Да, понятны.

Судья: Распишитесь в подписке, пожалуйста.

Представитель Приморского краевого суда: Полностью фамилия, имя, отчество, сегодняшняя дата 10 декабря 2018 года, подпись.

Судья: Подписка отобрана, поясните, пожалуйста, свидетель, вы какое-то отношение имеете или имели к МУПВ «Дороги Владивостока», которое признано потерпевшим по делу?

Бевза: Отношения я не имела к компании МУП «Дороги Владивостока».

Судья: Пушкарев Игорь Сергеевич вам знаком?

Бевза: Да, знаком.

Судья: В двух словах охарактеризуйте сложившиеся с ним отношения.

Бевза: Рабочие отношения, он являлся собственником и основным руководителем компании, в которой я работала и работаю.

Судья: Пушкарев Андрей Сергеевич вам знаком?

Бевза: Да, знаком.

Судья: С ним какие отношения поддерживаете?

Бевза: Рабочие отношения, он непосредственно руководитель, генеральный директор компании «Востокцемент».

Судья: Лушникова Андрея Вадимовича знаете, знакомы с ним?

Бевза: Нет, незнакома.

Судья: У вас конфликтов с подсудимыми не возникало, в силу которых вы можете их оговорить, дать недостоверные показания?

Бевза: Нет.

Судья: Пожалуйста, сторона защиты, какие у вас вопросы к данному свидетелю?

Третьяков: Жанна Владимировна, здравствуйте, меня хорошо слышно?

Бевза: Да, слышно.

Третьяков: Да, отлично, меня зовут Константин Третьяков, я адвокат, защищаю Игоря Сергеевича Пушкарева, подскажите, пожалуйста, где вы работаете, с какого времени вы работаете в своей должности и, вообще, что вас связывает с группой компаний «Востокцемент», с какого времени вы с ней связаны?

Бевза: Работаю  в компании «Востокцемент», я работаю с 20 (неразборчиво) года, начинала я работать заместителем генерального директора по экономике, сейчас занимаю должность заместителя генерального директора по экономике и финансам.

Третьяков: Угу, а на момент вашего трудоустройства Игорь Сергеевич Пушкарев имел какое-то отношение к этой компании?

Бевза: Никаких должностей он не занимал в этой компании.

Третьяков: Угу.

Бевза: Отношения не имел.

Третьяков: Какова была его роль вот на момент вашего трудоустройства?

Бевза: Ну и на момент трудоустройства я его считала и считаю собственником компании «Востокцемент», это человек, который принимал ключевые решения по основным вопросам, и эти решения ключевые транслировались через генерального директора, и решения эти мы исполняли как заместители генерального директора, то есть человек, который принимал ключевые решения по развитию компании, по использованию ее прибыли, крупные финансовые вопросы ну как бы находились в его ведении.

Третьяков: Угу. Не могли бы вы более подробно пояснить, какое именно участие, чем он занимался, Игорь Сергеевич, вот в деятельности компании, какие-то, может быть, конкретные примеры, что-нибудь такое…

Бевза: Ну, Игорь Сергеевич присутствовал,  во-первых, на всех ключевых заседаниях, совещаниях, на которых принимались решения, во-первых, принимались бюджеты на следующий год планируемые, то есть основные финансовые показатели, и утверждались последующие производственные на финансовый год, также он присутствовал на совещаниях, на которых подводились итоги по исполнению бюджета предприятием, то есть  подводились финансовые итоги, формировалась прибыль, принимались решения о дальнейшем ее использовании, ну и также на таких совещаниях, где принимались решения о приобретении, например, крупных активов, как это было в 2012 году, когда принималось решение о приобретении компании «Якутцемент».

Третьяков: Угу, я понял вас.

Судья: Ага, продолжайте, пожалуйста.

Третьяков: Вот вы остановились на «Якутцементе»…

Бевза: Да, то есть на совещаниях, где принимались решения о приобретении активов, как пример – это «Якутцемент» в 2012 году, ну и если принимались решения, например, по выделению средств на модернизацию, на техническое перевооружение существенное на наше производственное предприятие, везде на этих совещаниях присутствовал Игорь Сергеевич, и последнее, решающее слово всегда было за ним.

Третьяков: Подскажите, пожалуйста, вам известно, кем работал с 2008 года Игорь Сергеевич Пушкарев?

Бевза: Игорь Сергеевич был мэром города Владивостока.

Третьяков: И правильно ли я вас понимаю, что одновременно с этим он еще руководил вашей компанией?

Бевза: Да, руководил нашей компанией.

Третьяков: Угу, можете ли вы пояснить вопрос, связанный с вашей зарплатой, кто определял размер вашей заработной платы?

Бевза: Размер непосредственно я обсуждала и с Андреем Сергеевичем, но знаю, что он согласовывал это с Игорем Сергеевичем, потому что окончательное решение он принимал, когда (неразборчиво)… то есть этот вопрос (неразборчиво).

Третьяков: А откуда вам это об этом известно, что он согласовывал с Игорем Сергеевичем?

Бевза: Мне это известно со слов самого Андрея Сергеевича, в процессе разговора он ссылался на Игоря Сергеевича и говорил, что этот вопрос необходимо обсудить с ним.

Третьяков: Я понял, вопрос ваших отпусков вы с кем-то согласовывали, когда хотели уйти в очередной отпуск?

Бевза: Ну по отпускам… мы формируем график отпусков, который направляем в управление персоналом, возглавляемое (неразборчиво) Татьяной Леонидовной, и при  доставлении информации она всегда просила сделать это своевременно, так как, с ее слов, необходимо было график также согласовывать с Игорем Сергеевичем напрямую, чтобы он подтвердил возможность ухода в отпуск именно в этот период времени.

Третьяков: Угу, я понял, буквально такой вопрос, в этом блоке, наверное, последний: вот по поводу социальных гарантий для сотрудников группы компаний «Востокцемент» как вообще вот все это было устроено, как вы поддерживали своих работников и поддерживаете?

Бевза: На наших предприятиях управляемых работает единая социальная программа, она уже выработана и работает много лет, ну (неразборчиво) саму себя идти на помощь сотрудникам… в какие-то юбилейные даты либо события печальные, оплачиваются сотрудникам путевки детские, в детские лагеря, предоставляются займы на (неразборчиво), на обучение, на обеспечение (неразборчиво), ну вот как раз социальная программа, она проработана, действует из года в год во всех предприятиях, материальная помощь, займы и оплата сотрудникам каких-то детских лагерей.

Третьяков: Угу. Вы не можете припомнить, кто был инициатором введения вот всех этих программ, если вам известно, конечно?

Бевза: Ну программа эта существует давно, как я уже говорила, вот сколько, я не помню. Идея была Игоря Сергеевича, а уже реализацию саму (неразборчиво) уже Андрея Сергеевича.

Третьяков: Давайте коснемся более подробно работы группы компаний «Востокцемент», предприятий, которые туда входили, подскажите, пожалуйста,  являлось ли или является ли какие-либо из предприятий группы компаний «Востокцемент» монополистом в своей отрасли? Если да, то какие?

Бевза: Монополисты, да, я поняла вопрос. Монополистами у нас являются «Спасскцемент» – это предприятие по производству цемента на территории Приморского края и предприятие «Владивостокский бутощебеночный завод» по производству щебня на территории города Владивостока, вот эти два предприятия.

Третьяков: Угу, а какие последствия вот, никаких последствий, что это означает для этих предприятий, наличие такого статуса, статуса монополистов?

Бевза: Ну всех монополистов контролирует Федеральная антимонопольная служба, конкретно наши предприятия тоже попадали под надзор данной службы, соответственно, мы на постоянной основе готовили ежегодные отчеты, предоставляли их в ФАС, готовили ежеквартальные отчеты, отчеты касались информации по ценам на нашу продукцию в обязательном порядке, себестоимости продукции, то есть расходы на их производство, ну и, соответственно, прибыль и рентабельность, то есть вся эта информация предоставлялась, обрабатывалась. Если у Федеральной антимонопольной службы возникали вопросы, они их задавали, но сколько я работаю в компании, на протяжении всего периода моей работы от Федеральной антимонопольной службы вопросы к нашим отчетам никогда не задавались, то есть вся информация принималась и как бы мы ее готовили постоянно…

Третьяков: Подскажите…

Бевза: (неразборчиво) задает вопросы, но на постоянной основе (неразборчиво) отчеты, которые предоставлялись… 

Третьяков: …вопрос ценообразования входит в сферу контроля со стороны  ФАС?

Бевза: Ну, цены мы предоставляли, предоставляем постоянно, то есть есть специальная проработанная форма, в которой отдельно предоставляется информация о ценах.

Третьяков: В случае выявления завышения цен какие последствия это влечет для предприятий?

Бевза: Я знаю, что вот если имеет место завышение цен, во-первых, антимонопольная служба начинает проверку предприятия, а во-вторых, могут быть штрафные санкции наложены на предприятие, при мне такого не было.

Третьяков: Хотя бы раз… вам известны какие-то случаи о применении, о выявлении фактов завышения цен со стороны УФАС?

Бевза: Нет, ни разу не видела.

Третьяков: Я вас понял. Вам… что вам известно о поставках стройматериалов в адрес муниципального предприятия «Дороги Владивостока»?

Бевза: Мне известно, что наши компании осуществляли поставку в адрес данного покупателя, что как бы доверительные отношения, что в конечном  итоге большая дебиторская задолженность, которая была прощена, и мы понесли существенные убытки.

Третьяков: Какой размер задолженности был?

Бевза: Ну, размер задолженности, который был прощен, 962 миллиона, в течение периода взаимодействия с МУП «Дороги Владивостока» задолженность постоянно нарастала. Для примера: на конец 2009 года задолженность составляла 92 миллиона, на конец 10-го года она уже была 386 миллионов, в 11-м году это уже было 600 миллионов, в 12-м  – 746, в 13-14-м годах в районе 900 миллионов рублей, на конец 15-го это уже был миллиард 78 миллионов, и вот в 16-м году, на момент прощения, задолженность составляла 962 миллиона рублей.

Третьяков: Угу,  в связи с этим вопрос: вообще, как долго продолжались поставки вот по договорам между ООО «ДВ-Цемент» и группы компаний «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока»?

Бевза: Ну, я начала отслеживать эту задолженность, когда уже стал формироваться долг, то есть поставки осуществлялись с 2008-го по декабрь 2015 года.

Третьяков: Вы не припомните, сколько вообще было договоров за это время заключено между компанией… группой компаний?

Бевза: Около 90.

Третьяков: Да-да, извините, перебил…

Бевза: Период длительный, но я думаю, в пределах 90 договоров было точно.

Третьяков: Угу, а известен ли вам такой договор, как договор №142/09 между группой компаний «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока»?

Бевза: Но (неразборчиво) знаю, (неразборчиво) один из договоров при работе с МУП «Дороги Владивостока».

Третьяков: До какого времени по этому договору продолжались поставки, если помните? 

Бевза: До 2013-го, декабрь (неразборчиво). 

Третьяков: Как вы оцениваете последствия вот для ГК «Востокцемент» в результате вот таких  отношений с муниципальным предприятием?

Бевза: Ну я могу сказать, что со стороны финансовой службы, то есть своего функционала, я оцениваю последствия крайне негативно. С точки зрения финансовой. 

Третьяков: Негативные для какой компании?

Бевза: Для компании «Востокцемент». Потому как на протяжении всего периода взаимодействия с компанией МУП «Дороги Владивостока» компания «Востокцемент» наращивала долги, которые, в свою очередь, формировали дефицит денежных средств на предприятиях. Данный дефицит денежных средств необходимо было чем-то компенсировать. Потому что необходимо было выплачивать заработную плату, налоги, поставщикам. И мы вынуждены были в этот период кредитоваться в банках, привлекать кредитные ресурсы на коммерческой основе в банках. Причем процентные ставки достаточно существенные. От 14 процентов, некоторые выше. Соответственно, мы были вынуждены оплачивать проценты живыми денежными средствами. И за весь период взаимодействия с МУП «Дороги Владивостока» для погашения дефицита, возникающего при привлечении кредитного ресурса, проценты по которому составили около 450 миллионов рублей. Прямые убытки компании «Востокцемент» от привлечения кредитов для погашения дефицита, связанного с формированием дебиторской задолженности МУП «Дороги Владивостока». 

Третьяков: Я понял. Давайте вот коснемся работы вообще с поставщиками по вопросу взыскания задолженности. Каков в ГК «Востокцемент» обычный порядок взыскания задолженности в работе со всеми поставщиками? В общем порядке. 

Бевза: На предприятии работает положение, которое прописывает порядок работы с дебиторской задолженностью. В первую очередь при наличии просроченного… просрочки в оплате осуществляется прекращение отгрузки в адрес покупателя и начинается работа исполнителей по данной дебиторской задолженности. То есть каждый исполнитель осуществляет обзвон должников, пишет письма, назначает встречи. И если по истечении 60 дней работы по положению результатов (неразборчиво), то документы формируются и передаются в юридический департамент для работы по погашению задолженности. 

Третьяков: Угу, подскажите, относительно МУПВ «Дороги Владивостока» предпринимались такие меры для погашения задолженности? Вообще, какие-то меры предпринимались для взыскания с них долгов или иным образом каким-то пытались взыскать эту задолженность?

Бевза: Нет. С МУП «Дороги Владивостока» работа по взысканию задолженности не проводилась. И не исполнители… и в юридический департамент не передавалась.

Третьяков: А почему не производилась? Вы можете пояснить, известно вам что-нибудь?

Бевза: Ну потому что это было решение Игоря Сергеевича, которое было озвучено им, что с данной дебиторской задолженностью мы не работаем, что продукцию мы отгружаем МУП «Дороги Владивостока», независимо от того, что имеется просроченная дебиторская задолженность, в таком объеме, в котором есть потребность у МУП «Дороги Владивостока». Оплату будет производить по мере финансовых своих возможностей, вся дебиторская задолженность, которая будет формироваться… мы не предпринимаем никаких мер и планируем, что она будет прощена. 

Третьяков: А где и когда Игорь Сергеевич об этом говорил?

Бевза: Ну я в силу своих обязанностей отслеживаю крупных дебиторов, поэтому, когда на конец 2010 года дебиторская заложенность МУПа сформировалось уже в размере 386 миллионов рублей, то есть являлась вообще неприемлемый для нашей компании, на заседании бюджетного комитета по итогам 2010 года, это был февраль 2011 года, в присутствии Игоря Сергеевича оно проходило, мы докладывали, я, в свою очередь, докладывали об итогах деятельности компаний за 2010 год, я сделала и посвятила в своей презентации отдельный блок, касающийся именно дебиторской задолженности, с выделением долга МУПа. Так как, еще раз повторяю, задолженность была очень крупной, она влияла на наши финансовые показатели, мы были вынуждены привлекать кредитные ресурсы, лично своих (неразборчиво) для оплаты процентов, и, соответственно, я сделала акцент на том, чтобы понять, какова судьба этой задолженности и какие меры мы будем предпринимать. На этом заседании присутствовал Игорь Сергеевич, и он тогда сказал, что задолженность эту мы взыскивать не будем, ну о чем я уже сказала ранее, продолжаем отгружать, МУП рассчитывается (неразборчиво), с учетом финансового положения, а дебиторскую задолженность необходимо готовить к прощению. То есть вот это был февраль 11-го года. Когда решение было озвучено. 

Третьяков: Угу. Технический вопрос: где это совещание проходило вот территориально?

Бевза: Это заседание бюджетного комитета, проходит в офисе «Востокцемента», в компании «Востокцемент» (неразборчиво).

Третьяков: А в каком помещении там внутри это происходит, там какой-то отдельный зал, кабинет? Чей это? Как там вообще, где это?

Бевза: Там отдельный конференц-зал большой, мы собирались, собирались все заместители и члены бюджетного комитета, генеральный директор… и вот в присутствии Игоря Сергеевича там.

Третьяков: Вы не припомните, а кто еще присутствовал на этом совещании? Вот именно на этом бюджетном комитете, о котором вы нам сейчас рассказываете? 

Бевза: Все члены бюджетного комитета, непосредственно Андрей Сергеевич как генеральный директор….

Третьяков: Андрей Сергеевич Пушкарев вы имеете в виду, правильно? Или кто?

Бевза: Андрей Сергеевич Пушкарев, да, как генеральный директор. Присутствовали члены бюджетного комитета, Черепанова Антонина Николаевна, Бирон Евгений Иосифович, Шпартеев Александр Васильевич.

Третьяков: Понял. Подскажите, а вот Игорь Сергеевич, чем он мотивировал, так сказать, такую, ну такое решение, что не будут взыскивать такую большую задолженность? Как он это пояснял? Или… пояснял ли он это вообще?

Бевза: Конечно,  такой вопрос у нас возник, потому что еще раз говорю, такая задолженность влияет на наше финансовое состояние, и я как финансовый директор, который должен обеспечивать стабильность финансовую наших предприятий, такой вопрос, естественно, задавала. На что Игорь Сергеевич сказал, что прощение этого долга или там наличие этого долга, формирование и в дальнейшем его прощение – вот это наш безвозмездный дар городу, наша социальная нагрузка должна быть.

Третьяков: Угу. Не могли бы вы как-то… нам пояснить, что вот это за социальная нагрузка, что понимается под этой социальной нагрузкой?

Бевза: Для меня социальная нагрузка – это вот эта передача в данном случае компании «Востокцемент», передача прощения долга, образованного (неразборчиво), с долга, с неоплатой отгруженной продукции. С тем, что бы наш город привести в порядок, в то же время  была как раз подготовка  к саммиту АТЭС в 2012 году, чтобы поднять на уровень, чтобы достойно все было, на высшем уровне. Соответственно, необходимо было…

Третьяков: Угу.

Бевза: Большими темпами осуществлять ремонт дорог.

Третьяков: Угу. 

Бевза: Вот социальная нагрузка для компании «Востокцемент» заключилась в том, что были переданы стройматериалы, и образовался долг, что в дальнейшем там за счет чистой прибыли предприятия и предприятию повезло (неразборчиво).

Третьяков: Угу, я понял. Будьте добры, не припомните вы наличие еще каких-то крупных дебиторов? Вот у «ДВ-Цемента» были такие большие дебиторы, как МУПВ «Дороги Владивостока»? Кому еще отгружались такие объемы? Без оплаты, с отсрочкой платежа. 

Бевза: Ну объемы отгружались…

Представитель Приморского краевого суда: (Неразборчиво).

Судья: Продолжаем. 

Третьяков: Продолжайте, пожалуйста, ваш ответ.

Судья: Крупных дебиторов.

Третьяков: Да, про крупных дебиторов МУПВ «Дороги Владивостока». Таких как МУПВ «Дороги Владивостока».

Бевза: Таких дебиторов у нас никогда не было, ни до, ни после, вот в сумме вообще до (неразборчиво) по сумме были самые крупные, которые были на моей памяти, это компания «Востоктехснаб»  с суммой в 72 миллиона и компания «Прим (неразборчиво)» с суммой 46 миллионов. Это самые крупные дебиторы, которых могу вспомнить и назвать. 

Третьяков: Угу.

Бевза: По аналогии с суммами даже ну нельзя аналогию проводить с МУПВ «Дороги Владивостока» - это единичный случай.

Третьяков: По тем должникам, которых вы упомянули, им тоже был долг прощен либо как, как-то по-другому с ними вопрос был решен? Не могли бы вы пояснить? 

Бевза: Нет, со всеми дебиторами мы работаем в рамках положения по дебиторской задолженности, о котором я сказала, с ними также работа велась в рамках этого положения, сначала отрабатываем исполнителя, а затем и (неразборчиво), так задолженность взыскиваем.

Третьяков: Угу. Что касается МУПВ, ну он, насколько я понимаю, оплачивал же какую-то часть продукции. А не припомните, на какую сумму ну вот в год оплачивал… муниципальное предприятие оплачивало, простите, поставленную продукцию? Просто порядок цен чтобы сравнить. 

Бевза: Вот если средний брать…

Третьяков: Период…

Бевза: Если средний взять период, с 8-го по 15-й год, то оплата в год в среднем 180 миллионов, где-то так, 180-175 миллионов в год.

Третьяков: Угу, а вот если возьмем этот период работы с 2008 по 2015 год, группа компаний «Востокцемент» с МУПВ «Дороги Владивостока»… каково процентное содержание оплаченных и неоплаченных стройматериалов? Вот за какие… за какие материалы, на какую сумму было оплачено, на какую не было оплачено?

Бевза: Ну исходя вот из статистики, которая у нас есть, МУПВ «Дороги Владивостока» в среднем в год оплачивало чуть более половины отгруженной ему продукции. 

Третьяков: Угу.

Бевза: То есть соотношение суммы оплаченной и суммы отгруженной составляло в пределах где-то 60-62%. 

Третьяков: То есть какая сумма была не оплачена? В процентах, примерно? 

Бевза: Ну 38 %, где-то так. 38. Около 40% было не оплачено. От суммы отгруженной продукции. 

Третьяков: Угу. Правильно я понимаю, что из этой суммы впоследствии сформировался долг? Или это какая-то другая сумма? 

Бевза: Нет, это именно сумма, из которой формировался долг, он накапливался, то есть если от отгрузки оплата осуществляется всего лишь в размере 62%, то вся оставшаяся сумма, она падает в накопление дебиторской задолженности. Это происходило из года в год, так как отгрузки осуществляются постоянно. Бюджет на конец 15-го года, 16-го… дебиторская задолженность сформировалась в сумме 962 миллиона. 

Третьяков: Угу. Это та самая задолженность, которая… которая была прощена, как вы нам пояснили, да? 

Бевза: Да, совершенно верно. Это задолженность, которая была прощена. В 2016-м.

Третьяков: Я понял. Вы не припомните динамику задолженности муниципального предприятия с 2008-го по 2016 год, примерно там, насколько помните… 

Бевза: Да я… Я цифры называла, но повторю еще раз. То есть на начало 10-го года задолженность составляла 92 миллиона, то есть до 100 миллионов, на конец 10-го года это была уже сумма 386 миллионов, далее она начала вырастать, конец… на конец 11-го года она составляла уже 609 миллионов, на конец 12-го – уже более 700 или 840 миллионов, и на конец 13-го, 14-го это уже было 920-940 миллионов, на конец 15-го – миллиард 78 миллионов, насколько я помню. И уже на момент, к моменту прощения, на конец, на… на момент прощения она составляла 962 миллиона. То есть это та сумма, которая в конечном счете и была прощена предприятию МУПВ «Дороги Владивостока».

Третьяков: Угу. Подскажите, пожалуйста, вот по… относительно учетной политики вашего предприятия, поясните вообще само это понятие учетной политики, чтобы было там… если можно, простыми словами.

Бевза: Ну, учетная политика в части бухгалтерского наружного учета, это (неразборчиво) способа учета и отложения операций хозяйственных в бухгалтерском налоговом учете. В настоящее время законодательством Российской Федерации о налоговом и о бухгалтерском учете предусмотрено, что в учетной политике метод отражения доходов и расходов определен методом зачисления. Я поясню, что это такое, чтобы было понятно. То есть на момент отгрузки продукции предприятие обязано отразить у себя в учете выручку, то есть доход, независимо от того, оплачена эта продукция, эта отгруженная продукция или нет. При этом налоговое законодательство обязывает в этот же момент, при отгрузке продукции, независимо от как бы… причислить налог на добавленную стоимость в размере 18%, платить его больше, в этот же момент отражаются расходы, относящиеся к данным бухгалтер… бухгалтерском учете, и расчетным методом исчисляется прибыль от раздел… в целом по какому-то периоду. В итоге учетная политика предусматривает отражение доходов в момент отгрузки, (неразборчиво), отражение расходов по данной продукции отгруженной, вычисления расчетным путем прибыли по данной сделке, в этот же момент исчисления, с данной расчетной прибыли с налога на прибыль и уплаты его в бюджет, опять-таки независимо от того, поступили денежные средства или нет, и исчисления уже непосредственно расчетной чистой прибыли, которая отражается в… в бухгалтерских документах, в бухгалтерском учете и в бухгалтерской отчетности. То есть учетная политика определяет вот этот метод отражения хозяйственной (неразборчиво)… исчисление налога и исчисление финансового результата. В настоящий момент законодательная база обязывает это сделать по методу начисления без привязки к оплате. И уплата налогов тоже, соответственно, идет по методу начисления. Ну, собственно говоря, мы ведем. Это то, что касается учетной политики.

Третьяков: Угу. То есть я так понимаю, это без привязки к оплате, правильно?

Бевза: Абсолютно без привязки, оплата – это уже взаимоотношения финансовые между покупателем… поставщиком либо другим оппонентом. Финансовый результат засчитывается независимо от цели. То есть может быть в учете отражена крупная сумма прибыли от сделки, но при этом полученные иногда денежные средства. И наоборот.

Третьяков: Вот применительно к МУПВ «Дороги Владивостока», какой же финансовый эффект тогда был получен в результате взаимоотношений группы компаний «Востокцемент» с МУПВ «Дороги Владивостока»? 

Бевза: Учитывая, что отношение с МУПВ «Дороги Владивостока» было длительное, вот для меня коммерческий эффект выражается в нескольких факторах в целом, то есть первое – это как раз расчет прибыли, о которой я только что сказала, да. То есть расчет чистой прибыли, который был отражен в бухгалтерском учете. И не имеет никакого отношения к оплате денежных средств. В целом, если говорить о МУПВ «Дороги Владивостока», за весь период отгружено продукции было с учетом НДС на 2 с половиной миллиарда. После произведенной оплаты, полтора миллиарда, у нас сформировался долг 962 миллиона рублей, но в то же время сумма чистой прибыли, которая была получена по данной сделке, она составила 127 миллионов рублей. Я говорю о сумме той чистой прибыли, которая была рассчитана на основании отгруженной продукции и произведенных расходов по данной продукции. То есть к деньгам, еще раз обращаю внимание, отношение не имеет. Мы отгрузили продукцию и с чистыми НДС платили в бюджет. Отразили расходы (неразборчиво), показатель прибыли. Уплатили с этой прибыли налог на прибыль 20% и исчислили чистую прибыль. Вот сумма расчетной чистой прибыли по данной сделке, по моим расчетам, составляет 127 миллионов. Это как бы первая часть, составляющая общий экономический эффект по данным сделкам… по данной сделке с МУПВ «Дороги Владивостока». Вторая часть – это непосредственно убытки, которые предприятие «Востокцемент» получило непосредственно после прощения этого долга. Общая сумма задолженности МУПВ «Дороги Владивостока» «Востокцементу» составила 962 миллиона рублей, эта же сумма была прощена МУПВ «Дороги Владивостока». Я делаю вывод, поскольку (неразборчиво) «Востокцемент» при прощении. Так как прощения осуществлялись непосредственно за счет чистой накопленной нераспределенной прибыли компании «Востокцемент», в совокупности эти два фактора дают экономический эффект прибыль-убытки в размере 835 миллионов рублей. Из них – 757 это связано непосредственно с отгрузкой именно товаро… това… товаров. То есть вот 835 миллионов – это такой экономический эффект, который был отражен в бухгалтерском учете и зафиксирован в отчетности. Но я считаю, что этот эффект еще необходимо дополнить следующими факторами. В момент, когда продукция была отгружена и «Востокцемент» не получил оплату от МУПВ «Дороги Владивостока», «Востокцемент» уплатил налог на добавленную стоимость в размере 146 миллионов рублей. То есть с той суммы долга, которая не получена была деньгами, мы живыми деньгами в бюджет уплатили сумму налога на добавленную стоимость – 146 миллионов рублей. И сумму налога на прибыль уплатили с расчетной прибыли в размере 25 миллионов рублей. Итого общая сумма этих двух факторов, уплаченных налогов, составила еще выход в размере 171 миллион плюс к тому убытку в 735, о котором я сказала ранее. Также при наличии такой огромной дебиторской задолженности, которую мы имели на протяжении длительного периода времени, как я уже говорила ранее, мы были вынуждены кредитоваться в коммерческих банках по коммерческим ставкам. И за весь этот период я называла цифру, проценты, уплаченные по кредитному портфелю, сопоставимому с суммой долга МУПВ «Дороги Владивостока» в адрес «Востокцемента». Сумма этих процентов составила еще 450 миллионов. Это еще дополнительные убытки, которые понесла компания «Востокцемент» от взаимодействия с МУПВ «Дороги Владивостока». В итоге, если все это сложить – 127 миллионов прибыли расчетной, 962 миллиона прямых убытков в результате прощения, 171 миллион «Востокцемент» выплачивает за счет собственных средств, 450 миллионов процентов, уплаченных банку, сумма убытка, которую понесла компания «Востокцемент», составила в пределах миллиарда 450 миллионов. Я, со своей стороны, оценивала этот экономический эффект вот в таком объеме. Как по… составляющего такую, как я сказала, полтора миллиарда практически. 

Третьяков: Угу, я понял. Скажите, пожалуйста, а какова была доля МУПа вообще в общем объеме поставок группы компаний «Востокцемент». Это был какой-то очень крупный потребитель или вот на ф… на фоне остальных… Вы можете как-то прокомментировать, какой был объем поставок на МУПВ именно со стороны группы компаний «Востокцемент» по сравнению с другими по… покупателями? 

Бевза: Нет, МУПВ «Дороги Владивостока» не был крупным клиентом по оборотам, то есть сумма закупки без НДС составляла 2 100, 2 миллиарда 100 миллионов, сумма отгрузки прочим покупателям за этот же период составила 64 миллиарда, то есть ну… доля его составляла в пределах 3-3,2% в процентах. То есть как клиент в оборотах это был некрупный покупатель. Но как… как должник впоследствии, который принёс нам убытки в последствии, это был самый крупный покупатель. 

Третьяков: Да, я понял. Самый крупный должник. Подскажите, такой момент, если рассчитать стоимость… ну то есть… если взять за основу расчетные показатели, исходя из которых МУПВ полностью оплатил свою… полностью оплатил свою задолженность, никак по факту, а… исходя из расчетов просто, то какова была бы сумма прибыли, в каком размере… какой будет размер прибыли, исходя из  того, что МУПВ полностью оплатил свою задолженность? Какой процент прибыли в общем объеме будет?

Бевза: Я называла да, поняла, я называла цифру абсолютного выражения, тогда прибыль 127 миллионов, а если говорить о сумме прибыли в общей сумме прибыли компании «Востокцемент», то процент - 1, 4%, это прибыль, которая была бы получена компанией «Востокцемент», если бы МУПВ «Дороги Владивостока» оплатил полностью свою задолженность в размере 962 миллиона, которая была прощена. 1 и 4 %...

Третьяков: Угу.

Бевза: Это МУПВ. Очень маленькая цифра. 

Третьяков: Да, я понял. Подскажите, пожалуйста, вот относительно вашей позиции по поводу работы с МУПВ, какова, во-первых, она была? Вы можете ее озвучить? Как… каково… Каково ваше было именно личное отношение к такой, к таким… договорным отношениям с МУПВ «Дороги Владивостока»?

Бевза: Я как финансист, да и как финансовый директор компании, я уже говорила, я, естественно, должна была следить за финансовым состоянием предприятия, соответственно, не допускать кассовых разрывов, чтобы предприятие все время было ликвидно. Но вот чтобы рассчитываться по своим долгам, выполнять свои обязательные платежи (неразборчиво) заработной платы и налогов, и расчет с поставщиками, естественно, наличие такой дебиторской задолженности всегда вызывало (неразборчиво) вопросы, и я, как финансист, относилась к этому крайне негативно, можно так сказать, да. Потому что это подрывало наше финансовое состояние, это заставляло нас кредитоваться в банках, мы вынуждены были оплачивать банкам проценты, мы вынуждены были уменьшать свою прибыль за счет отчисленных процентов, переплачивать банкам, соответственно, наше финансовое состояние эта дебиторская задолженность… с ее наличием оно ухудшалось, заставляло нас изыскивать другие источники погашения  не только дебиторской (неразборчиво) погашением задолженности по…. продукции, которая производилась… для отгрузки непосредственно в адрес МУПВ «Дороги Владивостока».

Третьяков: Угу.

Бевза: Потом что та сумма денежных средств, которая перечислялась от МУПВ «Дороги Владивостока» (оплата отгруженной продукции), не хватало даже для того, чтобы оплачивать те расходы, которые мы несли для (неразборчиво).  Поэтому, конечно (неразборчиво).

Третьяков: Подскажите, пожалуйста…

Бевза: Я решала, что это…

Третьяков: Да, я понял по поводу вашей точки зрения. Вы ее доносили кому-то из руководства? Если да, то кому и в какой форме, вот то, что сейчас вы нам пояснили? И что вы на это… какую информацию в ответ вы получали? 

Бевза: Ну, безусловно, я ее повторяла, донесла Андрею Сергеевичу Пушкареву, как непосредственному руководителю. И говорила о тех рисках, которые мы имеем, в части… финансовых рисков. Что (неразборчиво) на что Андрей Сергеевич говорит о том, что ну это решение принято, принято Игорем Сергеевичем, и тут, несмотря ни на что, мы должны продолжать отгружать продукцию в адрес МУПВ «Дороги Владивостока». Ну, как говорила ранее, то, что было оплачено, будет доплачено, а сформировавшийся долг будем прощать, будем прощать и готовимся к прощению. Ну я постоянно доводила информацию. Как руководитель, конечно, Андрей Сергеевич тоже высказывал такие желания по поводу того, что это влияет на наш бизнес, на текущий, что для предприятия это большой минус, мы не можем снизить… снизиться… там осуществлять какие-то… то есть мы не можем… с возникающим дефицитом осуществлять инвестиционную программу на предприятиях – это осуществлять модернизацию предприятий, потому что выйти… не привлекать какие-то ресурсы… о покрытии текущих расходов, вместо того, чтобы направлять эти деньги на ресурсы, на развитие наших компаний. Но в любом случае решение было принято Игорем Сергеевичем, и мы реализовывали… и будем готовить к прощению. 

Третьяков: Угу. Подскажите, пожалуйста, по поводу прощения задолженности. Вопрос неизбежный. Если не я, так обвинение задаст. Это как-то связано с возбуждением уголовного дела в отношении Игоря Сергеевича Пушкарева? Я имею в виду вопрос прощения задолженности…

Бевза: Ну он не может быть связан, потому, как я уже ранее говорила, да, что первое решение о прощении, которое было нам озвучено, и мне в частности, на заседании бюджетного комитета, это произошло в феврале 2011 года. Вот на заседании бюджетного комитета по рассмотрению итогов деятельности предприятия за 2010 год…

Третьяков: Угу.

Бевза: Я вот как раз докладывала о сумме дебиторской задолженности, и вот в этот момент в том году  Игорем Сергеевичем было озвучено, что мы будем прощать накопленную, накапливающуюся дебиторскую задолженность МУПВ «Дороги Владивостока». Поэтому уже с того момента как бы службы, и моя служба, и я в частности, вот уже начали разрабатывать все процедурные вопросы, каким образом это должно быть сделано, потому что сама процедура прощения она не проста еще тем, что требуется очень большое время для подготовительной работы. Во-первых, в соответствии с Гражданским кодексом комиссионер, в данном случае это «ДВ-Цемент», который осуществлял поставки в адрес МУПВ «Дороги Владивостока», он, как комиссионер, имеет право распоряжаться данной дебиторской задолженностью. Соответственно, чтобы осуществить прощение этой дебиторской задолженности, «ДВ-Цемент» как агент обязан был передать ее непосредственно на заводы, то есть принципалам. Это занимает очень много времени, так как требуется подготовка всех первичных документов, работа со сверкой взаимоотчетов между контрагентами, формируются аккредитованные реестры. Поэтому уже в 11-м году это было озвучено, как именно будем прощать, я отслеживала динамику этой дебиторской задолженности в 12-м году, я уже говорила, да, она составила 600 миллионов, на конец 13-го года эта сумма стала еще больше. И поэтому мы в 13-м году начали подготовку к передаче большей части задолженности с агента на принципала, формировали бухгалтерскую перекличку, и в 14-м году мы уже  к осени передали большую часть задолженности в размере 628 миллионов рублей с баланса агента – «ДВ-Цемента» на баланс принципала – «Владивостокского бутощебеночного завода». Один из шагов нашего плана, по которому мы двигались по прощению этого долга. Затем… когда большая часть была прощена, ой, большая часть, извините, была передана на бутощебеночный завод, и мы начали отслеживать дальнейшую дебиторскую задолженность, каким образом она формировалась, чтобы на момент прекращения взаимоотношений с МУПВ «Дороги Владивостока» подвести итог и оставшуюся часть, учитывая, что еще осуществлялись отгрузки, еще осуществлялась оплата, они должны были дождаться уже прекращения всех этих операций, только после этого уже подвести итог, сделать акты сверок и оставшуюся часть подготовить к передаче в (неразборчиво), передать его и затем уже единовременно одни… одной суммой погасить эту дебиторскую задолженность. Ну вот одним из фактов,  который заставлял нас передавать  частями эту дебиторскую задолженность и прощать ее в момент первой передачи, это то, что у нас не было достаточной суммы, накопленной нераспределенной чистой прибыли, на предприятиях, которая позволяла бы это сделать, так как прощение дебиторской задолженности осуществляется за счет чистой прибыли, и, если ее нет, соответственно, это прощение ведет предприятие в глубокие убытки и, соответственно, будет вызывать вопросы и у налоговых органов, и у аудиторов, и кредитующих нас организаций, поэтому мы поступательно двигались по вот этому плану, постепенно передавая долги, или хотя бы включили окончание взаимодействия с МУПВ «Дороги Владивостока» для того, чтобы эту задолженность списать. Уже по итогам 2015 года (неразборчиво) МУПВ «Дороги Владивостока», на заседании бюджетного комитета по рассмотрению итогов 2015 года… на обсуждении бюджетного комитета как раз Игорем Сергеевичем уже было принято решение об окончательном прощении, потому что отгруз (неразборочиво). Мне было дано задание (неразборчиво) выяснилось (неразборчиво) там по самому прощению. Соответственно, начиная с февраля мы подготовили уже все документы, касающиеся оставшейся части долга, на «ДВ-Цементе», всю первичку подобрали, все акты сверок с контрагентом и передали эту задолженность уже на принципала, далее, с точки зрения процедуры для того, чтобы эту задолженность можно было простить, так как задолженность прощается из чистой прибыли, необходимо было, и решение о прощении принимают акционеры, нам необходимо было этим акционерам как бы объяснить, что данная сумма прибыли на балансе предприятия существует и за счет нее можно осуществить это прощение. Поэтому мы подвели итоги 2015 года, в бухгалтерском учете сформировали окончательную прибыль, сформировали баланс, проаудировали эту прибыль (неразборчиво) и на годовом собрании общем, годовом общем собрании акционеров, которое проводится после формирования отчетности и подтверждения ее аудиторами, это был где-то июнь месяц, май-июнь 2016 года. На общем собрании эта прибыль акционерами была уже подтверждена, соответственно, после этого было созвано внеочередное собрание, и на внеочередном собрании уже с учетом подтвержденной суммы прибыли и ее наличия на балансе было принято решение об прощении акционерами, было принято решение акционерами по прощению долга в размере 962 млн рублей. После этого на основании этого общего собрания все работы были произведены в бухгалтерском учете. Поэтому сама процедура она очень  длительная, мы ее начали заблаговременно (неразборчиво) на общем собрании акционеров и как бы вот, наверное, готовились к этому, и когда уже взаимоотношения были прекращены, выплаты прекращены, оплаты уже не было, соответственно, на решение общего собрания акционеров было вынесено данное предложение и утверждено…

Третьяков: Угу.

Бевза: И в итоге за счет чистой прибыли предприятия данная задолженность была списана, была прощена. Поэтому связывать уголовное дело и момент прощения… Нет, я бы не связывала ни в коем случае, конечно же, это было очень давно, изначально, и у нас была (неразборчиво).

Третьяков: Угу. Я понял ваш ответ. Вот к вопросу о взыскании этой… задолженности. А вы вообще могли реально взыскать эту задолженность. Я имею в виду реально, в смысле фактически получить деньги?

Бевза: Ну опять же, я работаю с дебиторской задолженностью постоянно, всех контрагентов отслеживаю. Одна из задач – это отслеживание финансового состояния дебитора. Конечно же, я и у МУПВ «Дороги Владивостока», несмотря на то, что было озвучено, задолженность была прощена, в любом случае должна была рассматривать финансовое состояние предприятия МУП «Дороги Владивостока» и в открытых источниках,  в Интернете, я получила, получала отчетность по МУПВ «Дороги Владивостока» и как финансист могу сказать, что на основании этой отчетности можно сделать, однозначно, вывод, что предприятие не имело финансовой возможности рассчитаться по финансовым долгам в долгосрочной перспективе даже. И вот предприятие интегрировало убытки, от 100 до 200 миллионов рублей, в предприятии хронически нарастали отрицательные чистые активы, я поясню, что это такое, это показатель, который свидетельствует о наличии собственного капитала предприятия. Если у предприятия данный показатель является отрицательным, то, даже продав все собственные активы, вывев основные средства, получив дебиторскую задолженность, предприятие не сможет рассчитаться со своими долгами. Соответственно, я понимала, что так как идет динамика нарастания убытков, нарастания… отрицательных чистых активов, то, соответственно, предприятие не сможет рассчитаться по своим долгам. Такого (неразборчиво) не было, и возможности передать (неразборчиво) ресурсы у него тоже не было, так как с такой структурой баланса ни один банк заемные средства не предоставит. Поэтому возможности такой у МУПВ «Дороги Владивостока» не было. Это следует из его отчетности.

Третьяков: Я понял, подскажите, пожалуйста, вот вы как человек, знакомый с финансами, с экономикой и погруженный в вопросы отношений между группой компаний «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока», как вы полагаете, какой период следует оценивать для определения экономического эффекта взаимоотношений между «Востокцементом» и МУПВ «Дороги Владивостока», вот для того, чтобы понять все, понять и прибыльность, и убыточность, эффективность, неэффективность… этих отношений. 

Гособвинитель (1): Ваша честь, сторона обвинения просит снять данный вопрос, поскольку не… свидетель давать таких оценок, это уже вопрос судьи. 

Бевза:…чтобы оценка была…

Третьяков: Подождите, а почему? Какой период как специалист она может прояснить…

Гособвинитель (1): Но мы допрашиваем не как специалиста данного (неразборчиво)….

Третьяков: Нет, как свидетеля, но она работает как раз….

Судья: Продолжайте, не будем снимать вопрос. 

Третьяков: Вы можете отвечать.

Бевза: Да, чтобы оценка была объективной, в любом случае нужно оценивать весь период взаимодействия с конкретным контрагентом, в частности МУПВ «Дороги Владивостока». Потому что в различные периоды деятельность… взаимодействия с данной компанией результаты могли быть разными. И поэтому, чтобы понять конечный итог, необходимо оценивать, ну, весь период взаимодействия. И только по прекращении уже отгрузок и оплаты, это когда уже поставлена точка в отношениях, необходимо оценивать эффект. Потому что взаимодействие, оно постоянно меняющиеся, то есть осуществились отгрузки, осуществлялась оплата, то есть постоянно движение происходило.  Невозможно в процессе оценить объективно итоговый результат. То есть необходимо завершить все процессы, а затем уже оценивать результаты. Ну это общепринятый подход, и в бухгалтерском отчете мы оцениваем финансовый год, а не оцениваем там какие-то месяца. То есть это однозначно (неразборчиво).

Третьяков: Подскажите, пожалуйста… известно вам… известно ли вам что-то об отношении Андрея Сергеевича Пушкарева вот к этой деятельности по продаже стройматериалов в адрес МУПВ «Дороги Владивостока»? Именно Андрея Сергеевича, не Игоря Сергеевича Пушкарева, а Андрея Сергеевича Пушкарева? 

Бевза: А я уже говорила, ну, отношения Андрея Сергеевича как руководителя, он мне (неразборчиво) данной задолженности, показывал состояние (неразборчиво). Конечно, его также  отношение было не очень простое. Потому что одна позиция  – развивать компанию, и Андрею Сергеевичу в первую очередь как генеральному директору хотелось денежные средства направлять в развитие компании, модернизацию, инвестиционную программу. На тот момент мы вынуждены были тратить  какие-то ресурсы на то, чтобы погашать дефициты, погашать наши отрицательные  платежи по налогам, по (неразборчиво). Потому как мы (неразборчиво) денежные средства (неразборчиво) Владивостока. Соответственно, переживания по этому поводу очень большие. Но, я говорила уже, решение было принято, и мы его исполняли. Без вариантов. Потому что… тут даже, я как финансист, повторюсь, понимала, что эта задолженность вообще может быть погашена какими-то иными способами, нежели прощением. Потому что все финансовые компании города Владивостока говорили  о том, что невозможно… будет (неразборчиво) компании возможности погашения задолженности. Поэтому возникло решение, и мы уже понимали, что это неизбежно в нашем финансовом положении. 

Третьяков: Я понял вас. Вопрос такой. Подскажите, вы знакомы с заключением, которое подготовили эксперты у нас по делу. Это заключение у нас Приморского РЦСС. По вопросу ценообразования группы компаний «Востокцемент», именно «ДВ-Цемент», по поставкам в адрес МУПВ «Дороги Владивостока»  в период с 2009 по 2011 год… по 2012  год. Знакомы ли вы с этим заключением?  

Бевза: Да, я знакома с этим документом, нас привлекали как экспертов, чтобы дать свою оценку (неразборчиво).

Третьяков: Помните ли вы  выводы, которые там были сделаны, этими экспертами? 

Бевза: Я помню,  что  было там указано на то, что  …

Третьяков: Будьте добры, повторите, пожалуйста. Просто плохо слышно.

Бевза: Помню, что были выводы, связанные с повышением цен (неразборчиво),  по которым покупали МУП «Дороги Владивостока».

Третьяков: А помните, в какие годы и в каком порядке  эти цены… в какие годы  какое завышение было?

Бевза: По-моему, только в 2009 году. 2011 год была информация. Цифр порядок… 9-й год  в пределах 38 миллионов, 10-й год – 100 миллионов  и 11-й в пределах миллиона. В общем,  задолженность около 140 миллионов. Речь шла о завышении.

Третьяков: Подскажите, пожалуйста,  в этот же период какой был размер   дебиторской задолженности  у МУПВ  перед ООО «ДВ-Цементом»? Вот в те периоды, когда установлено завышение вот в этом заключении. Сколько денег МУПВ был должен  за этот период ООО «ДВ-Цемент» вот по этим годам?

Бевза: Да, задолженность я помню хорошо. На конец 9-го года задолженность составляла  92 миллиона, и это было с погашением, о котором говорилось,  в пределах 38 миллионов.  В 10-м году  уже задолженность составляла 386 миллионов, существенная сумма, а погашение в пределах 100 миллионов, обозначалась в этом заключении. Ну и далее у нас задолженность  только нарастала, в 12-м году она уже была  600 миллионов, соответственно,  сумма погашения там в пределах миллиона. Сумма долга МУП «Дороги Владивостока» перед «Востокцементом» по отношению к этому завышению, ну конечно, она превышала в разы.  В разы…  На мой взгляд, если даже это завышение и было, то  никоем  образом не могло быть погашено, то есть заплаченным, потому что сумма долга  в разы превышала.

Судья: Так, минуту буквально перерыв… Продолжаем.

Третьяков: Жанна Владимировна, вот по поводу получения дивидендов, подскажите, пожалуйста, вам известно, какие дивиденды  были получены Пушкаревой Татьяной Тимофеевной, Пушкаревым Владимиром Сергеевичем, Пушкаревой Натальей Ивановной в период  с 2012 – 2015 годов, вот в этот временной промежуток? Вы слышите? Вы расслышали мой вопрос?  

Представитель Приморского краевого суда: Звука нет. Звука у нас почему-то нет.

Третьяков: У нас звука нет да… секунду.

Судья: Так, все.

Представитель Приморского краевого суда:  Сейчас слышно?

Третьяков: Да, повторите, пожалуйста, сначала.  Потому что я… Ну не было звука с вами. Вы слышали мой вопрос? 

Бевза: Да, я поняла вопрос.  Речь идет о дивидендах,  выплаченных компанией «Парк Актив»  в адрес акционеров. Я знаю об этой выплате. Знаю,  что сумма составила… в пределах  471 миллиона  рублей по дивидендам за указанный период.

Третьяков: Угу.  А вы не знаете, от какой деятельности были получены эти дивиденды?

Бевза: Дивиденды, выплачиваемые компанией «Парк Актив». «Парк Актив» занимается (неразборчиво),  доходы у нее формируются из доходов от передачи в аренду имущества и (неразборчиво) полученных дивидендов,  акционером которых они является.

Третьяков: Угу. Вопрос следующий. Пытаюсь сформулировать, чтобы он так прозвучал, чтобы не сняли.  У нас Пушкарев Игорь Сергеевич обвиняется в злоупотреблении должностными полномочиями, а именно  в том, что… в том числе в период с  2009 года по май 2016 года МУПВ «Дороги Владивостока» приобрело у группы компаний «Востокцемент» стройматериалы, в качестве оплаты за которые  перечислено… было перечислено 1 200 000 с лишним рублей… 1 200 979 000 рублей, и в результате этого все близкие родственники Пушкарева Игоря Сергеевича, а именно те лица, о которых мы сейчас с вами говорили, –  Пушкарева Татьяна Тимофеевна,  Владимир Сергеевич, Наталья Ивановна, в период с 2012  по 2015  год, являясь участниками ООО «Парк Актив», получили дивиденды на сумму 471 783 000 рублей. А вы как спец… как человек, знакомый с работой этого предприятия, подскажите,  возможно ли получение такой суммы дивидендов  с такой оплаты? 

Судья: Вопрос снимается.

Гособвинитель (1): Просим снять вопрос. 

Судья: Это вольная интерпретация защитником…

Третьяков: Вопрос снят. Все, у меня больше нет вопросов.

Судья: Все. Пожалуйста, у других защитников имеются вопросы? 

Поликарпов: Жанна Владимировна, добрый день. Адвокат Поликарпов. Скажите, пожалуйста, а имелась ли  возможность у компании «Востокцемент» ежегодно прощать  вот  долги, не дожидаться там какого-то накопления окончательного уже, большой суммы, а ежегодно прощать долги?  Поэтапно, скажем так. И как бы на это посмотрели налоговые органы и другие контролирующие органы?

Гособвинитель (1): Ваша честь, опять же просим переформулировать вопрос либо снять. Поскольку носит предположительный характер. 

Поликарпов: Имелась ли финансовая возможность прощать долги поэтапно? 

Бевза: Возможность прощать долги поэтапно, допустим, каждый год, такой возможности не было. Объясню почему. Первое, чтобы прощать долги каждый год, необходимо было иметь накопленную чистую, нераспределенную  прибыль в сумме не меньше, чем та сумма, которую нужно было простить. Учитывая, что долги нарастали сумасшедшими темпами, то такой прибылью группа компаний «Востокцемент»…  у компаний, которые отгружали (неразборчиво) просто не было  физических сил. Соответственно, осуществлять это прощение  не могли, так как если бы данное прощение осуществляли бы, то наше предприятия имели бы: первое – отрицательный финансовый  результат по итогу отчетного периода, второе – отрицательные чистые активы, о которых я все время говорю и которые  свидетельствуют о  финансовой стабильности  предприятия. Следует учитывать, что дарение вызывает вопросы  как у правового органа, так и у аудиторов, так и у кредитных организаций. То есть дарение идет у коммерческих организаций в силу налогового кодекса запрещено. Соответственно, если бы мы делали это постоянно, помимо того, что я сказала о прибыли,  что ее  бы и не было,  чтобы это делать, это вызывало бы вопросы  у налоговых органов и аудиторов, которые бы  запрашивали бы разъяснения,  пояснения о том, что  предприятие не ведет работу со своими долгами. И очень важное значение имеет то, что  вопросы задавали бы банки. Кредитующие нас банки.  А что я имею в виду.  Первое – простив ежегодно долги накопившиеся – это отрицательные чистые активы.  Мы бы не смогли выполнить те показатели,  которые прописаны в кредитных договорах  и которые мы обязаны соблюдать при наличии этих договоров.  Соответственно, банки, видя, что мы не соблюдаем  финансовые показатели,  имели возможность и право в соответсвии с  заключенными договорами,  досрочно отзывать свои кредиты. То есть, по сути, мы лишались финансового источника дохода и имели (неразборчиво) благодаря которому покрывали дефицит, который получали (неразборчиво) с МУПВ «Дороги Владивостока». То есть первое – вопросы от аудиторов.  Вопросы от налоговиков, почему мы это делаем. И вопросы от кредитующих организаций. Второе – как я сказала ранее, не было прибыли. Третье – финансовые кредиторы  в лице банков  просто могли отказаться  работать с нами, если бы мы  эти финансовые показатели нарушили и вообще непостоянные, поступал бы вопрос, что мы подрываем свое финансовое состояние,  мы не работаем с кредитором,  а прощаем ему долги,  и в то же время мы кредитуемся в банке, занимаем у него деньги. Это, конечно, могло подорвать нашу репутацию как добросовестного заемщика, делая это постоянно… постоянно эти вопросы  до сих пор бы нам задавали. Поэтому нами было принято решение изначально в 11-м году о том, что мы поступательно накапливаем нераспределенную чистую прибыль в необходимом объеме для того, чтобы…  когда этот объем будет (неразборчиво), чтобы мы могли простить эту задолженность и задолженность просто отнести на свои убытки. Соответственно, прощать каждый год  просто не имели возможности, так как  мы бы лишились и единственного источника погашения (непонятно).

Поликарпов: Угу. Понятно. Скажите, пожалуйста,  могли ли каким-либо образом, допустим, Пушкарев Игорь Сергеевич или Пушкарев Андрей Сергеевич  ускорить процедуру прощения долга?

Бевза: Ну это невозможно. Как я уже сказала, по многим причинам.  Возможность списания является накопление прибыли. Каким образом  Игорь Сергеевич или Андрей Сергеевич  могли ускорить накопление этой прибыли?  Если она формировалась ежегодно комбинацией  финансовой деятельности  предприятия за определенный период. И только уже по факту,  при получении мы отслеживаем  на самом деле, на сколько  увеличилась прибыль и способна ли она принять тот убыток,  который возникает в связи с  прощением долга. Нет. Никто не мог повлиять. (Неразборчиво) в течение всего финансового года. Наше предприятие имеет сезонный характер работы. Поэтому финансовые результаты оцениваются исключительно  по результатам года.  Промежуточный результат не говорит ни о чем. Поэтому мы последовательно накапливали  прибыль для прощения этого долга.  Повлиять не мог никто. 

Поликарпов: Скажите, пожалуйста, еще. Такой вопрос.  Вот учитывая то, что Игорь Сергеевич,  с ваших слов, распоряжения не давал  взыскивать с МУПВ задолженности, означало ли это, что группа компаний «Востокцемент»  вообще должна была отпускать  материал  без какой-либо оплаты?

Бевза:  Нет, было не так. Игорь Сергеевич сказал следующее.  Насколько я помню. Что мы  отгружаем продукцию в адрес МУП «Дороги Владивостока»  по их потребности, исходи из их финансовых возможностей, они погашают, оплачивают продукцию. Ни в коем случае та дебиторская задолженность, которая будет накапливаться, то есть то, что они не смогут оплатить, финансово не тянут, грубо говоря… мы фиксируем и прощаем. То есть (неразборчиво)  и могли этого не делать,  и(неразборчиво) как я сказала, это по сути дарения. А дарение запрещено законом между юридическими лицами. 

Поликарпов: Понятно. Жанна Владимировна, не подскажите, вам известно, существовало ли для муниципального предприятия какая-то… какие-то льготные условия, система скидок, допустим, отсрочка платежей  и еще что-то подобное?

Бевза: Именно для муниципального?

Поликарпов: Да, для муниципального предприятия «Дороги Владивостока».

Бевза: Ну, конечно, МУП «Дороги Владивостока» постоянно предоставлялись отсрочки, увеличивалась сумма отсрочки, то есть задолженность  нарастала, и  предоставлялась рассрочка оплаты.  И  я не занималась предоставлением скидок, не участвовала в этом процессе. Но знаю, что МУП «Дороги Владивостока» создавались  льготные условия, то есть предоставлялись скидки по отгружаемой продукции,  цены ниже прайса.

Поликарпов: Скажите, пожалуйста, вот такая финансовая политика,  которая действовала в отношении муниципального предприятия «Дороги Владивостока», была ли она выгодна этому предприятию или невыгодна?  

Бевза: Для МУП «Дороги Владивостока», конечно, выгодна. Где еще найти предприятие, которое на бесплатной основе финансирует  в размере 1 миллиарда рублей, с него  не требует ни  проценты за пользование этими денежными средствами, ни сам долг. Конечно, для МУП «Дороги Владивостока» это выгодная система.  Любому тут и так понятно: бесплатное пользование чужими денежными средствами, в дальнейшем прощение этой задолженности, соответственно, нет необходимости возврата долга. Очень выгодные условия. 

Поликарпов: С вашей точки зрения, причинен ущерб этому предприятию каким-либо образом  от действий компаний «Востокцемента»?

Гособвинитель (1): Я прошу снять данный вопрос. Вопрос…

Судья: Вопрос снимается. Поскольку предположительный характер носит . 

Гособвинитель (1): Собственно, как и ответ предыдущий на предыдущий вопрос, также предположительный. 

Поликарпов: Про выгодно или невыгодно?

Гособвинитель (1): Да.

Судья: Откуда она знает. 

Поликарпов: Скажите, пожалуйста, вы длительное время работали с Андреем Сергеевичем Пушкаревым, вы можете дать ему какую-либо характеристику. Ну и, соответственно, Игорю Сергеевичу, если…

Бевза: Ну конечно…

Поликарпов:  Как руководитель,  какое отношение в коллективе было, с подчиненными, с…

Бевза: Могу сказать, что очень грамотные  руководители, умные люди. Хочу сказать, что очень культурные и воспитанные, что немаловажно. Во взаимоотношениях с людьми  всегда очень внимательные, и (неразборчиво) существовало всегда полное взаимопонимание, и откликались всегда на любую просьбу, на помощь. Я могу охарактеризовать только с хорошей стороны как и руководителя, и как человека. И плохих слов у меня нет. 

Поликарпов: Спасибо. У меня нет вопросов.

Судья: Пожалуйста, Игорь Сергеевич.

Пушкарев: Да. Жанна Владимировна, добрый день. 

Бевза: Здравствуйте, Игорь Сергеевич.

Пушкарев: Жанна Владимировна, скажите, пожалуйста, как выплачивались дивиденды? Вот механизм их начисления, за какой период?

Судья: Уточните от какой компании.

Пушкарев: А ну вообще в компаниях, например в «Парк Активе». И вообще в компаниях по законодательству. 

Бевза: Ну следует сразу сказать, что исключена выплата дивидендов в соответствии с законом. Если это «Парк Актив», то общество с  ограниченной ответственностью, источником выплаты дивидендов является  нераспределенная прибыль  предприятия. Что такое прибыль предприятия, мы уже с вами говорили, да.  Эта прибыль, никак не связанная с денежными средствами. То есть это расчетная прибыль предприятия, которая получена при вычитании доходов, расходов и вот расчетов. И вот расчетным путем мы получаем прибыль, соответственно, она фиксируется в отчетности, независимо от того, оплачено это деньгами или нет. Она фиксируется в отчетности и впоследствии является источником выплаты, начисления дивидендов. Но как бы это единая схема работы с дивидендами. Смотря… что  в предприятии формируются доходы, расходы, рассчитывается  прибыль расчетная, платится налог, после налогообложения остается чистая прибыль, вот эта чистая прибыль является источником начисления дивидендов. 

Пушкарев: А за какой период?

Бевза: Дивиденды могут выплачиваться  за прошедший период.  Если это 16-й год, то дивиденды могут выплачиваться из прибыли, накопленной до 2016 года, включая 15-й год. То есть за предыдущий период. За предыдущие финансовые годы.

Пушкарев: То есть  за 14-й в 16-м  может выплачиваться?

Бевза: Да.

Пушкарев: То есть…

Бевза:  Если там прибыль  накоплена и в предыдущие годы не распределена, то, распределяя дивиденды в 16-м году, вся сумма накопленных дивидендов к этому моменту. Вот она может быть распределена. 

Пушкарев: Выплачивались ли дивиденды в «Парк Активе» в 9-м, 10-м, 11-м, в 12-м годах?

Бевза: Затрудняюсь ответить, Игорь Сергеевич.

Пушкарев:  Понятно. Тогда в любом случае для выплаты дивидендов должна быть прибыль…

Бевза: Однозначно. Источник – это (неразборчиво) прибыль. 

Пушкарев: То есть если прибыли нет, то дивиденды не выплачиваются?

Судья: Мы же этот вопрос разъяснить.

Бевза: Да, именно так.

Пушкарев:  Спасибо. У меня пока нет вопросов.

Судья: Угу.  У других защитников подсудимых?

Защита: Нет вопросов.

Подсудимые: Пока не имеем. 

Судья: Нет. У представителя потерпевшего?

Представитель потерпевшего МУПВ: Да, пара вопросов. Жанна Владимировна, представитель потерпевшего МУП «Дороги Владивостока». Подскажите, вот вы рассказывали про совещание, которое проводилось с участием Игоря Сергеевича, где он дал указания,  скажем так, вести работу таким образом «Востокцемента» и группы компаний,  чтобы в конечном счете простить долг МУП «Дороги Владивостока».  Подскажите, а кто-нибудь возражал  ему по этому вопросу?  Ведь это же приводило к тому, что снижалась  чистая прибыль, то есть  могло понести… могло повлиять на заработные платы, на премии работникам и так далее. 

Бевза:  Я уже говорила, что я высказывала свои опасения по финансовому состоянию  предприятия,  к чему это может привести. Но Игорь Сергеевич… однозначно было дано распоряжение о распределении дохода, и сделать это так, чтобы финансовое состояние  компании «Востокцемента» оставалось стабильным.  Именно поэтому мы и накапливали  прибыль, которая в дальнейшем послужила  возможностью простить эту задолженность. Ну а кто будет возражать собственнику, который принимает решение по прибыли собственного предприятия.

Представитель потерпевшего МУПВ: А вот по поводу влияния на заработные платы работников, как-то вот то прощение  прибыли могло повлиять?  Все-таки тоже из заработной платы выплачиваются… из прибыли.

Судья: Вопрос снимается, предположительный характер носит. Можете переформулировать, повлияло ли.

Представитель потерпевшего МУПВ: Повлияло ли?

Бевза:  Мне такого неизвестно, чтобы (неразборчиво).

Представитель потерпевшего МУПВ: Подскажите, вот вы пояснили, что  вы отслеживали, что… Поясните, вы пояснили, что отслеживали некоторые  предприятия  в данном случае, упоминали в своем выступлении, отвечая на вопросы,  финансовое состояние их. А известны ли вам  какие-нибудь другие предприятия  Приморского края, города Владивостока, которые шли на такие  финансовые, скажем так, жертвы  в интересах города Владивостока, прощая долги, ну так сказать, муниципальным предприятиям? 

Бевза:  Ну общаясь со своими коллегами… я  в своей  части общаюсь. Но таких фактов мне неизвестно. Чтобы осуществлялось прощение даже в меньших суммах, нежели это было осуществлено компанией «Востокцемент». И фактов даже не могу привести. Нет мне неизвестно о фактах.

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. Вы  пояснили, что прощение долга было осуществлено из чистой прибыли, ну соответственно, в соответствии с законодательством. А что…  так сказать, чем пожертвовало предприятие. Вот этой нераспределенной чистой прибылью, какими позициями там, премиями работников или, может быть, дивидендами акционеров, возможностью развития своего бизнеса, расширения. То есть что было принесено в жертву  оплаты долга МУПа?

Бевза: Я уже говорила, еще раз хочу повторить, что любое коммерческое предприятие привлекает кредитные ресурсы для развития предприятия, для осуществления (неразборчиво) программы, на модернизацию предприятия , на его развитие. Мы в  данном случае при наличии дебиторской задолженности МУП в таком объеме, имея дефицит денежных средств, кредитовались в банках для того, чтобы погасить этот дефицит и осуществить оплату  по обязательным платежам.  Как я говорила, налоги,  зарплата, поставщики. То есть тот источник, который предназначался  для развития компании,  он отправлялся непосредственно на финансирование  текущей деятельности. Потому что у нас была такая существенная  дебиторская задолженность у МУП. Конечно, предприятие от этого страдало. Соответственно,  мы меньше закупали  нового оборудования, меньше импортировали собственное оборудование, могли таким образом начинать отставать от своих конкурентов. Соответственно, нести  определенные финансовые потери. Вот в этом существенно… в этом  теряло предприятие. Мы не имели возможность финансировать собственное развитие из-за того чтобы, что погашали задолженность.

Представитель потерпевшего МУПВ: Понятно. И дополнительный  вопрос: без прощения долга МУПВ дивиденды акционерам были бы больше? 

Бевза: Без прощения долга МУПВ…

Представитель потерпевшего МУПВ: Без прощения. Если бы его не прощали? 

Бевза: Задолженность МУПВ вообще какое отношение имеет к дивидендам?Задолженность – это задолженность. А дивиденды это… дивиденды выплачиваются из прибыли  предприятия.  В данном случае предприятие «Парк Актив» источник начисления дивидендов. Задолженность МУП «Дороги Владивостока»  числилась на предприятии, которое осуществляло  отгрузку. Вообще, это абсолютно разные предприятия. То есть  МУП «Дороги Владивостока» работал с  предприятиями производственными, а дивиденды бывают  на отдельном юридическом лице, то есть нужно сопоставлять доходы-расходы с того предприятия, с которого выплачиваются дивиденды. Те  взаимоотношения,  которые были  между МУП «Дороги Владивостока»  и «ДВ-Цементом» по оплате и по долгам, имеют отношение исключительно только к предприятию, за которым эта задолженность сформировалась. И вообще, никакого отношения ни к начислению,  ни к оплате дивидендов  на юридическом предприятии «Парк Актив» иметь не могло. Потому что это абсолютно разные (неразборчиво) юридические. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Понятно.

Бевза: То есть никаких …

Представитель потерпевшего МУПВ: Вы упоминали такое выражение «нераспределенная чистая прибыль». Что вот оно значит и как  распределяется, что значит нераспределенная? Можно пояснить…

Бевза: Ну по итогам финансового года предприятия была начислена прибыль… в качестве финансовых результатов своей деятельности (неразборчиво) это предприятие исключительно (неразборчиво) имеет право этой прибылью распоряжаться. Варианты могут быть… либо данная прибыль на основании решения акционеров направляется, инвестируется, направляется на развитие предприятия, либо данная прибыль может выплачиваться в виде дивидендов. То есть данная прибыль может… с данной прибыли могут начисляться дивиденды, таким образом в качестве дивидендов.

Представитель потерпевшего МУПВ:  Угу.

Бевза:  И это прерогатива собственника, акционеров. И соответственно, решение… в какую пользу… могут принимать только они.

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу.

Бевза: Либо оставить нераспределенной,  либо выплатить дивиденды, либо отправить на развитие  самого предприятия. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Жанна Владимировна, подскажите, вот вы пояснили, что ваша должность была  сначала зам. по экономике. К заму по экономике там еще отдельные вопросы. Бухгалтерия на вас замыкалась… не замыкалась? 

Бевза: Бухгалтерия (неразборчиво) в функциональном подчинении. 

Представитель потерпевшего МУПВ: Угу. А скажите, что-нибудь вам известно по поводу хранения личных денежных средств чьих-либо в бухгалтерии «Востокцемента»?

Бевза: Нет, мне такие факты не известны.

Представитель потерпевшего МУПВ: Нет. Все понятно. А хранение денежных средств акционеров или руководства?

Бевза: Нет.

Гособвинитель (1): Ваша честь, возражаем по поводу вопроса.

Судья: Еще есть вопросы? Пожалуйста, государственный обвинитель. 

Гособвинитель (1): Да, Ваша честь. Жанна Владимировна, первый пока  вопрос к вам  будет у меня.  Вы поясните, пожалуйста, вы пояснили, что  вы были ознакомлены с заключением экспертов по настоящему уголовному делу, с заключением РЦСС. Расскажите, пожалуйста, теперь, при каких обстоятельствах и кто вас знакомил и на каком основании с этим заключением? С учетом вашего статуса свидетеля  по делу. 

Бевза:  Данное заключение я получала от адвоката. 

Гособвинитель (1): Какого?

Бевза: Высоцкого.

Гособвинитель (1):  Так, когда? 

Бевза:  Ну это было давно.  Ну, наверно год назад.  Даже больше года. (Неразборчиво), я буквально не вдаваясь в подробности, дату заключения, я просто смотрела те выводы, которые в нем были сделаны. Ну то есть от Высоцкого получала. 

Гособвинитель (1): Угу. Так. И в связи с чем вы получили, как свидетель по делу… данное заключение от адвоката Высоцкого?

Бевза: Ну меня попросили ознакомиться чисто как эксперта,  с той целью, что, возможно, я увижу какие-нибудь  моменты, на которые стоит обратить внимание. Какие-нибудь  (неразборчиво). 

Гособвинитель (1): Вам его просо передали, да, для ознакомления? 

Бевза: Извините, я не расслышала.

Гособвинитель (1):  Вам его просто вот передали… как копию его, в каком виде вам его передали для ознакомления?

Бевза:  Год назад  это было. Возможно, кто-то принес это заключение. Ну да, передали в бумажном виде. 

Гособвинитель (1): Нет пока вопросов. 

Гособвинитель (2): Ну чтобы закончить эту тему. Жанна Владимировна, скажите, пожалуйста, дальше-то вы с Высоцким обменялись своими мнениями по поводу  этого заключения. Вы ему какие-то  свои оценки  предоставили по поводу данного заключения экспертов?

Бевза: Нет, мы не общались. Я ознакомилась с ним, обратной связи никакой не было.  Я просто увидела  эти цифры, которые там были.

Гособвинитель (2):   А  чем это было вызвано, у вас никаких комментариев  по поводу этого заключения не было, собственно, о чем изначально  договоренность была?

Бевза:  Ну договоренности не было, что я даю какие-то замечания. По крайней мере, ту информацию, которую я прочитала, как раз… у меня (неразборчиво) такой детальной как раз и  не было. Я просто посмотрела,  что было, сделала для себя какие-то выводы  по тем цифрам, которые там были указаны. И все.

Гособвинитель (2):  Угу.

Бевза: Обратной связи от меня не требовалось (неразборчиво).

Гособвинитель (2): Угу. Все понятно. Скажите, пожалуйста, Жанна Владимировна,  вот начнем с самого начала…  вашего допроса со стороны защиты.  Скажите, пожалуйста, каким образом  фиксировалась, если вообще фиксировалась и проходила по бухгалтерии, вся материальная социальная помощь сотрудникам «Востокцемента»? Ну заемы, которые вы, в частности, упоминали. Проходили они  по официальной бухгалтерии предприятия?

Бевза:  Нет, социальная программа работает абсолютно легально.

Гособвинитель (2):  Угу.

Бевза: Вся материальная помощь, все оплаты, выдача займов, все фиксируется в бухгалтерии «Востокцемента», в отчетности в том числе, которая потом  аудиторуется,  проверяется налоговыми органами.  Другой бухгалтерии у нас нет…

Гособвинитель (2):   Все понятно. Другой бухгалтерии у вас нет. А скажите, пожалуйста, ВБЩЗ… вот про «Спасскцемент» нет вопросов, там  все понятно. А ВБЩЗ монополист в области производства каких  стройматериалов?

Бевза: Ну, насколько я знаю, щебня.

Гособвинитель (2):  Щебень, да. Угу. 

Бевза: В городе Владивостоке.

Гособвинитель (2):   А в городе Владивостоке… именно, да?

Бевза:  Да.

Гособвинитель (2):   Скажите, пожалуйста,  вы рассказывали про… отвечая на вопросы защиты про Игоря Сергеевича, в частности, о том… рассказывали о  том, какие решения он принимал, а расскажите, пожалуйста,   если вам известно, сфера самостоятельной компетенции Андрея Сергеевича существовала?  То есть такая сфера, в области которой он вправе был самостоятельно принимать решения,  не согласуя их с Игорем Сергеевичем?

Бевза: Андрей Сергеевич как генеральный директор принимал самостоятельное решение на уровне (неразборчиво)… связанное с производством, с работой заводов. Это было в его компетенции. Какие-то более серьезные вопросы, кардинальные  (неразборчиво), то они, конечно, принимались Игорем Сергеевичем.  За Андреем Сергеевичем (неразборчиво) немало решений к реализации. А все текущие вопросы  Андрей Сергеевич… 

Гособвинитель (2): Понятно. Угу. Скажите, пожалуйста, заключение договоров поставок, это вы относите к каким вопросам?  К серьезным, которые  необходимо с Игорем Сергеевичем  согласовывать, либо  к тем вопросам, которые относились  к  самостоятельным компетенциям Андрея Сергеевича? 

Бевза: Обычная текущая деятельность.

Гособвинитель (2):  Обычная текущая деятельность. 

Бевза: Договоры…

Гособвинитель (2):  Угу. Понятно.

Бевза: Договоры заключаются нашим агентом «ДВ-Цемент», поэтому… 

Гособвинитель (2):  Скажите, пожалуйста, в 2008-м, в 2009 годах, я имею в виду с мая 2008-го по апрель 2009 года, кто был генеральным директором «Востокцемента»?

Бевза: По-моему, там был Воробьев Виктор Павлович. 

Гособвинитель (2):  Угу. Скажите, пожалуйста, вот в тот период в работе Воробьев Виктор Павлович свои действия таким же образом согласовывал с Игорем Сергеевичем? Или какая-то иная схема общения, обратной связи была?

Бевза: Не могу ответить, не знаю. 

Гособвинитель (2):  Нет, если вам известно. Вот вам известно, например, про взаимоотношения Андрея Сергеевича и Игоря Сергеевича в этой области, вот условное разделение и компетенция. Может быть, вам и про Воробьева также известно, поэтому я и спрашиваю.

Бевза: Нет, про него мне неизвестно. 

Гособвинитель (2):  Про него неизвестно. Скажите, пожалуйста, по какой причине вы в курсе именно взаимоотношений Андрея Сергеевича и Игоря Сергеевича? А взаимоотношения, допустим, предыдущего генерального директора с Игорем Сергеевичем вам неизвестны?  

Бевза: Потому что в этот период я уже начала больше  заниматься финансами, изначально я занималась только экономикой, а уже в этот период я начала заниматься финансами  и больше взаимодействовала  с Андреем Сергеевичем по вопросам, соответственно, при обсуждении вопросов, но он уже ссылался на Игоря  Сергеевич, я  понимала, что он…   ну согласовывает, например, там (неразборчиво) с Игорем Сергеевичем.

Гособвинитель (2): Угу.

Бевза: Поэтому я уже поняла.

Гособвинитель (2): Я поняла вас, тогда уточните, пожалуйста, с какого конкретно периода времени вот таким образом изменились ваши полномочия, что вы стали в большей степени общаться с Андреем Сергеевичем?

Бевза: В… я не то что стала больше общаться с Андреем Сергеевичем, просто мой функционал уже расширился, и я стала больше заниматься финансовой стороной компании «Востокцемент», соответственно, больше прям вот… ну это как раз компании «Востокцемент», это как раз с момента, наверное, уже когда Виктор Павлович перестал быть генеральным директором в 2009 году, это Андрей Сергеевич стал генеральным директором. И я стала с ним больше взаимодействовать, по этим вопросам.

Гособвинитель (2): То есть вы именно с того периода стали заниматься финансами, когда Андрей Сергеевич стал  генеральным директором?

Бевза: Можно так сказать, да.

Гособвинитель (2): Угу, понятно. А скажите, пожалуйста, а в период времени с мая 8-го по апрель 9-го Андрей Сергеевич какую должность занимал, если помните, конечно, в «Востокцементе»?

Бевза: Ну, я помню, что до 2009 года был период, когда занимал должность заместителя генерального директора, первого заместителя генерального директора.

Гособвинитель (2): А помните, какие вопросы в тот период входили в его компетенцию?

Бевза: Я не могу сказать.

Гособвинитель (2): Не помните?

Бевза: Я не могу ответить, нет, я не помню.

Гособвинитель (2):  В тот период вы с ним не взаимодействовали?

Бевза: Практически нет.

Гособвинитель (2): Практически нет. Угу. Скажите, пожалуйста, а ваша должность… вы сказали, что с того момента, как Андрей Сергеевич стал генеральным директором, вы стали заниматься финансами, а ваша должность с этого момента,  именно с момента назначения  Андрея Сергеевича, каким-то образом изменилась, я имею в виду наименование или подразделение?

Бевза: В 2009 году  нет, должность уже официально изменилась в 2014-м, по-моему, году.

Гособвинитель (2): Понятно.

Бевза:  Когда я уже…

Гособвинитель (2): То есть изменение вашего функционала не было связано с изменением вашей должности?

Бевза: Нет.

Гособвинитель (2): Нет.

Бевза: Просто были расширены функциональные обязанности.

Гособвинитель (2): Все понятно. Кто решения принял о расширении ваших функциональных обязанностей?

Бевза: Мой непосредственный руководитель. Генеральный директор Пушкарев Андрей Сергеевич.

Гособвинитель (2): Андрей Сергеевич принял, угу. Скажите, пожалуйста, этот вопрос… о расширении ваших функциональных обязанностей, он с Игорем Сергеевичем обсуждал, согласовывал?

Бевза: Ну… я не согласовывала точно, возможно…

Гособвинитель (2): Нет, я про вас не спрашиваю. Я про него только спрашиваю.

Бевза: Мне неизвестно об этом.

Гособвинитель (2): Вам неизвестно. Угу. А скажите, пожалуйста, Владимир Сергеевич… в период времени с 9-го по 16-й год какие-то должности в «Востокцементе» занимал? Пушкарев, конечно. Владимир Сергеевич Пушкарев?

Бевза: По 2016 год?

Гособвинитель (2): Да, с 8-го по 16-й?

Бевза: В настоящий момент Владимир Сергеевич является генеральным директором компании «Востокцемент». Эту должность он занял, по-моему, с начала 16-го года, 15-го, да, с начала 15-го года… после травмы, да, которую получил…

Гособвинитель (2): Угу.

Бевза: Андрей Сергеевич после этого, Владимир Сергеевич стал генеральным директором компании «Востокцемент» с 15-го года, до этого он был в должности первого зама, но период  я уже не помню.

Гособвинитель (2): А первый зам… какие вопросы входили в его компетенцию?

Бевза:  Я не могу точно сказать, какие вопросы он курировал.

Гособвинитель (2): Не знаете…

Бевза: Возможно, те вопросы, которые ставил непосредственный  руководитель генеральный директор, какие это были вопросы мне неизвестно.

Гособвинитель (2): Угу. Понятно. Скажите, пожалуйста, в настоящее время Владимир Сергеевич продолжает руководить «Востокцементом»?

Бевза: Да, продолжает.

Гособвинитель (2): Угу. Находясь в офисе группы компаний «Востокцемент»…  ООО «Востокцемент»?

Бевза: Нет, он работает удаленно.

 Гособвинитель (2): Угу.  Где находится-то?

Бевза: Я не знаю, мы связываемся по конференц-связи.

Гособвинитель (2):  Причина вам неизвестна, да?

Бевза: Нет.

Гособвинитель (2):  Неизвестна. А скажите, пожалуйста… вот вы назвали очень много цифр, я практически все успела записать, одну цифру не расслышала, вы назвали цифру, называя, перечисляя, вернее, убытки группы компаний «Востокцемент» от взаимодействия с МУПом, вы обозначили цифру 455 миллионов рублей, я только лишь вас  прошу повторить, потому что я не расслышала, что это за цифра, которую вы отнесли к убыткам?

Бевза: 450 миллионов рублей – это сумма, уплаченная компанией «Востокцемент» процентов кредитным  организациям,  привлеченным  к кредитным ресурсам, которые были привлечены для погашения дефицита,  связанного с наличием дебиторской задолженности МУПВ «Дороги Владивостока».

Гособвинитель (2):  Угу. А кредитные организации можете назвать?

Бевза:  В то время мы кредитовались…

Гособвинитель (2): Что, простите?

Судья: Продолжаем.

Гособвинитель (2): Угу, спасибо. Жанна Владимировна, вы поняли мой вопрос?

Бевза: Да, я все поняла.

Гособвинитель (2):  Угу.

Бевза: Мы кредитовались в «Сбербанке» и в банке «Приморье»  – это местный региональный банк.

Гособвинитель (2):  Угу. И вот эта вот сумма, чтобы закончить с ней, 455 миллионов, она, соответственно,  была выплачена ООО «Востокцемент» этим  кредитным организациям двум?

Бевза: Да, группа компаний «Востокцемент»  кредитовалась, все проценты выплачивал банку соответственно…

Гособвинитель (2): Понятно.  В каком году… В каком году, если… вообще, желательно, конечно, назвать  и месяц, когда она была выплачена?

Бевза: Данная сумма в процентах зачислена за весь период с 2008 по 2015 год, в течение всего этого периода ежегодно компания «Востокцемент» имела кредитный портфель и (неразборчиво) до двух миллиардов в некотором периоде времени, соответственно, эти проценты были начислены в каждом периоде, и выплачивались они  ежемесячно.

Гособвинитель (2): Все понятно. Угу. Скажите, пожалуйста, еще одна цифра, которую вы назвали, это сумма отгрузки 2 миллиарда 100 миллионов, если я правильно записала, правильно я записала 2 миллиона, ой, 2 миллиарда 100 миллионов?

Бевза: 2 миллиарда  100 без НДС.

Гособвинитель (2): Без НДС. Да. Скажите мне, пожалуйста, вот... это сумма отгрузки стройматериалов всех предприятий, входящих в группу компании «Востокцемент», напрямую МУПу?

Бевза: Эта сумма отгрузки и через агентов «ДВ-Цемент», и через предприятия напрямую, там значительная, основная масса  – это через агента «ДВ-Цемент».

Гособвинитель (2): Понятно. Скажите, пожалуйста, в  эту цифру входят цифры… суммы, вернее, отгрузок предприятиям, которые работали на субподряде у МУПа, то есть не напрямую МУПу, а предприятиям, работающим на субподряде у МУПа?

Бевза: Нет, это отгрузка в адрес МУПа.

Гособвинитель (2): Только в адрес МУПа, все понятно. Скажите, мне, пожалуйста, рассказывая о прощении долга… меня вот что заинтересовало, исходя из ваших показаний  в 11-м году в первый раз  Игорь Сергеевич заговорил, в общем-то, о необходимости прощения… долга… в 2014 году, с ваших слов, соответственно, передали на баланс принципала те долговые обязательства, которые имелись, расскажите мне, пожалуйста, вот эти три года… что делалось конкретно, вы сказали, что  сложная подготовка, вот перечислите все подготовительные мероприятия, которые на протяжении этих трех лет производились?

Бевза: Во-первых,  изначально речь шла о том, что мы должны отслеживать динамику, да, этой дебиторские задолженности и накапливать прибыль для того, чтобы ее можно было в дальнейшем прощать.

Гособвинитель (2): Это вы уже говорили, меня именно подготовка интересует. Документация… вы там про реестр рассказывали, вот это вот поподробнее.

Бевза: Конечно, подготовка велась не в течение  трех лет, я говорила, да, что мы начали подготовку к передаче долгов в 2013 году, то есть это осуществляется и работа со всей первичной документацией,  подбор всех отгрузочных накладных, всех счетов по (неразборчиво) и сделать акты сверки по оплатам, по отгрузкам, поэтому на это все отводится ну не менее полугода, в зависимости от количества первичных документов, поэтому для передачи долга в 14-м году мы работу начала в 13-м году.

Гособвинитель (2): Угу. С 11-го по 13-й год вы никаких подготовительных мероприятий, получается, не производили?

Бевза: Подготовительных нет.

Гособвинитель (2):  Нет, понятно.

Бевза: То есть мы отслеживали  саму задолженность.

Гособвинитель (2):  Что, простите, отслеживали?

Бевза: Отслеживали сумму дебиторской задолженности, и, увидев,  что она нарастает уже существенными суммами, мы уже начали готовить к списанию.

Судья: Угу. А понятно. Скажите, пожалуйста… также вы сказали, что планировали завершить взаимоотношения с МУПом… скажите, пожалуйста, когда и кто впервые заговорил о том, что в планы  входит завершение…  взаимоотношений с МУПом?

Бевза: Я говорила, что мы планировали простить задолженность, когда будут завершены взаиморасчеты и отгрузки с МУПом.

Гособвинитель (2): Угу.

Бевза: То есть планировали простить задолженность после прекращения взаимоотношений.

Гособвинитель (2):  Вот-вот… что такое прекращение взаимоотношений? Меня интересует эта ваша ранее употребленная формулировка?

Бевза: Прекращение взаимоотношений  – это прекращение с нашей стороны отгрузки продукции в адрес МУПа, то есть и прекращение оплаты в наш адрес, то есть мы фиксируем долг, уже не будет он увеличиваться или уменьшаться за счет отгрузки и оплаты, поэтому, ну, считается, как правило, всегда, что завершение взаимоотношений, подводятся итоги этих взаимоотношений,  и осуществляется такая операция, в нашем случае это прощение долга.

Гособвинитель (2):  Вот завершение взаимоотношений, когда и по чей инициативе планировалось?

Бевза: Мне неизвестно, по чьей инициативе оно планировалось, я увидела уже в 2015 году, что  отгрузки уже не производят, поэтому  я поняла, что уже  взаимоотношения в части отгрузок, они завершены.

Гособвинитель (2):  Понятно.

Бевза: Соответственно.

Гособвинитель (2): Я вас поняла. А скажите, пожалуйста, а по какой причине отгрузка прекратилась, вам известно, вы… я понимаю, это не совсем в вашей компетенции, вы интересовались, отслеживая динамику задолженности?

Бевза: Меня это не интересовало, потому что чем меньше мы отгрузим, в последующем для меня это означало, что у них меньше задолженности и мы несли меньше убытка, прекращение отгрузок для меня это было положительным, меня это не интересовало.

Гособвинитель (2): Скажите, пожалуйста, в 2011 году, когда Игорь Сергеевич впервые, по вашим словам, заговорил о необходимости прощения долга, известно ли вам, в связи с чем он был уверен, что все акционеры  согласятся с его решением и примут соответствующее решение?

Бевза: Я воспринимала  информацию из уст Игоря Сергеевича, для меня он был как (неразборчиво), какой… как это будет юридически оформлено с точки зрения там взаимодействия с акционерами, меня этот вопрос не интересует, я корпоративными вопросами не занимаюсь. Для меня вот решение Игоря Сергеевича как основного руководителя и (неразборчиво) собственника - окончательное решение, как это будет регулироваться там с акционерами и… Решаться этот вопрос, это уже не мой вопрос, не моя компетенция, мне нужно было, чтобы были оформлены документы…. Решение акционеров на общем собрании, что является основанием в бухгалтерском учете о списании этого долга путем прощения.

Гособвинитель (2): Угу. Скажите, пожалуйста, правильно ли я вас поняла,  что до 2015 года чистой прибыли не было достаточно для того, чтобы списать задолженность МУПу?

Бевза: Да, правильно.

Гособвинитель (2): Угу. 

Бевза: Чтобы ее было достаточно, чтобы не пострадали наши финансовые показатели, которые бы не вызывали вопросов в банках, в том числе (неразборчиво) прибыли, чтобы списать.

Гособвинитель (2): То есть она была меньше 962 миллионов рублей?

Бевза: Да.  962 миллиона возникло уже в конце 2015 года, к этому моменту мы уже накопили прибыль, она была  меньше в соответствии  с динамикой нарастания. То есть прибыль не нарастала такими темпами, как нарастала дебиторская задолженность, поэтому нужно было  время чтобы оценить абсолютное выражение прибыли и принять решение без ущерба для финансового состояния предприятий.

Гособвинитель (2):  Угу. Скажите, пожалуйста, вы упомянули аудит в вашей компании, скажите, кто был аудитором в вашей компании?

Бевза: Компания «Веда-Аудит» (неразборчиво).

Гособвинитель (2):  Ой, простите, не расслышала вас.

Бевза: Компания «Веда-Аудит».

Гособвинитель (2):  «Веда-Аудит», угу. Скажите, пожалуйста, вам известно о работе кого-то из членов семьи Игоря Сергеевича Пушкарева в данной компании?

Бевза: Нет-нет, фактов не знаю.

Гособвинитель (2):  Угу. Понятно.

Бевза: Вы имеете… специалистов, с которыми я взаимодействовала, не имел  иотношения к семье Игоря Сергеевича…

Гособвинитель (2):  Угу, и еще один вопрос, уже вы говорили об этом, я по-другому несколько задам этот вопрос: акционером каких конкретно предприятий являлся «Парк Актив»?

Бевза: «Парк Актив» являлся акционером «Владивостокского бутощебеночного завода», «Якутцемента»,  это вот то, что я помню. 

Гособвинитель (2): Все понятно, нет вопросов.

Бевза: И прочие  компании мелкие, ну я сейчас  точно не вспомню.

Гособвинитель (2): Все-все, мне достаточно. Спасибо.

Судья: Вопросов новых не появились у стороны защиты?

Представитель потерпевшего МУПВ: Разрешите?

Судья: Да, пожалуйста.

Представитель потерпевшего МУПВ: Жанна Владимировна, еще один вопрос. Вот, возвращаясь к ценообразованию, подскажите, пожалуйста, Андрей Сергеевич Пушкарев каким-то образом касался формирования прайсовых цен? Уменьшал, увеличивал,  может, эти цены, какие-то давал указания?

Бевза: Формированием цен у нас  в компании занимается маркетинговый отдел,  то есть они формируют прайс, и данный  прайс  утверждается  на год, утверждается генеральным директором Андреем Сергеевичем, в течение года продажи осуществляются  в рамках этого прайса, возможно, принимаются иногда решения об установлении скидок, но этим занимается непосредственно отдел «ДВ-Цемента», управляющий «ДВ-Цементом» Кожаева Оксана Григорьевна, и по ее представлению, как я понимаю, скидки передаются на утверждение Андрею Сергеевичу. Такая  система полноценно действует у нас, то есть утверждается прайс, в рамках этого прайса мы работаем, если предоставляются скидки, они дополнительно утверждаются Андреем Сергеевичем, соответственно по представлению управляющего «ДВ-Цементом».

Представитель потерпевшего МУПВ: Значит, правильно я понял, что вопрос только о скидках, когда шел тогда, это утверждалось?

Бевза: Да.

Представитель потерпевшего МУПВ: Понятно.

Бевза: Да-да.

Представитель потерпевшего МУПВ: Спасибо. Нет вопросов.

Третьяков: Есть вопрос один, Ваша честь.

Судья: Угу.

Третьяков: На прощание один вопрос: вам известно что-нибудь про договоры поручительства, которые группа компаний «Востокцемент» выдавала за муниципальные предприятия в целях обеспечения муниципальных контрактов? Что-то можете пояснить в этой части?

Бевза: Я знаю, что такие договоры были. Но не участвовала в их оформлении, поэтому не знаю, что сказать.

Третьяков: Все, спасибо, нет больше вопросов.

Судья: Угу, других вопросов не поступило, ходатайств?

Гособвинитель (2): Есть ходатайство, у нас есть, конечно.

Судья: Угу, пожалуйста.

Гособвинитель (2): Поэтому прощаться рано. В 33-м томе на листах дела с  71-го по 75-й протокола допроса указанного свидетеля, была она допрошена 22 июня 16-го года с участием защитника Топольсковой, и мы просим исследовать данный протокол в связи с наличием существенных противоречий, которые имеются в показаниях, указанных мной, и показаниях в суде. В частности, на 73-м листе указанного протокола, вернее, тома, в частности, третьего листа протокола, имеется следующее высказывание свидетеля: все перечисленные мною люди, а перечисляла она Зубахина, Воробьева, Пушкарева, прошу прощения, Андрея Сергеевича и Владимира Сергеевича, вот все перечисленные мною люди являются фактическими руководителями компании, кто-либо иной отношение к руководству компании не имел, по роду своей трудовой  деятельности я присутствовала на еженедельном совещании, которое проводит руководство компании, на этих совещаниях я никогда не видела… на этих собраниях главу города Владивостока  Пушкарева, и вообще, мне неизвестно,  имеет ли Пушкарев какое-то  отношение к деятельности компании, видела Пушкарева в офисе нашей компании. Однако указывает, что Игорь Сергеевич приходил поздравить коллектив компании с днем рождения. С Пушкаревым я никаких отношений не имею и лично с ним незнакома. И еще один момент на четвертом листе указанного мною протокола: о ситуации с имеющейся задолженностью я неоднократно докладывала руководству компании, однако никаких мер по этому вопросу не принималось, продукцию мы продолжали поставлять, почему, мне неизвестно, это было решение руководства,   гендиректора Пушкарева Андрея Сергеевича, я его решение не имела права обсуждать… и указывает на то, что не осведомлена о каких-то  мероприятиях о взыскании этой задолженности,  и, соответственно,  на рабочих совещаниях этот вопрос также руководством не поднимался, почему не применяются меры по взысканию этой задолженности, они неизвестны. Но я думаю, что объяснять, в чем существенные противоречия, не стоит, и, соответственно, в связи с эти мы спросим исследовать.

Судья: Обсуждается ходатайство. Вы что скажете, представитель потерпевшего?

Представитель потерпевшего МУПВ: На усмотрение суда.

Судья: Что скажет сторона защиты?

Третьяков: На усмотрение суда, Ваша честь.

Судья: Суд постановил: на основании части 3-й статьи 71 УПКРФ в связи с наличием существенных противоречий в показаниях, указанных государственным обвинителем, огласить показания свидетеля,  данные в ходе предварительного расследования, содержащиеся в томе 33-ч раздела 71 – 75. Свидетель, присядьте, пожалуйста, прослушайте показания, которые вам сейчас зачитают.

Гособвинитель (2): Жанна Владимировна, оглашаются ваши показания в 33-м томе на листах дела  71 – 75,  как я уже сказала, были вы допрошены 22 июня 16-го года  с участием присутствующего и участвующего лица адвоката Топольсковой и указали на вопросы следствия следующее: по существу заданных вопросов могу пояснить, с правами и обязанностями свидетелями я ознакомлена, показания давать желаю. В 2003 году я трудоустроилась  в ООО «Парк Групп» на должность начальника планово- экономического отдела, от кого-то из своих знакомых, не помню кого именно, я узнала, что в этой компании имеется вакансия, и была трудоустроена, в то время при трудоустройстве собеседование со мной проводил финансовый директор компании Воробьев Виктор Павлович, генеральным директором «Парк Групп»  был Зубахин Олег  Викторович. Примерно в 2006 году было  создано ООО «Востокцемент», я уволилась из ООО «Парк Групп», и по предложению Воробьева была трудоустроена заместителем генерального директора «Востокцемента» по экономике и финансам, Воробьев также перешел работать  в ООО «Востокцемент» финансовым директором. В 2006 году генеральным директором данной компании являлся Зубахин. ООО «Востокцемент» осуществляет услуги управления промышленными предприятиями: «Спасскцемент», «Якутцемент», «ДСЗ», «Теплоозерский цементный завод» и ОАО «ВБЩЗ». Управление заключается в оказании услуг по организации работ,  в моей части это организация процесса планирования и бюджетирования деятельности вышеуказанных предприятий. В мои обязанности входит организация планирования финансовых показателей промышленных предприятий, финансовый анализ деятельности предприятия, организация проверок и бухгалтерской отчетности предприятий. В настоящее время моим непосредственным руководителем является гендиректор «Востокцемента» Беляев. Он является генеральным директором  с  1 июля 16-го года, помимо него генеральным  директором  «Востокцемента» в настоящее время также является  Пушкарев  Владимир Сергеевич, вообще, за период моей работы в ООО «Востокцемент» сменилось несколько руководителей, а именно: после Зубахина должность гендиректора  занимал  Воробьев, он руководил предприятием примерно до 2007 года, после него на должность генерального директора, должность, прошу прощения, генерального директора  занимал Пушкарев Андрей Сергеевич, с января 15-го в связи с получением Андреем Сергеевичем взрывной травмы головы должность генерального директора стал занимать Пушкарев Владимир Сергеевич, все перечисленные мною лица являются фактическими руководителями компании, кто-либо иное отношение к руководству компании не имел. По роду своей деятельности я присутствовала на еженедельных совещаниях, которые проводит руководство компании, на этих совещаниях я никогда не видела главу города Владивостока Пушкарева Игоря Сергеевича, и вообще, мне неизвестно, имеет ли Игорь Сергеевич какое-то отношение к деятельности компании. За период своей работы в компании я несколько раз видела Пушкарева Игоря Сергеевича в офисе нашей компании по адресу: Владивосток, улица Русская, 65. Игорь Сергеевич приходил поздравить коллектив компании с днем рождения компании, с Пушкаревым Игорем Сергеевичем я никаких отношений не имею и лично с ним  незнакома. Я никогда не являлась и в настоящее время не являюсь акционером, учредителем коммерческой организации, недвижимости и счетов за границей у меня не имеется и никогда не имелось. Я не являюсь работником иных коммерческих организаций  и трудоустроена только в ООО «Востокцемент». Мне известно, что в период с 8-го по 16-й год группа компаний «Востокцемент» имела хозяйственно-финансовые отношения с МУПом «Дороги Владивостока». МУП заключал договор поставки продукции с компанией-агентом «ДВ-Цемент», входит в группу компаний «Востокцемент», строительные материалы отгружались с производственных предприятий  «Спасскцемент», «ВБЩЗ» «ДСЗ», в период  с 2008 года у МУПа начала образовываться задолженность по оплате строительных материалов «ДВ-Цементу».

Судья: Давайте паузу возьмем.

Гособвинитель (2): Можно продолжать, да, Ваша честь?

Судья: Сейчас пока нет.

Судья: Угу, все продолжайте.

Гособвинитель (2):  В период с 2008 года у МУПа «Дороги Владивостока» начала образовываться задолженность по оплате стройматериалов перед «ДВ-Цементом», на 31 мая 16-го года общая задолженность МУПа составляла 962 миллиона 698 тысяч  925 рублей 35 копеек, до 2015 года эта дебиторская задолженнность числилась за «ДВ-Цементом», но в период 15-го–16-го годов по решению руководства задолженность была передана в производственное предприятие, таким образом, от  31 мая 16-го года задолженность МУПа перед «Спасскцементом» 699 тысяч 455 рублей 902 400 (неразборчиво), прошу прощения, 699 миллионов 455 тысяч 921 рубль 6 копеек, перед «ВБЩЗ» – 9 миллионов 941 тысяча 945 рублей 24 копейки и перед «ДСЗ» – 7 миллионов 936 тысяч 539 рублей 12 копеек и перед «ДВ-Цементом»  – 245 миллионов 364 тысячи  519 рублей 93 копейки, в настоящее время дебиторская задолженность «ДВ-Цемента» в сумме 245 миллионов 364 тысяч 519 рублей 93 копеек также передана на производственное предприятием, а общая сумма задолженности в настоящие время не изменилась и составляет 962 миллиона 698 тысяч 925 рублей 35 копеек, МУП – это единственное предприятие с такой большой задолженностью по оплате продукции, есть несколько предприятий ЗАО «ТМК», ООО «Востоктехснаб», которые также являются дебиторами, но сумма задолженности несопоставима с задолженностью МУПа.  Точные суммы задолженности указанных  компаний не могу сказать.  МУП за весь период отношений с группой компаний «Востокцемент» частично погашал задолженность, однако, учитывая объем поставляемой продукции, задолженность все равно только росла, не уменьшалась. А именно по погашению задолженности можно увидеть в бухгалтерских документах, а именно в оборотно-сальдовых ведомостях предприятия «ДВ-Цемент» по счету 62  расчет с покупателями, ситуация (неразборчиво) я неоднократно докладывала руководству компании, однако никаких мер по этому вопросу не принималось, продукцию мы продолжали поставлять, почему, мне неизвестно, это было решение руководства, а именно генерального директора Пушкарева Андрея Сергеевича, я его решение не имела право обсуждать, принимаются ли в настоящее время меры по взысканию задолженности с МУПа, мне неизвестно, в частности, подведомственная мне служба на предприятии, наверное, потому что здесь не предприятие, а на предприятии этим вопросом не занимаются, на рабочем совещании  этот вопрос также руководством не поднимался, почему не применяются меры к взыскания задолженности, мне неизвестно. А собственноручная  запись «с моих слов напечатано верно, мною прочитано», «свидетель» – подпись в соответствующей графе, «адвокат» – в соответствующей графе подпись, далее также собственноручно записано в протокол «прочитан лично, замечаний к протоколу нет», «свидетель» – подпись, «адвокат» – подпись, и также имеется подпись следователя.  Жанна Владимировна, 

Бевза: Да?

Гособвинитель (2) …скажите, пожалуйста, слышали, я сейчас ваши показания оглашала, которые вы на следствии давали?

Бевза: Да, слышала.

Гособвинитель (2):  Угу. А скажите, пожалуйста, подтверждаете ли вы эти показания?

Бевза: Я подтверждаю все, кроме того, что Игорь Сергеевич не осуществлял руководство компанией.

Гособвинитель (2): Не осуществлял руководство компанией. Тогда вот вернемся как раз предметно к этому абзацу, это абзац на 3-м листе. Скажите, пожалуйста, по какой причине вы среди перечисленных лиц, которые являлись фактическими руководителями компании, не назвали Игоря Сергеевича и, более того, в категоричной форме указали, что никогда не видели его, хотя присутствуете на еженедельных совещаниях компании, и, соответственно, не имеет он  никакого отношения к руководству компанией, по какой причине вы так сказали? Вы сказали, по сути, неправду следователю,  будучи предупрежденной по 307, 308 статьям Уголовного кодекса,  поэтому я обязана поинтересоваться.

Бевза: В том допросе я указывала, что Игорь Сергеевич не имеет отношения  к руководству компанией, потому что в момент первого допроса я была напугана и боялась навредить Игорю Сергеевичу, зная, что он  не имел права этим заниматься.

Гособвинитель (2): Угу, вам было на момент производства этого следственного действия, я имею в виду на момент производства допроса, вам было известно о том, что Игорь Сергеевич не имел права по закону руководить компанией, будучи главой города Владивостока?

Бевза: Да, конечно.

Гособвинитель (2):  Да, я поняла. Скажите, пожалуйста, а до его задержания вам было известно, что он не имеет права?

Бевза: Да, было.

Гособвинитель (2): Было известно, понятно. Скажите, пожалуйста, по какой причине вы указали в данном протоколе, соответственно, является ли это действительностью, о том, что вам не было известно на тот момент, применяются ли  в настоящее время, я напомню, вы были допрошены 22 июля 16-го года, меры взыскания задолженностей, и, в частности, указывали, что на рабочих совещаниях  этот вопрос даже не поднимался руководством… вот соответствует ли это действительности, что вам на тот момент действительно не было известно?

Бевза: На еженедельных рабочих совещаниях мы действительно этот  вопрос не обсуждали, этот вопрос обсуждался на совещании, на котором присутствовал Игорь Сергеевич, которые проходили 2-3 раза в год.

Гособвинитель (2):  Жанна Владимировна,  здесь ключевым является другое,  здесь ключевым является то, что на момент 22  июля 16-го года вам не то, что на совещаниях обсуждалось, а вам было неизвестно, принимаются ли какие-то меры по взысканию задолженности МУПа и, соответственно, почему не принимаются, вам также было неизвестно, а сегодня  вы нам рассказывали про социальную нагрузку и про долгую процедуру, которая предшествовала решению Игоря Сергеевича не взыскивать никакие долги с МУПа, а именно целенаправленно идти к прощению долга. Вот это почему вы следователю не рассказали? Или, может быть, вы следователю правду сказали, а нам неправду, вот чего  я пытаюсь от вас услышать…

Бевза: Я об этом не говорила, потому что, если бы, я опять же сказала, (неразборчиво), что решение по прощению задолженности принято Игорем Сергеевичем, я вынуждена была бы сказать о том, что он управлял предприятием, поэтому боясь, что показания навредят Игорю Сергеевичу, не сказала (неразборчиво).

Гособвинитель (2):  Кроме Игоря Сергеевича, вы ни с кем это не обсуждали, я имею в виду с Андреем Сергеевичем, никогда вы это не обсуждали?

Бевза: Не обсуждали что?

Гособвинитель (2):   Прощение долга МУПу.

Бевза: Обсуждали не обсуждали… это решение я как бы… Задачу я получала только от Игоря Сергеевича на совещании (неразборчиво), что я должна. Есть задача, мы ее выполняем, все соответствующие службы, занимаемся исполнением этой задачи.

Гособвинитель (2):  Понятно. А без указания имени Игоря Сергеевича и указаний на те обстоятельства, при которых он вам говорил про грядущее прощение долга, вы полагаете, вы не могли следователю сказать правду о том, что руководством «Востокцемента» принималось ранее решение о прощении долга?

Бевза: Руководство не имело права принимать такое решение, потому что это прерогатива высшего руководства, в том числе собственника, им для меня был Игорь Сергеевич, соответственно, решение о прощении долга принималось (неразборчиво), так как высший руководитель для меня, человек, который принимает технические решения, поэтому, если бы я сказала, то в любом случае я бы имела в виду то, что Игорь Сергеевич занимается управлением компании, принимает решения, я переживала, что я ему наврежу такими показаниями.

Гособвинитель (2):  Я вас поняла. А скажите, пожалуйста, по какой причине вы для себя решили, что сейчас вы уже не можете навредить Игорю Сергеевичу, или вы, наоборот,  уже вам все равно, навредите вы ему или нет?

Бевза: Сегодня как бы допрос в суде, я обязана говорить правду, соответственно, я говорю правду.

Гособвинитель (2): То есть вы полагаете, что следователю вы не были обязаны говорить правду?

Бевза: Я была обязана говорить правду, но это был первый допрос в моей жизни, я была  испугана, и я  боялась навредить Игорю Сергеевичу. Сегодня уже я к ситуации более-менее привыкла, здесь однозначно я должна сказать то, что было.

Гособвинитель (2): Все понятно, исчерпывающий ответ. Спасибо вам большое, нет вопросов

Судья: Другие вопросы есть по поводу оглашенного?

Представитель потерпевшего МУПВ: Нет.

Судья: У стороны защиты?

Третьяков: У нас нет вопросов. Мы бы хотели один документ огласить из материалов дела, попросить прокомментировать.

Судья: А что это?

Третьяков: А это письмо. Это  переписка, том 20, лист дела 263 могу огласить? 

Судья: Угу. 20, лист дела 263…

Третьяков: Том 20, лист дела 263 – это электронное письмо,  оно обозревалось в судебном заседании.

Гособвинитель (1): Ваша честь, нам бы хотелось все-таки, чтоб это оглашалось из материалов дела.

Третьяков: Из материалов дела, хорошо, я понял.

Судья: А что за письмо?

Третьяков: Письмо касается реализации асфальтобетона, служебная записка. В настоящее время в ООО «ДВ-Цемент» находится… и так далее описывается там…

Судья: А это на чье имя, какое оно отношение к свидетелю имеет?

Третьяков: Значит, оно подается сотрудником финансового департамента Кудрявцевой Натальей Анатольевной, то есть ее непосредственной подчиненной.

Судья: Обсуждается вопрос об оглашении данного документа. Текста для постановки вопроса. Сторона защиты?

Третьяков: Мы, соответственно, занимаем  поддерживающую позицию.

Судья: Вы что скажете?

Представитель потерпевшего МУПВ: Не возражаем.

Судья: Государственные обвинители, ваша позиция?

Гособвинитель (1): Сейчас, Ваша честь, одну минуту.

Гособвинитель (2) Ваша честь, ну согласно нашим записям этот документ исследовался, соответственно, защита вправе на него ссылаться.

Представитель потерпевшего МУПВ: А вопрос-то  к свидетелю же…

Гособвинитель (2): Вы слышите слово «ссылаться»?

Судья: То есть нет возражений?

Гособвинитель (2): И это я и имею в виду

Судья: Хорошо, суд объявил удовлетворить ходатайство, огласить текст электронного письма. Сейчас перерыв. Алексей, том тогда 20-й. Перерыв сейчас буквально 2 минуты, сейчас за томом дела сходят. Присаживайтесь пока, свидетель. 

Третьяков: Письмо вашей подчиненной Кудрявцевой Натальи Анатольевны. Датировано оно 22 апреля 2012 года. Сейчас его зачитаю, у меня будет там короткий вопрос по этому письму. Значит, содержание. Называется оно «Реализация асфальтобетона. Служебная записка». В настоящее время в ООО «ДВ-Цемент» находится на согласовании дополнительно… 

По техническим причинам аудиозапись обрывается.

Поделиться: