18+
Андрей Пушкарёв с адвокатомЭкс-директор ГК «Востокцемент» выступил в Тверском суде Москвы  

Экс-директор группы компаний «Востокцемент» Андрей Пушкарёв выступил в Тверском районном суде Москвы. Андрей Пушкарёв высказался по существу предъявленных ему, его родному брату – экс-главе Владивостока Игорю Пушкарёвуи бывшему директору МУПВ «Дороги Владивостока» Андрею Лушникову обвинений в течение двух заседаний – и 7 февраля
 
Экс-руководитель «Востокцемента» сообщил, почему отгрузки стройматериалов продолжались в адрес МУПа, несмотря на всё возрастающую задолженность, кто принимал стратегические решения в холдинге и что являлось социальной нагрузкой для группы компаний. Андрей Пушкарёв привёл факты, свидетельствующие об абсурдности и несостоятельности предъявленных обвинений. 

В начале выступления Андрей Пушкарёв сделал пояснения по поводу управления группой компаний «Востокцемент». Он отметил, что начал работать на разных должностях в холдинге с 2003 года ещё будучи студентом. На этом настоял Игорь Пушкарёв
«В 2008 году стало понятно, что Игорь выбрал общественно-политическую деятельность и поэтому не сможет полностью посвящать себя бизнесу,- отметил Андрей Пушкарёв. - В связи с занятием братом выборной должности главы Владивостока, была необходимость переоформить бизнес на близких родственников. Игорь объяснил нам, что их владение компаниями будет формальным и он будет продолжать курировать развитие бизнеса, а также помогать мне и Владимиру руководить всеми производственными процессами. После избрания главой города Игорь как владелец бизнеса оставлял за собой стратегическое планирование в области финансов, производства и расстановки управленческих кадров, вопросы инвестиций в производство, назначения топ-менеджеров и их перемещения по должностям. Эти вопросы в обычной хозяйственной деятельности решаются, как правило, учредителями или акционерами, в нашем случае, так как бизнес фактически принадлежал Игорю, то и вопросы такие решал только он. В остальном текущее управление производством с 2009 года оставалось за мной, а по некоторым вопросам и за Владимиром, в этой части мы являлись лишь управляющими и ничем не отличались от других руководителей производственных направлений в группе компаний, даже зарплата у нас была почти одинаковой».

Также Андрей Пушкарёв подчеркнул, что в финансовом департаменте холдинга аккумулировались личные средства экс-главы Владивостока, которые он тратил по своему усмотрению. При этом их львиная доля направлялась на благотворительность.  

По поводу взаимодействия «Востокцемента» с МУПВ «Дороги Владивостока» Андрей Пушкарёв пояснил следующее. 
«Игорь, взявшись за любое дело, полностью посвящает себя ему, и став главой города, все свои усилия и всё своё время направил на эту работу. Помимо прочих его беспокоил вопрос восстановления дорожного хозяйства в городе, качество дорог, работа недобросовестных подрядчиков, не выполнявших или плохо выполнявших условия муниципальных контрактов,- перечислил экс-руководитель холдинга «Востокцемент». - Интересы его собственного бизнеса ушли на второй план, он готов был жертвовать и жертвовал частью доходов своего бизнеса в интересах города, в том числе и на мероприятия по подготовке Владивостока к саммиту АТЭС, назначенного на сентябрь 2012 года». 

Эта позиция Игоря Пушкарёва привела к тому, что должность генерального директора группы компаний покинул Виктор Воробьёв. Как отметил, Андрей Пушкарёв, волевым решением старшего брата занявший освободившуюся должность, Виктор Воробьёв неоднократно выражал недовольство из-за того, что глава Владивостока реализует муниципальные задачи за счёт компании. К слову, экс-генеральный директор Воробьёвтакже заявил об этом Тверскому суду, где выступил как свидетель. 

Напомним, по версии следствия с 23 мая 2008 по 4 марта 2009 года глава Владивостока Игорь Пушкарёв вступил в преступный сговор с родным братом – директором холдинга «Востокцемент» Андреем Пушкарёвым и посвятил его в свои намерения совершать действия в пользу группы компаний. Для этого муниципальное предприятие «Дороги Владивостока» должно было приобретать строительные материалы исключительно у ГК «Востокцемент». Так, особое внимание обвинение уделяет договору поставок 142/09 от 4 марта 2009 года.
«Это не соответствует реальным обстоятельствам,- заявил Андрей Пушкарёв. – Вплоть до мая 2009 года я не был руководителем ООО «Востокцемент» и не мог принимать решений за действующего генерального директора Виктора Павловича ВоробьёваКроме того, я не был владельцем ООО «Востокцемент», компания мне никогда не принадлежала, это очевидный факт, и он подтверждается документами об участниках этого общества на тот период времени».

Исходя из этого, можно сделать вывод, что следствием не были уточнены и проверены даже очевидные факты. Обвиняя главу Владивостока и генерального директора «Востокцемента» Андрея Пушкарёва в сговоре, следователь не учёл, что на тот момент руководил холдингом Виктор Воробьёв.
«Возвращаясь к договору 142/09, могу пояснить следующее. Работа была организована таким образом, что в процессе продаж и заключении договора руководитель ООО «Востокцемент» вообще не включался в вопрос согласования условий данного договора. Этим занимался агент ООО «ДВ-Цемент» в лице управляющего, специальных отделов и сотрудников,- рассказал Андрей Пушкарёв. -Это было связано с тем, что условия поставок для всех покупателей были одинаковыми, равно как и скидки, которые предоставлялись крупным покупателям. Процесс заключения договоров был, можно сказать, «автоматизирован». Некоторым покупателям, крайне редко, в основном приобретавшим за счёт городского бюджета, генеральный директор ООО «Востокцемент» по согласованию с управляющим ООО «ДВ-Цемент» мог предоставить специальную скидку или условия, отличавшиеся от условий продажи для других покупателей. Именно в этом случае генеральный директор мог частично иметь отношение к договору между ООО «ДВ-Цемент» и покупателем. И то в этом случае генеральный директор всего лишь ретранслировал волю Игоря Сергеевича Пушкарёва».

По словам экс-руководителя «Востокцемента» это касалось поставки стройматериалов с особенными скидками, ниже цен, указанных в прайс-листах и применения отсрочек платежей путём увеличения лимитов отгрузки. 
«В случае, если речь шла о поставках материалов для МУПВ «Дороги Владивостока», КГУП «Приморский водоканал» и некоторых других бюджетных и иных предприятий, я всегда согласовывал с Игорем Сергеевичем установление специальных цен, так как знал, что будем продавать им дешевле. Игорь говорил мне, что «мы должны помогать городу», «что это наша социальная нагрузка», поэтому если в числе наших покупателей оказывались бюджетные организации, я понимал, что вопросы скидок и условий отгрузок надо будет согласовывать с братом, - сообщил Андрей Пушкарёв участникам судебного процесса. - Как мне говорил Игорь, поставки в МУПВ должны быть организованы таким образом, чтобы отгрузка материалов осуществлялась непрерывно, а работы велись МУПом бесперебойно. По этой причине после заключения договора 142/09 от 04.03.2009 поставки материалов осуществлялись фактически без ограничений, при этом постоянно увеличивался верхний порог отгрузки, регулярно заключались дополнительные соглашения к договору 142/09, увеличивающие лимиты отгрузки. То есть МУПВ могло брать материалы в том объёме, который им был необходим для выполнения текущих дорожных работ, не опасаясь, что отгрузки будут прекращены из-за неоплаты поставленных материалов».

Так, если в 2009 году цены на поставляемые для МУПВ строительные материалы соответствовали рыночным, то уже с 2010 года муниципальному предприятию были предоставлены существенные скидки. В 2012 году цены для «Дорог Владивостока» были существенно снижены до беспрецедентного уровня, при этом оплата товаров производилась по условиям беспроцентного кредитования, а дебиторская задолженность МУПВ никогда не взыскивались. Это же подтвердили независимые эксперты - представители четырёх авторитетных ведомств провели самостоятельные экспертизы и представили их в суде. Все они сошлись во мнении, что сотрудничество с «Востокцементом» было выгодно для  МУПа. 
«Я хочу сообщить о нескольких фактах, подтверждающих, что у группы компаний «Востокцемент», которой фактически владел Игорь, отсутствовал какой-либо корыстный мотив во взаимоотношениях с МУПВ «Дороги Владивостока». Поставка материалов осуществлялась на условиях беспроцентного товарного кредита, чего не предоставлял ни один другой производитель и поставщик во Владивостоке и в Приморском крае. Об этом говорят и показания свидетелей: Тарана, Семенова, Безручко, Дементьева, Демичева- перечислил Андрей Пушкарёв. – Кроме того, на протяжении длительного времени предприятия «Востокцемента» предоставляли МУПВ «Дороги Владивостока» гарантии в виде договоров поручительства. В частности, такие договоры с МУПом и администрацией Владивостока в лице управления содержания жилфонда и городских территорий заключал АО «Спасскцемент».

Также Андрей Пушкарёв сообщил, что предприятия «Востокцемента» содействовали муниципальному предприятию «Дороги Владивостока» в выполнении договорных обязательств. Это подтверждено рядом договоров поставок между ООО «Примасфальт» и ОАО «ВБЩЗ», а также между ООО «Примасфальт» и ООО «ДВ-Цемент».
«Иногда возможности производства асфальта ОАО «ВБЩЗ» не могли обеспечить всех потребностей МУПВ, а отпускать асфальт по условиям беспроцентного кредитования МУПу никто другой не желал, в том числе и руководитель ООО «Примасфальта» Таран. Поэтому в 2010, 2012, 2013 годах в интересах МУПа «Востокцемент» на собственные средства покупал у ООО "Примасфальт" асфальтовую смесь и отпускал ее МУПу без оплаты»,- рассказал бывший директор «Востокцемента». 

Ещё один аргумент о том, что взаимодействие МУПа и «Востокцемента» было выгодно только муниципальному предприятию, обозначенный Андреем Пушкарёвым – это отказ от взыскивания многомиллионной задолженности и её последующее прощение.  «Востокцемент» мог взыскать долг в судебном порядке ещё в 2008 году, когда задолженность начала формироваться.  
 
«Это была принципиальная позиция Игоря, который запрещал предпринимать любые меры по взысканию долгов с МУПа в судебном порядке,- подчеркнул Андрей Пушкарёв. - Если до 2011 года у меня было чёткое указание от Игоря обеспечить бесперебойное снабжение МУПВ «Дороги Владивостока» строительными материалами и не взыскивать долги, то уже в 2011 году он обозначил свои планы на заседании бюджетного комитета о том, что долги МУПу будут прощены, а текущая задолженность будет оплачиваться ими по мере сил. О том, чтобы обанкротить МУПВ из-за долгов не могло быть и речи, так как позиция Игоря, о которой он неоднократно сообщал мне, заключалась в том, чтобы не допускать банкротств муниципальных предприятий, так как только их работа, в отличии от недобросовестных подрядчиков, может гарантировать выполнение городских задач.  Это была его персональная ответственность как перед горожанами, так и перед руководством страны, особенно в преддверии саммита АТЭС».

В свете этих фактов ещё более абсурдно выглядит обвинение во взятке. Как отметил Андрей Пушкарёв, МУП «Дороги Владивостока» оплачивало менее 60% от стоимости всех поставленных материалов. Это даже не покрывало себестоимость продукции, такое «сотрудничество» с МУПом не было целесообразным и не могло быть мотивом для подкупа в принципе. 

Кроме того, доля отгрузки строительных материалов в МУПВ «Дороги Владивостока» была незначительной для холдинга «Востокцемент», чтобы рассматривать её как мотив для передачи взяток. 
«Общий убыток от работы с МУПВ за 8 лет составил 1, 450 млрд. рублей и эта сумма легко проверяется проведением финансово-экономической экспертизы, которая, к сожалению, так и не была проведена следствием. В случае проведения такой экспертизы стало бы понятно, что не только не было цели зарабатывать на МУПВ «Дороги Владивостока», но и работать с МУПВ в таком режиме, как это делали мы, крайне убыточно для группы компаний,- заявил Андрей Пушкарёв. - То есть МУПВ совсем не было тем предприятием, ради работы с которым надо было прибегать к таким радикальным мерам, как передачи взяток родному брату. Это действительно была обуза или как говорил Игорь-  «социальная нагрузка».Уже более двух с половиной лет я нахожусь под арестом по обвинению, которое не имеет ничего общего с реальным положением дел. Это время я мог бы посвятить воспитанию моих малолетних детей, заниматься лечением, состояние моего здоровья в последнее время ухудшилось, мне нужно срочно возобновлять восстановительные операции». 

Андрея Пушкарёва аргументированно и подробно ответил на все вопросы стороны защиты и, воспользовавшись 51-й статьёй Конституции Российской Федерации, позволяющей не свидетельствовать против себя и своих близких, отказался отвечать на вопросы прокуроров. 

Следующее слушание по существу дела Игоря Пушкарёва, Андрей Лушникова и Андрея Пушкарёва состоится 12 февраля
 
Выступление экс-директора ГК «Востокцемент» Андрея Пушкарёва в Тверском районном суде Москвы
 
Вину не признаю, по существу уголовного дела  могу показать следующее.
 
Относительно владения и управления ГК «Востокцемент» могу пояснить следующее.
 
Мой старший брат Игорь Сергеевич Пушкарев является основателем группы компаний, под управлением ООО «Востокцемент».
 
Этот холдинг был основан им примерно с 1996 по 2001 годы, когда я был несовершеннолетним подростком и особенно не вникал в его работу.
 
По совету брата я получил юридическое образование в Дальневосточном государственном университете, а мой младший брат Владимир – экономическое образование.
Получение данного образования было рекомендовано нам Игорем, который рассчитывал, что после его получения, мы сможем помогать ему развивать бизнес.
Еще в период обучения в ВУЗе Игорь трудоустроил меня в 2003 году на работу на должность помощника юрисконсульта в ООО «Управляющая компания «Парк Групп», где я проработал примерно до конца 2005 года.
 
В 2001 году Игорь был избран депутатом Законодательного собрания Приморского края, затем являлся заместителем Председателя Законодательного собрания, с 2004 по 2008 год являлся членом Совета Федерации Федерального Собрания РФ от Приморского края.
 
В декабре 2005 года Игорь устроил меня на должность генерального директора ООО «Аврора» в городе Спасск-Дальнийэ, это кинотеатр, который мы реконструировали. Там я проработал около одного года, после чего в порядке перевода был принят в ООО «Парк Актив» на должность помощника президента и по совместительству в ООО «Востокцемент» на должность исполняющего обязанности управляющего ОАО «Владивостокский бутощебеночный завод», которое входило в состав группы компаний «Востокцемент».

В 2007 году я был переведен управляющим в ОАО «Спасскцемент» на должность управляющего.

Перемещения меня и Владимира по должностям и организациям, входящими в группу компаний «Востокцемент», были устроены братом таким образом, чтобы мы смогли понять, как организовано производство и устроен бизнес Игоря в целом.

Уже в 2008 году стало понятно, что Игорь выбрал для себя общественно-политическую деятельность и поэтому не сможет полностью посвящать себя бизнесу, который требовал полного и непрерывного участия на производстве.

Он неоднократно в разговорах со мной и Владимиром сообщал, что мы должны понять до мелочей устройство бизнеса, понять, как работает производство, все тонкости и проблемы, чтобы он имел возможность заниматься политикой и не отвлекаться на производственные вопросы группы компаний.

На момент избрания главой города Владивостока в 2008 году, Игорь был учредителем в нескольких компаниях, под контролем которых находился весь бизнес, так называемая группа компаний «Востокцемент».

Всех компаний, которыми владел Игорь, я не знал, так как меня в этой никто не посвящал, думаю в этом не было необходимости, так как Игорь всё равно продолжал оставаться фактическим собственником всей группы компаний даже после переоформления этих компаний на свою семью.

Мне было известно, что Игорь владел долями в ООО «Парк Групп», ООО «Управляющая компания «Парк Групп», ООО «Парк Актив».

В связи с занятием братом выборной должности Главы г.Владивостока в 2008 году он был вынужден переоформить бизнес на близких родственников и как он объяснял, это было связано с избранием Главой города.

На меня им была оформлена доля в ООО «Управляющая компания «Парк Групп», состоялось это в декабре 2008 года, обстоятельств не помню, так как не придавал этому значения, поскольку всё равно владельцем бизнеса оставался брат и это было сделано для того, чтобы Игорь юридически «избавился» от активов.

Также, с мая 2008 по февраль 2009, Игорь переоформил свои доли в бизнесе на нашего брата Владимира и нашу маму Пушкареву Т.Т., кроме того, какие-то из долей в бизнесе Игоря были оформлены на Владимира напрямую от соучредителя Ермоленко С.И.

В материалах уголовного дела имеются документы о том, что Пушкарев В.С. приобрел долю ООО «Парк Актив» номинальной стоимостью в 9 900 000 рублей, однако на тот период времени Пушкареву В.С. было всего 23 года, и он не имел и не мог иметь по объективным причинам такой значительной суммы  денег для приобретения доли.
 
Такую сумму денег ему мог дать только Пушкарев И.С. за счёт средств, аккумулированных семьёй Пушкарева И.С. от доходов его коммерческой деятельности.
 
То есть Игорь полностью выкупил доли в бизнесе у второго учредителя Ермоленко С.И. и сразу, без оформления на себя, оформил покупку на Владимира, так как уже был избран главой города и переоформлял бизнес с себя на членов семьи.

Могу однозначно сказать, что ни я ни Владимир, самостоятельно не оплачивали каких-либо сумм за выкуп долей, все расчеты, в том числе и с Ермоленко С.И. он проводил лично и за своё счет.

Мне не известно, каким образом происходило переоформление бизнеса и как это было юридически оформлено, этими вопросами я не занимался и специально не интересовался, так как прежде всего это бизнес моего старшего брата, а не мой.

Уже из материалов дела я узнал о том, что юридически распределение активов было осуществлено Игорем путем продажи долей Владимиру и дарения нашей маме.

К 2008 году, мы с братом Владимиром не имели опыта работы на руководящих должностях, как и наша мама Татьяна Тимофеевна, которая всю трудовую жизнь посвятила работе учительницей в сельской школе. 
 
По этой причине Игорь объяснил нам, что их владение компаниями будет формальным и он будет продолжать курировать развитие бизнеса, а также помогать мне и Владимиру руководить всеми производственными процессами.
После избрания главой города, Игорь, как владелец бизнеса, оставлял за собой стратегическое планирование в области финансов, производства и расстановки управленческих кадров, вопросы инвестиций в производство, назначения топ-менеджеров и их перемещения по должностям решал только он. 
 
Эти вопросы в обычной хозяйственной деятельности решаются как правило учредителями или акционерами бизнеса, в нашем же случае, так как бизнес фактически принадлежал Игорю, то и вопросы такие решал только он, для чего в последствии проводились ежегодные бюджетные комитеты.
 
На бюджетных комитетах перед Игорем заслушивались топ-менеджеры с докладами об итоговых показателях, вырабатывались планы развития бизнеса, а он как владелец бизнеса вносил предложения об улучшении работы или замечания.
 
Кроме участия в бюджетных комитетах, некоторые стратегические вопросы, требующие оперативного решения, Игорь мог решать по телефону или по приезду в офис ООО «Востокцемент».
 
В остальном текущее управление производством с 2009 года оставалось за мной, а по некоторым вопросам и за Владимиром, в этой части мы являлись лишь управляющими и ничем не отличались от других руководителей производственных направлений в группе компаний, даже зарплата у нас была почти одинаковой. 
 
Вообще, после избрания главой города в 2008 году, мы с Владимиром только формировались как руководители, но бизнес группы компаний «Востокцемент» был выстроен Игорем таким образом, что все руководящие позиции занимали очень опытные сотрудники.
По этой причине внезапное для нас увольнение в 2009 году с должности генерального директора ООО «Востокцемент» Воробьева В.П. хоть и было неожиданным, но не было критичным, так как в управлении компанией находились отличные специалисты.
 
Наиболее активно Игорь курировал мою работу в начале моей деятельности в качестве генерального директора ООО «Востокцемент», так как я не имел должного опыта работы, не так давно окончил институт, а полученного на других предприятиях опыта было явно недостаточно, чтобы управлять всеми компаниями одновременно. 
 
После января 2015 года я целый год вообще не работал, так как в связи с получением тяжёлой травмы у меня была непрерывная череда операций и интенсивного лечения, я почти всё время находился на лечении в Корее и вообще был отстранен от нормальной жизни, не говоря уже о возможности работать.
 
По этой причине в течение всего 2015 года я к деятельности ООО «Востокцемент» вообще не имел отношения и как была выстроена работа с 2015 по 2016 года ничего сказать не могу. 
 
Примерно в начале 2012 года Игорь сказал мне, что считает необходимым, чтобы я со своей семьей перебирался поближе к нему и Владимиру, которому уже был куплен дом рядом с Игорем по ул. Таежной, в котором он проживал с 2009 года, и чтобы я подыскивал дом по соседству от них. 
Между всеми нами состоялся разговор, в ходе которого Игорь сообщил нам, что он планирует приобрести дом, и хотел бы, чтобы мы все жили рядом.

Естественно, у нас с Владимиром не было таких сумм, чтобы построить свои дома, так как мы хоть и получали зарплату на уровне топ-менеджеров, но этого было недостаточно, чтобы содержать семьи и одновременно заниматься строительством домов.

Игорь сообщил нам, что он готов стимулировать нашу работу и в качестве мер стимулирования Игорь планирует нам с Владимиром выплачивать дополнительные вознаграждения по итогу года, так называемые «бонусы», за счет которых я в последствии осуществлял строительство дома.

Начиная с 2013 года размер этих бонусов определял Игорь и они составляли суммы от нескольких миллионов до десятков миллионов рублей, но фактически деньги мне не выдавались ни в наличном ни в безналичном виде. В течении года я брал займы на реконструкцию дома, а в конце года эти суммы засчитывались в счет бонусов, которые определял Игорь. 

Кроме того, Игорь сообщил, что разрешает нам брать из его личных средств, учет которых вели Эпова Н.М. и Черепанова А.Н. займы на серьезные расходы, под которыми подразумевал строительство жилья и другие затраты. Масштаб этих расходов он предварительно понимал.

Чтобы нас дисциплинировать в вопросе распоряжения деньгами, Игорь сообщил, что по концу года будет решать какую сумму бонусов определить каждому из нас, и полученные займы будут компенсироваться бонусами.

В течение года я брал у Игоря займы, в материалах дела имеются тетради, которые это подтверждают, а по итогу года определенными мне Игорем бонусами зачитывались ранее полученные мной займы. 

Хочу отметить, что выплата бонусов не имела никакого отношения к работе с МУПВ «Дороги Владивостока», так как:

Во-первых, ещё в 2011 году Игорь уже сообщил мне и остальному топ-менеджменту группы компаний, что планирует простить долги МУПВ, поскольку работа с данным предприятием это социальная нагрузка; 

Во-вторых, работа с МУПВ была для группы компаний «Востокцемент» убыточной, задолженность была более чем полмиллиарда рублей, и Игорь запретил её взыскивать, то есть за такие показатели премии точно не платят, и

В-третьих, доля МУПВ в показателях общих продаж группы компаний «Востокцемент» составляла менее 3 %, а долги данной компании не позволяли не только получать прибыль, но и не компенсировали затрат на себестоимость продукции, то есть ничего успешного в работе с МУПВ не было. 

Когда мне надо было получить займ, например, на ремонт дома, я как правило подходил к Черепановой А.Н. или Эповой Н.М. и говорил, какую сумму мне надо и на какую цель, а она выдавала мне наличность. Я иногда видел, как она делала какие-то пометки в тетради, не вдаваясь в содержание записей.

Каким образом Игорь довел до Черепановой А.Н. и Эповой Н.М. просьбу выдавать займы, я не знаю, в любом случае Игорь сообщил мне и Владимиру, что такая возможность на его условиях у нас имеется, но все расходы должны быть контролируемы и разумны.

В последствии я заранее сообщал как правило Черепановой А.Н., что мне требуются средства и указывал сумму, а она, как я предполагаю, согласовывала эти суммы с Игорем. 

Из денег от дивидендов и разницы от зарплаты выдавались «займы» для совершения крупных покупок для моей семьи и семьи Владимира, расходы на лечение и отпуска, так как получаемая нами ежемесячная заработная плата уходила на текущее содержание семей.

Ни я ни Владимир не имели доступа к записям, которые вели Эпова Н.М. и Черепанова А.Н., поэтому уже знакомясь с материалами уголовного дела узнал, что значительная часть этих денег уходила на так называемую общественную деятельность, на благотворительность Игоря, на общесемейные нужды, финансировались крупные расходы родителей, в основном это лечение.

Об этом я узнал из записей в тетрадях Эповой Н.М. и Черепановой А.Н., из изъятых в «Востокцементе» отчетов, которых до этого никогда не видел, а также из телефонных переговоров моего брата Игоря с Черепановой А.Н. и другими. 

Эти денежные средства являлись собственностью Игоря и не могли тратиться без его ведома и разрешения, иногда могла от его имени такие распоряжения выдавать его жена Наталья Ивановна. 
 
Таким образом, единоличным фактическим владельцем ГК «Востокцемент» всегда был и до задержания оставался, несмотря на переоформление долей на членов семьи, мой старший брат Пушкарев Игорь Сергеевич. 
 
Относительно использования Пушкаревым Игорем Сергеевичем катеров и вертолета
 
Считаю необходимым высказаться и об использовании Игорем Сергеевичем катеров с экипажами для личных нужд: «Принцесса 23М» («Афина», производство 2009 г., бортовой номер РПР 2873), «Принцесса-65» («Надежда», производство 2002 г. Италия, бортовой номер РПР 2643), принадлежащих группе компаний «Востокцемент».
 
Использование данных транспортных средств вменяется ему в качестве извлечения выгод материального характера за якобы совершенные им злоупотребления.
 
По этому поводу следует указать, что данные катера и вертолет действительно приобретались группой компаний «Востокцемент», я не имел абсолютно никакого отношения к принятию решения об их покупке.
 
В материалах уголовного дела имеется около десяти телефонных разговоров в которых Игорь обсуждает приобретение данного имущества, обсуждает вопросы эксплуатации, продажи, смены порта приписки и многие другие моменты, связанные с катерами и вертолетами.
 
Объясняется это очевидным даже из телефонных переговоров фактом принадлежности данного имущества ему и никому другому.
 
Ни я, ни мой брат Владимир, и уж тем более ни наша мама, не имели никаких прав на данное имущество.
 
Даже возможность эксплуатации катеров и вертолета капитаны судов обсуждали в первую очередь с Игорем.
 
В материалах дела имеется телефонный разговор, состоявшийся в сентябре 2014 года между Владимиром и Игорем Сергеевичем по поводу заработной платы, и вполне ожидаемо, что из этого разговора видно, как Игорь Сергеевич сам принимал решение об установлении заработной платы членам экипажа.
 
О взаимоотношениях ГК «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока» могу пояснить следующее.  
 
Работая в должности заместителя генерального директора ООО «Востокцемент» я видел недовольство действовавшего генерального директора Воробьева В.П. тем, что Игорь, которого уже выбрали на должность главы города, скорее всего за счёт нашего предприятия будет осуществлять реализацию муниципальных задач.
 
Игорь, бравшись за любое дело полностью посвящал себя ему, и став главой города, все свои усилия и всё своё время направил на эту работу, в ООО «Востокцемент» появлялся крайне редко, в основном по вопросам работы нашей компании общался по телефону.

Помимо прочих, его беспокоил вопрос восстановления дорожного хозяйства в городе, качество дорог, работа недобросовестных подрядчиков, не выполнявших или плохо выполнявших условия муниципальных контрактов.

Интересы его собственного бизнеса ушли на второй план, он готов был жертвовать частью доходов своего бизнеса в интересах города, в том числе и на мероприятия по подготовке города к саммиту АТЭС, назначенного на сентябрь 2012 года, но подготовка к которому началась в конце 2008 года.

Особенно это стало очевидным из показателей отгрузки о оплаты строительных материалов, так как наше предприятие продолжало отгрузки муниципальному предприятию и при этом не предпринимая никаких мер по взысканию долгов, что было экономически невыгодно для ООО «Востокцемент».

Общаясь с Воробьевым В.П., я видел его недовольство и, думаю, именно его расхождение во взглядах с Игорем по вопросу льготных условий продажи строительных материалов для города, могло быть одной из причин его увольнения с должности генерального директора ООО «Востокцемент»
 
Когда Воробьев В.П. принял решение об увольнении, Игорь поставил меня перед фактом, что в связи с увольнением Воробьева В.П., я должен занять его место и возглавить ООО «Востокцемент», пообещав, в случае назначения на должность оказывать помощь в управлении бизнесом, и я согласился на эту должность, хотя и не имел достаточного управленческого опыта. 
 
Так как я к этому времени проработал в должности заместителя генерального директора ООО «Востокцемент» уже около года, Игорь принял решение о назначении меня на место Воробьева В.П. 
 
Моё назначение на должность генерального директора было связано с тем, что Воробьев В.П. сам принял решение уволиться, хотя он устраивал Игоря как генеральный директор и мог бы работать дальше.
 
В разговорах с Игорем он рассказывал мне о своём видении организации работ в сфере дорожного хозяйства, подчеркивая, что для города  надежнее, чтобы муниципальные контракты заключались с муниципальным предприятием, так как работу этого предприятия можно было контролировать и не допускать хищений денежных средств на дорожных работах.
 
В качестве примера он приводил тяжбы с недобросовестными подрядчиками, например, с ОАО «Дальэнергомаш», руководитель которой Штейников причинил городу убытков более чем на 1 млрд. р., которые и по сей день никто не возместил.
 
О заключении договора 142/09 от 04.03.2009 с МУПВ «Дороги Владивостока» могу пояснить следующее.
 
До заключения между ООО «ДВ-Цемент» и МУПВ «Дороги Владивостока» договора 142/09 от 04.03.2009, с МУПВ «Дороги Владивостока» из известных мне, заключались два договора, а именно: 
 
Договор поставки № 292/08 от 29.05.2008 между ООО «ДВ-Цемент» в лице Кожаевой О.Г. и МУПВ Дороги Владивостока» в лице Дементьева Д.В., по которому поставлялась продукция ОАО «Владивостокский бутощебеночный завод».
 
Договор поставки № 317/08 от 18.06.2008 между ООО «ДВ-Цемент» в лице Кожаевой О.Г. и МУПВ «Дороги Владивостока» в лице Дементьева Д.В., по которому поставлялась продукция ОАО «Дробильно-сортировочный завод».
 
Обстоятельства заключения данных договоров мне не были известны, так как их заключением занималось ООО «ДВ-Цемент» в лице Кожаевой О.Г., до их подписания каким-то особенным образом данные договоры не обсуждались, они были типовыми, то есть такими же, как и договоры с остальными контрагентами.
 
Кроме того, в том же месяце, когда был заключен договор 292/08, то есть в мае 2008 года я трудоустроился в ООО «Востокцемент» на должность заместителя генерального директора и только входил в курс дела. Востокцемент принципиально отличался от «Спасскцемента», где я работал до этого, мне требовалось время, чтобы понять как всё устроено.
 
Могу сказать, что до мая 2008 года я работал управляющим ОАО «Спасскцемент», и соответственно положение дел во взаимоотношениях между ООО «ДВ-Цемент», ООО «Востокцемент», ОАО «Владивостокский бутощебеночный завод», ОАО «Дробильносортировочный завод» с МУПВ «Дороги Владивостока» мне не были известны.
 
Когда я был принят на работу в ООО «Востокцемент», я не слышал, чтобы ООО «ДВ-Цемент» устанавливало для МУПВ «Дороги Владивостока» какие-то особенные цены.
 
Вопросы ценообразования в ООО «Востокцемент» находились в ведении отдела маркетинга под руководством Шалденко Д.В., юридической службы под руководством Павленко А.А., являвшимся также моим заместителем, при участии управляющей ООО «ДВ-Цемент» Кожаевой О.Г. и подчиненных ей бухгалтеров, экономистов, активных продажников, которые отслеживали динамику изменения рыночных цен и выстраивали нашу ценовую политику. 
 
Прайс-листы по товарам группы компаний «Востокцемент» включают более двухсот позиций, являются общими для всех покупателей, утверждаются на год вперед. В формировании цен задействовано несколько отделов, после чего генеральный директор знакомился с наличием подписей ответственных за согласование лиц и утверждал своей резолюцией данные прайс-листы.
 
Таким образом, генеральный директор ООО «Востокцемент» в процессе ценообразования не участвовали, а только визировали приказы об установлении расценок на строительные материалы на следующий год. Заместитель генерального директора, кем я был в свое время, не был даже в числе тех, кем это визировалось.
 
ООО «ДВ-Цемент» под управлением Кожаевой О.Г. являлось сбытовой структурой ГК «Востокцемент». 
 
ООО «ДВ-Цемент» во взаимоотношениях с предприятиями, находящимися под управлением ООО «Востокцемент» выступало на правах агента, действуя на основании агентского договора и реализуя продукцию, произведенную на заводах.
 
Агентское вознаграждение ООО «ДВ-Цемент» составляло около 4% стоимости реализованной продукции, то есть окончательная цена строительных материалов для наших покупателей, в том числе и для МУПВ «Дороги Владивостока» формировалась исходя из утвержденного прайс-листа на год.
 
В апреле 2009 года генеральный директор ООО «Востокцемент» Воробьев В.П. сложил свои полномочия, и Игорь Сергеевич представил меня коллективу как нового генерального директора.
 
В должность генерального директора ООО «Востокцемент» я вступил с 1 мая 2009 года на основании приказа № 28-К от 30.04.2009
 
Таким образом, к моменту моего назначения на должность генерального директора договор 142/09 от 04.03.2009 уже был заключен, поэтому я не имел никакой возможности влиять на его заключение.
 
До заключения договора 142/09 от 04.03.2009 с МУПВ «Дороги Владивостока», асфальтобетонная смесь в адрес МУПВ «Дороги Владивостока» отпускалась по договору № 292/08 от 29.05.2008 с завода ОАО «ВБЩЗ».
 
По договору № 292/08 от 29.05.2008 отгрузка материалов осуществлялась в адрес МУПВ «Дороги «Владивостока» с отсрочкой платежа, которая заключалась в том, что отгрузка материалов могла осуществляться по так называемому товарному кредиту на сумму до  9,7 млн. руб.
 
То есть МУПВ «Дороги Владивостока» могли получать материалы до суммы поставки в 9,7 млн. руб.  без фактической оплаты в наш адрес, что было  комфортными условиями поставки.
 
Я не припомню, чтобы мы предоставляли кому-либо из дорожников такие же условия, потому что наши конкуренты отгружали материалы как правило по предоплате либо с обязанностью произвести каждую оплату в кратчайший срок.
 
Кем было принято решение об отгрузках в МУПВ на таких условиях, мне не было известно, так как, повторюсь, я на момент заключения договора только устроился в ООО «Востокцемент» на должность заместителя генерального директора.
 
Следует отметить, что несмотря на то, что в договоре №142/09 от 04.03.2009 указаны ОАО «Теплоозерский цементный завод», ОАО «СКАЦИ», ООО «Горное» как возможные поставщики строительных материалов, фактически отгрузка в адрес МУПВ с этих заводов не производилась и обвинение в этой части не соответствует действительности.  
 
Договор 142/09 от 04.03.2009 по сути объединял все предыдущие договоры, был более регламентирован, чем предыдущие, такие же договоры заключались и с другими покупателями. То есть это был типовой договор.
 
Договор 142/09 от 04.03.2009 с МУПВ «Дороги Владивостока» заключался в общем порядке, равно как и предыдущие договоры, и его условия были такими же как и договоры с другими покупателями. 
 
Я не давал указания заключать данный договор, так как не являлся генеральным директором ООО «Востокцемент», напомню, в должность генерального директора я вступил с 01.05.2009 после увольнения Воробьева В.П.
 
По этой причине, желаю сообщить суду, что обвинение меня следствием в том, чтов период с 23.05.2008 по 04.03.2009 мой брат Игорь Сергеевич Пушкарев якобы вступил в преступный сговор со мной и посвятил меня в свои намерения совершать действия, в мою пользу и в пользу подконтрольных мне компаний, не соответствует реальным обстоятельствам.
 
Как я уже сказал, вплоть до мая 2009 года я не был руководителем ООО «Востокцемент» и не мог принимать решений за действующего генерального директора Воробьева Виктора Павловича.
 
Кроме того, я не был владельцем ООО «Востокцемент», оно мне никогда не принадлежала, это очевидный факт, и он подтверждается документами об участниках этого Общества на тот период времени.
 
Возвращаясь к договору 142/09 от 04.03.2009, могу пояснить, что процесс продаж, включая формирование цен, был организован таким образом, что в процессе продаж и заключения договора, руководитель ООО «Востокцемент» вообще не включался в вопрос согласования условий этого договора, этим занимался только агент ООО «ДВ-Цемент» в лице управляющего, специальных отделов и сотрудников.
 
Это было связано с тем, что условия поставок для всех покупателей были одинаковыми, равно как и скидки, которые предоставлялись крупным покупателям, то есть процесс заключения договоров был, можно сказать, «автоматизирован». 
 
Некоторым покупателям, крайне редко, в основном покупателям за счёт городского бюджета, генеральный директор ООО «Востокцемент» по согласованию с управляющим ООО «ДВ-Цемент» мог предоставить специальную скидку или условия, отличавшиеся от условий продажи для других покупателей, именно в этом случае генеральный директор мог частично иметь отношение к договору между ООО «ДВ-Цемент» и покупателем. И то в этом случае генеральный директор всего лишь ретранслировал волю Игоря Сергеевича Пушкарева.
 
Это касалось случаев продажи материалов с особенными скидками, ниже цен, указанных в прайс-листах и применения отсрочек платежей путем увеличения лимитов отгрузки. 
 
В случае, если работа касалась поставок материалов для МУПВ «Дороги Владивостока», КГУП «Приморский водоканал» и некоторых других бюджетных и иных предприятий, я всегда согласовывал с Игорем Сергеевичем установление специальных цен, так как знал, что будем продавать им дешевле.
 
Игорь говорил мне, о том, что «мы должны помогать городу», «что это наша социальная нагрузка», поэтому если в числе наших покупателей оказывались бюджетные организации, я понимал, что вопросы скидок и условий отгрузок надо будет согласовывать с братом. 
 
Как я уже сказал, отсрочка платежа с лимитом отгрузки предоставлялась МУПВ «Дороги Владивостока» ещё до заключения договора 142/09 от 04.03.2009 по договору поставки № 292/08 от 29.05.2008. 
 
Как мне говорил Игорь, поставки в МУПВ должны быть организованы таким образом, чтобы отгрузка материалов осуществлялась непрерывно, а работы МУПом осуществлялись бесперебойно.
 
По этой причине, после заключения договора 142/09 от 04.03.2009 поставки материалов осуществлялись фактически без ограничений, так сказать безлимитно, при этом постоянно увеличивался верхний порог отгрузки, регулярно заключались дополнительные соглашения к договору 142/09, увеличивающие лимиты отгрузки.
 
То есть МУПВ могло брать материалы в том объеме, который им был необходим для выполнения текущих дорожных работ, не опасаясь, что отгрузки будут прекращены по причине неоплаты поставленных материалов.
 
В 2009 г. цены на поставляемые для МУПВ товары были по общему прайс листу и соответствовали рыночным, а с 2010 года МУПВ были предоставлены существенные скидки.
 
В 2012 году цены для МУПВ были существенно снижены до беспрецедентного уровня, при этом оплата товаров производилась по условиям беспроцентного кредитования, а дебиторская задолженность МУПВ никогда не взыскивались. 
 
Я хочу сообщить о нескольких фактах, подтверждающих, что у группы компаний «Востокцемент», которой фактически владел Игорь, отсутствовал какой-либо корыстный мотив во взаимоотношениях с МУПВ «Дороги Владивостока».
 
Первое.Как было отмечено, это поставка материалов на условиях беспроцентного товарного кредита, чего не предоставлял ни один другой производитель и поставщик в г. Владивостоке и Приморском крае. 
 
Допрошенный в суде свидетель Таран П.Г. - руководитель ООО «Примасфальт» сообщил, что его предприятие могло бы отпускать материалы покупателям без предоплаты, но только на срок не более 1 месяца и при задолженности до 1 млн. рублей. 
 
Цены, по которым ООО «ДВ-Цемент» поставлял материалы для МУПВ «Дороги Владивостока» ему не известны, договоры он не видел, а о ценах на материалы ООО «ДВ-Цемент» он судил по прайс-листам, размещенным на сайте ООО «Востокцемент», именно об этих ценах он сообщал в своих показаниях, данных на следствии.  В материалах дела находятся договоры, которые свидетельствуют о том, что компания Тарана П.Г ООО «Примасфальт» отпускала продукцию своего завода исключительно по условиям 100% предоплаты.
 
Эти условия отражены в договоре поставки № 01/10 от 22.10.2010 между ООО «Примасфальт» и ОАО «ВБЩЗ», об этом указано в п.3.3 договора, а также в договоре поставки № 35/12 от 17.08.2012 между ООО «Примасфальт» и ООО «ДВ-Цемент», в п. 2.2. договора. 
 
В отличии от 1 млн. отсрочки платежа, о которой говорил Таран П.Г., ООО «ДВ-Цемент» предоставило первую отсрочку платежа МУПВ «Дороги Владивостока» сразу на сумму в 9,7 млн. рублей по договору 292/08.
 
Я хоть и не имел отношения к заключению данного договора, но как и говорил ранее, от менеджмента группы компаний, в частности от продажников и маркетологов, мне было известно, что такие условия как мы предоставляли МУПу были исключением из правил.
 
Позднее это подтвердил и сам Дементьев Д.В., который был директором МУПа в 2007-2008 г.г.
 
Как он сказал на допросе, договор поставки № 292/08 между ООО «ДВ-Цемент» и МУПВ от 29.05.2008 с дополнительным соглашением № 1 от 07.07.2008 г., об отсрочке платежа (лимита) до суммы задолженности равной 9,7 млн. рублей он заключал именно из-за лояльных условий расчетов.
 
Другие же предприятия, в том числе «Примавтодор» и «ВКПП» отказывались поставлять асфальт для МУПВ в долг, переговоры вел лично он. 
 
Об этом же говорил и Демичев П.В., заключивший договор № 142/09 от 04.03.2009 г., он в свою очередь, вел переговоры с предприятиями «Аврора», «ВКПП» о поставках продукции с отсрочкой платежа, но они отказывали в предоставлении таких условий, предприятие «Примасфальт» также таких условий не предоставляло.
 
Некоторые из допрошенных в суде свидетелей, например, Семенов Е.Б. (директор ООО «СпецСУ»), Безручко А.Н. (один из директоров МУПВ «Дороги Владивостока») показывали в суде, что некоторые поставщики материалов предоставляли отсрочки, но эти отсрочки носили краткосрочный характер – до месяца. 
 
Обращаю внимание суда на то, что из показаний свидетелей: Тарана, Семенова, Безручко, Дементьева, Демичева видно, что «Востокцемент» предоставлял для МУПВ несравнимо более выгодные условия поставок, чем иные предприятия, в частности, предоставлял отсрочки оплаты сроком до нескольких лет. 
 
Тем самым я хочу сказать, что наш отдел маркетинга проводил не только мониторинг цен, но и имел информацию непосредственно от покупателей об условиях продажи материалов конкурентами, и более лояльные условия отгрузки чем наши стали бы известны.
 
Второе.  «Востокцемент» содействовал МУПу в заключении муниципальных контрактов. На протяжении длительного времени предприятия Востокцемента предоставляли МУПВ «Дороги Владивостока» гарантии в виде договоров поручительства, в частности такие договоры с МУПом и администрацией г. Владивостока в лице УСЖФиГТ заключал АО «Спасскцемент». 

В обвинении, предъявленном И.С. Пушкареву указано, что в  период 2010-2012 гг. в г. Владивостоке при пособничестве неустановленных лиц, действующих по указанию Пушкарева И.С. между МУПВ «Дороги Владивостока», УСЖФиГТ администрации г. Владивостока и ОАО «Спасскцемент» заключены 15 договоров поручительства: без номера от 21.09.2010 и 24.09.2010, № 3/09, № 4/09 и № 5/09 от 17.01.2011, № 6/03 от 28.01.2011, № 8/03 от 05.07.2011, № 9/03 от 12.07.2011, № 7/03 от 11.07.2011, № 1100/10 от 31.12.2011, без номера от 12.04.2012, № 154/10 от 23.03.2012, без номера от 28.03.2012, без номера от 12.04.2012, без номера от 28.03.2012, согласно которым ОАО «Спасскцемент» обязалось отвечать за исполнение муниципальным предприятием контрактов по ремонту дорог Владивостокского городского округа в размере 30% обеспечения контракта.

По мнению следствия, тем самым Пушкарев И.С. обеспечил МУПВ «Дороги Владивостока» возможностью беспрепятственно получать по контрактам бюджетное финансирование, а также приобретать строительные материалы, необходимые для их исполнения, в группе компаний «Востокцемент».

Изложенные сведения являются полуправдой, так как только четыре договора поручительства позволили МУПВ «Дороги Владивостока» заключить четыре муниципальных контракта, связанных с дорожным строительством (ремонтом), это следующие договоры:

1) на основании договора поручительства б/н от 21.09.2010 заключен муниципальный контракт № 960/293-129/10 от 24.09.2010 на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог общего пользования Владивостокского городского округа;
 
2) на основании договора поручительства б/н от 24.09.2010 заключен муниципальный контракт № 960/293-130/10 от 24.10.2010 на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог общего пользования Владивостокского городского округа;
 
3) на основании договора поручительства № 5/03 от 17.01.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-05/11 от 17.01.2011 на оказание услуг по аварийно-восстановительному ремонту дорог, установке и обслуживанию технических средств дорожного движения;
 
4) на основании договора поручительства № 6/03 от 28.06.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-59/11 от 28.06.2011 на выполнение работ по ремонту внутриквартальных проездов для Думы г. Владивостока.
 
Остальные договоры поручительства заключались по просьбе МУПВ и для выполнения контрактов, не связанных с дорожным строительством, что никак не могло принести никакой, даже мнимой прибыли «Востокцементу». 
 
Как правило, директор МУПВ «Дороги Владивостока» обращался к руководству ООО «Востокцемент», как например Пикулев А.В. с письмом от 19.03.2012 № 173 с просьбой заключения договора поручительства для заключения муниципального контракта по очистке берегов рек от мусора. 
 
На основании этой письменной просьбы ОАО «Спасскцемент» заключил с МУПВ «Дороги Владивостока» договор поручительства № 154/10 от 23.03.2012, по которому МУПом заключен муниципальный контракт № 960/293-53/12 от 02.04.2012 на оказание услуг по очистке берегов рек от мусора. Все это стало возможном после соответствующих указаний Игоря Сергеевича.
 
Аналогичным образом МУПом были заключены следующие муниципальные контракты, не относящиеся к ремонту автомобильных дорог:
 
- на основании договора поручительства № 4/03 от 17.01.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-09/11 от 17.01.2011 на оказание услуг по благоустройству и санитарному содержанию территорий Владивостокского городского округа;
 
- на основании договора поручительства № 3/03 от 17.01.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-07/11 от 17.01.2011 на оказание услуг по организации сбора и вывоза мусора на территории Владивостокского городского округа в районе берегов и русел рек;
 
- на основании договора поручительства № 9/03 от 12.07.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-75/11 от 18.07.2011 на выполнение работ по установке дорожных знаков 2-го типоразмера, тип Б на существующей стойке или опоре на автомобильных дорогах Владивостокского городского округа;
 
- на основании договора поручительства № 7/03 от 11.07.2011 заключен муниципальный контракт № 960/293-66/11 от 11.07.2011 на выполнение работ систем отвода поверхностных вод с проезжей части автомобильных дорог на территории Владивостокского городского округа;
 
- на основании договора поручительства б/н от 12.04.2012 заключен муниципальный контракт (номер и дата в договоре поручительства отсутствует) на оказание услуг по ликвидации несанкционированных свалок мусора (том № 39, л.д. 31-32);
 
- на основании договора поручительства б/н от 28.03.2012 заключен муниципальный контракт № 960/293-58/12 от 03.04.2012 на оказание услуг по очистке крутых и скалистых склонов.
 
Изложенное наглядно показывает на искажение следствием реальной действительности о том, что все вышеперечисленные договоры поручительства заключались для получения возможности МУПВ заключить муниципальные контракты на выполнение ремонтных работ автомобильных дорог, по которым МУПВ «Дороги Владивостока» приобретало строительные материалы, необходимые для их исполнения, в группе компаний «Востокцемент», а Востокцемент «наживался» за счет муниципального бюджета.
 
В действительности заключение муниципальных контрактов помогало МУПВ вести свою деятельность, даже не связанную с закупкой строительных материалов для ремонта дорог, и приносило доходы этому предприятию, а не убытки.
 
Участие группы компаний «Востокцемент» в содействии МУПВ в ведении деятельности в сфере благоустройства только лишь подтверждает желание Игоря Сереевича Пушкарева оказать посильную помощь городу и данному предприятию в благоустройстве города, ведь от предоставления гарантий группа компаний ничего не зарабатывала, это в большей степени контракты не связанные с закупкой материалов. 
 
Допрошенный в суде свидетель Сысоев А.Н. – управляющий АО «Спасскцемент» в 2010 году - показал, что АО «Спасскцемент» неоднократно выступало поручителем в интересах МУПВ «Дороги Владивостока», что не приносило никакой коммерческой выгоды АО «Спасскцемент». Он расценивал эти договоры как благотворительную деятельность в интересах МУПВ «Дороги Владивостока», как «социальную нагрузку».
 
Я полностью подтверждаю эти показания, так как предоставление поручительств осуществлялось по указанию Игоря Сергеевича, чтобы обеспечить возможность работы МУПВ.  
 
Третье.Предприятия «Востокцемента» содействовали МУПВ в выполнении договорных обязательств, что подтверждено вышеупомянутыми договорами поставок № 01/10 от 22.10.2010 между ООО «Примасфальт» и ОАО «ВБЩЗ», и  № 35/12 от 17.08.2012 между ООО «Примасфальт» и ООО «ДВ-Цемент».
 
Иногда возможности производства асфальта ОАО «ВБЩЗ» не могли обеспечить всех потребностей МУПВ, а отпускать асфальт по условиям беспроцентного кредитования МУПВ никто другой не желал, в том числе и руководство ООО «Примасфальта».
 
Для этого в интересах МУПа, Востокцемент за свои средства в отдельные периоды времени предприятия «Востокцемент» в 2010, 2012, 2013 г.г. покупали у ООО "Примасфальт" асфальтовую смесь и отпускали ее МУПу без оплаты.
 
Четвертое.Погашение долгов МУПа по иным договорам, не связанным с ГК "Востокцемент".
 
Так, в уголовном деле в томе 3 на л.д.232-236 находятся документы, из которых следует, что МУПВ «Дороги Владивостока» заключило договор поставки № 1/03-11 от 24.03.2011 с ООО «ДВ-Инвест», по которому МУП получил бордюрные камни на сумму 43 285 731 рублей. 
 
В целях погашения долга МУПВ перед третьим лицом 15 декабря 2011 года между ООО «ДВ-Инвест» (Цедент), ОАО «Спасскцемент» (Цессионарий) и МУПВ «Дороги Владивостока» (Должник) заключен Договор об уступке права требования.
 
Пунктом 1.4 вышеназванного Договора от 15.12.2011 предусматривалось, что   Цессионарий в счет договора денежного займа № 808/10 от 20 сентября 2010 г. с ООО «ДВ-Инвест» проводит операцию по закрытию части долга ООО «ДВ-Инвест» перед ОАО «Спасскцемент» в сумме 43 285 731 рублей.
 
Таким образом, ОАО «Спасскцемент» погасило долги МУПВ перед ООО «ДВ-Инвест» в сумме 43 285 731 рублей. Впоследствии МУПВ «Дороги Владивостока» возместило ОАО «Спасскцемент» лишь 10 млн. рублей из этой задолженности, а остаток долга в размере 33 285 731 рублей был прощен муниципальному предприятию в 2016 году. Подтверждающие документы представлены стороной защиты в судебном заседании.
 
На погашении долгов МУПВ «Дороги Владивостока» в размере 43 285 731 рублей за счет ОАО «Спасскцемент» настоял Игорь Сергеевич и сообщил мне, что мы должны помочь МУПВ с этими долгами, при этом нет гарантий, что МУПВ эти долги нам вернет. Первоочередная задача — это оградить МУПВ от требований его кредиторов.
 
Пятое.Предприятия ГК «Востокцемент», имея все возможности начиная с 2008 года вплоть до прощения долгов в 2016 году взыскать долги МУПВ в судебном порядке, не использовали эту возможность, и это была принципиальная позиция Игоря, который принципиально запрещал предпринимать любые меры по взысканию долгов в судебном порядке.
 
Если до 2011 года у меня было чёткое указание от Игоря обеспечить бесперебойное снабжение МУПВ «Дороги Владивостока» строительными материалами и не взыскивать долги, то уже в 2011 году он чётко обозначил свои планы на заседании бюджетного комитета о том, что долги МУПу будут прощены, а текущая задолженность будет оплачиваться ими по мере сил данного предприятия.
 
О том, что МУПВ может быть обанкрочено по причине долгов не могло быть и речи, так как позиция Игоря, о которой он неоднократно сообщал мне, заключалась в том, чтобы не допускать банкротств муниципальных предприятий, так как только их работа, в отличии от недобросовестных подрядчиков, может гарантировать выполнение городских задач, а это уже была его персональная ответственность как перед горожанами, так и перед руководством страны в преддверии САММИТА АТЭС.
 
В итоге процедура прощения долгов МУПВ началась в 2014 году с передачи долгов МУПа предприятиям, с которыми у ООО «ДВ-Цемент» был заключен агентский договор и по которым были поставки.
 
Так, ООО «ДВ-Цемент», являясь агентом по продажам материалов, принадлежащих предприятиям-производителям этих материалов, не имело права простить долги вместо собственников имущества и должно было передать долги собственникам.  
 
Первая часть долга была передана с ООО «ДВ-Цемент» в конце 2014 года в размере 638 млн. рублей компаниям «Спасскцемент», «ДСЗ» и «ВБЩЗ», а в июне 2016 года и вторая часть долга в размере 245 млн. рублей для завершения процедуры прощении.
 
Процедура прощения долга могла завершиться только после уплаты МУПВ налога на прибыль от прощения долга и такая сумма в размере 92 млн. рублей была изыскана МУПВ в 2016 году. 
 
Утверждение стороны обвинения о мнимом «причинении ущерба» МУПВ голословно и необоснованно, оно основывается на заключении «Приморского РЦЦС», которое никак не учитывало неоплату материалов. 
 
Я полностью согласен с показаниями Кожаевой О.Г. в суде, которая сообщила суду, что на 1 января 2010 г. по результатам деятельности за 2009 г. задолженность МУПВ «Дороги Владивостока» перед ООО «ДВ-Цемент» составляла 94 млн. руб., а эксперты РЦЦС в этот же период вменяют завышение цены на сумму 38 млн. руб. 
 
Следующий период - 1 января 2011 г., задолженность МУПВ перед «ДВ- Цементом» уже составляла 385 млн. руб., а специалисты РЦЦС вменяют «превышение» на 103 млн. руб. 
 
Последний расчетный период экспертов РЦЦС - 1 января 2012 г. - задолженность МУПВ составляла уже 564 млн. руб., а разница, которую вменяют эксперты, составляет уже 143 млн. рублей. 
 
Следует сказать также, что «Востокцемент» являлся монополистом по производству цемента и щебня, поэтому компании, производящие и отпускающие эту продукцию, регулярно, то есть каждый квартал, отчитывались о применяемых ценах перед Управлением Федеральной антимонопольной службы Приморского края, которое ни разу не сделало замечаний о завышении цен на материалы. 
 
Это свидетельствует о соблюдении нами данного законодательства, иными словами, отклонение цен ГК «Востокцемент» от параметров, установленных законом, вызвало бы реакцию УФАС по Приморскому краю и применение соответствующих штрафных санкций.
 
Выводы о «завышении цен», сделанные КГУП «Приморский РЦЦС» являются необоснованными, так как КГУП не изучало рыночные цены на материалы, применявшиеся в г. Владивостоке, а применяло сметные расценки во всем Приморском крае, кроме того "Приморский РЦЦС" не входит в структуру ФАС РФ - официальной контролирующей организации.
 
Кроме того, на необъективность заключения экспертов КГУП «Приморский РЦЦС» указывают также и материалы дела с доказательствами, собранными самими следователями.
 
Так, эксперты КГУП «Приморский РЦЦС», несмотря на то, что сами осуществляли мониторинг строительных материала асфальтобетон марки В-1, в своем заключении указало, что данный материал не соответствует ГОСТу и взяло в качестве сравнения совсем другой материал В-2. 
 
Данный материал не только поставляли мы в адрес МУПВ, но и сами были вынуждены закупать его через ООО «ДВ-Цемент» и ОАО «ВБЩЗ» в ООО «Примасфальт» в 2010 и в 2012 годах.
 
Гендиректор ООО «Примасфальт» Таран П.Г. был привлечен следствием в качестве свидетеля обвинения, однако к своему допросу приложил документы о том, что его предприятием в 2010 году нам было отгружено: 1278 тн. асфалтобетона В-1 по цене 3 250 руб. за тн. (с НДС), 220 тн. по цене 3 300 руб. за тн. (с НДС), а в 2012 году было отгружено: 92 тн. по цене 3 460 руб. 
 
Таким образом, допрос свидетеля обвинения Таран П.Г. и приложенные им документы красноречиво подтвердили реально существовавшие на рынке цены на строительные материалы, а также использование материала В-1 не только нами, но и другими производителями.
 
Из этого следует, что не цены ООО «ДВ-Цемент» были выше рынка, а среднерегиональные цены КГУП «Приморский РЦЦС» были существенно ниже рыночных, о чем свидетельствует тот факт, что ООО «ДВ-Цемент» и ОАО «ВБЩЗ» закупали по аналогичным своим же ценам у конкурентов.
 
Иными словами, МУПВ «Дороги Владивостока» попросту не смогло бы обеспечить себя строительными материалами по ценам РЦЦС. 
 
Даже в сравнении с ценами «Примасфальта», выводы РЦЦС только по 2010 году завышены на 30 % или на 11 643 377 руб. в деньгах.
 
При этом, повторюсь, поставка материалов для МУПВ без оплаты не приносило никакой прибыли «Востокцементу», который при всем этом платил все налоги, возникающие вследствие поставок. 
 
Седьмое. Регулярно возникали ситуации, когда ООО «ДВ-Цемент», чтобы не срывать поставок МУПу без оплаты, отказывало другим покупателям, предлагавшим приобрести материалы по предоплате.
 
Примером этому может служить мой телефонный разговор с И.С. Пушкаревым от 02.06.2013, в ходе которого я говорил ему, что к нам обратилось ООО «Сумотори» с просьбой ввиду аварии на «Примавтодоре» поставить им в течение 3 дней 6 тыс. тонн асфальта, за что они платили по 3 млн. рублей за каждый день. 
 
То есть «Востокцемент» мог получить реальные 1,5 млн. рублей прибыли за 3 дня, в связи с чем я просил у Игоря разрешения приостановить поставки для МУПВ на 3 дня и весь асфальт отдавать «Сумотори». 
 
Брат запретил это делать, сказал, что не будем поставлять «Сумотори» и распорядился поставлять весь асфальт МУПу, этот разговор был зафиксирован в ходе оперативных мероприятий, справка-меморандум находится в материалах дела, том 3, л.д. 126-127.
 
То есть интересы МУПВ, а фактически – интересы города, для Игоря были на первом месте, даже если они шли в разрез с возможностью получения реальной финансово обеспеченной прибыли. 
 
Я подтверждаю показания Кожаевой О.Г., которая в суде показала, что ситуации аналогичные с «Сумотори» происходили регулярно, в таких случаях предпочтение отдавалось интересам МУПВ, вследствие чего вместо получения реальной предоплаты от иных предприятий, материалы отгружались МУПу без оплаты.
 
В материалах уголовного дела на т.21 л.д. 1 содержится моё письмо из электронной почты и пересланное от Кожаевой О.Г. к Алисеевич А.В., к которому прикреплён текст пересылаемого моего сообщения, в котором идёт речь о том, что в адрес МУПВ материалы будут отгружаться нами без ограничений.
 
Это показательный пример того, как была выстроена работа с МУПВ – мы были вынуждены отгружать материалы без оплаты и без ограничений по объемам, столько, сколько понадобится на нужды города. 
 
Кожаева О.Г., как управляющая ООО «ДВ-Цемент» порой в резкой форме высказывалась относительно долгов МУПВ «Дороги Владивостока», она хоть и знала позицию Игоря о том, что мы не будем взыскивать долги МУПВ, всё равно писала докладные записки на моё имя о задолженности МУПВ, она считала это своим долгом.
 
Таким образом, приведенные мною примеры показывают беспрецедентную помощь и поддержку МУПу со стороны группы компаний «Востокцемент» и Пушкарева Игоря Сергеевича, конечной целью которого была надежная работа муниципального предприятия по поддержанию городских дорог на должном уровне, по благоустройству города Владивостока.
 
Относительно обвинения в даче взяток могу показать следующее
 
В обвинении указано, что у моего брата Игоря Пушкарева не позднее 23.05.2008 возник умысел на незаконное обогащение путем получения взяток в особо крупном размере за обеспечение направления полученных по подпрограмме (форума АТЭС) бюджетных средств подконтрольным Пушкареву А.С. компаниям группы «Востокцемент» при посредничестве МУПВ «Дороги Владивостока». 
 
В этой связи необходимо пояснить, что это полностью голословное утверждение, не основанное на фактах и доказательствах. 
 
Взаимоотношения ГК «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока» не были прибыльны для Востокцемента, так как муниципальное предприятие приобретало строительные материалы у ДВ-цемента с частичной оплатой, то есть в долг, размер которого ежемесячно увеличивался, а впоследствии был полностью прощен муниципальному предприятию. Предприятия ГК «Востокцемент» потеряли от этого 962 млн.рублей.
 
Возникает вопрос: для чего мне было подкупать своего брата Игоря Пушкарева, если увеличение объемов поставок материалов для МУПа влекло увеличение убытков для Востокцемента? Каков в этом мой интерес, где корыстные мотивы, в чем состоит субъективная сторона преступления «дача взятки» для меня и в чем субъективная сторона преступления «получение взятки» у моего старшего брата, который, являясь владельцем бизнеса, терпел крупные убытки от передачи МУПу материалов без оплаты? 
 
Является очевидным фактом, что у моего брата и у меня отсутствовали корыстные мотивы при работе с МУПВ «Дороги Владивостока», любому юристу понятно, что при отсутствии субъективной стороны преступления отсутствует состав преступления.
 
В обвинении указано, что по договору № 142/09 от 04.03.2009 в период с 2009 по май 2016 г. МУПВ «Дороги Владивостока» приобрело у группы компаний «Востокцемент» строительные материалы, в качестве оплаты за которые перечислило 1 201 979 707, 58 руб.
 
Это утверждение является полуправдой, так как следствие скрывает от суда данные, на какую суммы МУПом не были оплачены полученные материалы от предприятий Востокцемента по названному договору, в обвинении не указано, что материалов было поставлено на сумму 2,4 млрд. рублей, а оплачены они были на половину стоимости.
 
На стр. 25 обвинительного заключения в обвинении, предъявленном моему брату Игорю Пушкареву, указано, что в период 2009-2011 г.г. у МУПа образовалась кредиторская задолженность перед Востокцементом на сумму 611 млн. рублей, а это означает, что указанная сумма осталась не оплаченной, а согласно материалам уголовного дела, сумма задолженности МУПа в 2016 году возросла до 962 186 146,63рублей, которая была прощена полностью в 2016 году.
Сторона обвинения не признает того, что процесс подготовки к прощению долга начался еще до возбуждения уголовного дела. 
 
Основная причина прощения долга в 2016 году в том, что процедура прощения долга была достаточно длительной, так как для прощения долга у предприятий ГК «Востокцемент» должна была быть достаточной сумма накопленной прибыли для того, чтобы не портить экономические показатели перед банками-кредиторами, так называемые ковенанты, соответственно потребовалось время, чтобы выровнять показатели накопленной прибыли и после этого простить долг.  
 
На странице 5 предъявленного мне обвинения сказано, что из полученного дохода в сумме 1 201 979 707, 58 рублей близкие родственники Пушкарева И.С.... в период 2012-2015 г.г., являясь участниками ООО "Парк Актив", получили дивиденды на сумму 471 783 402 рублей.  
 
Данное утверждение ничем не подтверждено, экспертное исследование происхождения дивидендов в ходе следствия не производилось.

Хоть к начислению дивидендов я не имею отношения, но как генеральный директор ООО «Востокцеменит» могу сообщить следующее.

Доля поставок строительных материалов для МУПВ составляла лишь 3 % от суммарного объема всех поставок материалов, осуществленных ГК «Востокцемент» с 2008 по 2015 г.г.

Тех денег, которые МУПВ реально перечисляло в оплату произведенных ООО «ДВ-Цемент» отгрузок строительных материалов, не хватало даже на оплату себестоимости поставок производителям этих материалов.

До назначения в 2012 году Лушникова А.В. на должность директора доходило до того, что сотрудники ООО «ДВ-Цемент» были вынуждены писать на моё имя служебные записки, в которых выражали глубокую озабоченность безлимитными отгрузками в МУПВ, по которым оплата не производилась. 

Следствием было изъято письмо из электронной почты Кожаевой О.Г., которое содержится в т.20 на л.д. 263, в котором сообщается о том, что сроки оплаты более чем полумиллиардной задолженности никем не сообщаются, в то время как для производства асфальтобетона предприятие регулярно приобретает ресурсы, в том числе и  инертные, и помимо прямых затрат существует регулярный отток денежных средств в бюджет государства, в виде уплаты НДС с реализации товара и налога на прибыль.

Как указано в письме, «таким образом, несмотря на существенные цифры отгрузки «на бумаге» асфальтовое направление существует исключительно за счет других направлений. Подобный образ ведения хозяйства давно привел бы самостоятельное предприятие к банкротству.

Прежде чем согласовать данное дополнительное соглашение, предлагаю провести переговоры с руководством МУП «Дороги Владивостока» и, если потребуется, с руководством города Владивостока с тем, чтобы выяснить перспективы возврата образовавшейся задолженности. Без полученных гарантий считаю нецелесообразным продолжать данное сотрудничество в новом сезоне ввиду отсутствия какого-либо коммерческого интереса».

Это наглядно демонстрирует, что сотрудничество с МУПВ причиняло массу неудобств, не говоря уже о том, что оплату себестоимости и налогов группа компаний «Востокцемент» производило за свой счёт, так как периодические платежи МУПВ не могли покрывать эти расходы. 
То есть дивиденды явно не могли быть получены от неполной оплаты материалов, которой к тому же не хватало на возмещение себестоимости строительных материалов. 

Я полностью подтверждаю показания финансового директора Бевзы Ж.В. о том, что в результате сотрудничества с МУПВ в 2008-2016 г.г. «Востокцемент» понес прямых убытков в размере 962 млн.рублей, и еще 146 млн.рублей – налог на прибыль, которая хоть и числилась в бухгалтерской отчетности, но фактически оставалась неполученной, кроме того уплаченный НДС в сумме 171 млн.руб., а также 450 млн.руб. – уплаченных процентов по кредитам, которые «Востокцемент» брал, чтобы платить своим работникам зарплату и закупать сырье для заводов, что было вызвано необходимостью восполнить неполученную оплату от МУПВ за поставленные ему материалы.
 
Общий убыток от работы с МУПВ за 8 лет составил 1, 450 млрд. рублей и эта сумма легко проверяется проведением финансово-экономической экспертизы, которая, к сожалению, так и не была проведена следствием. 
 
В случае проведения такой экспертизы стало бы понятно, что не только не было цели зарабатывать на МУПВ «Дороги Владивостока», но и работать с МУПВ в таком режиме как это делали мы, крайне убыточно для группы компаний.
 
По выводам специалистов КГУП «Приморского РЦЦС» в 2009-2011 г.г. строительные материалы МУПу поставлялись ООО «ДВ-Цемент» в рамках договора № 142/09 с завышением среднерегиональных цен на 143 млн. рублей и с «занижением» этих цен в 2012 году на 20,4 млн. рублей (т.54, л.д. 56-82).
 
Выводы этой экспертизы в части завышения цен опровергается выводами других специалистов.
 
По результатам исследования специалиста Зеленского Ю.В. (т. 103, л.д. 80), изучившего 83 договора, заключенных между ГК «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока» суммарная выручка, сопоставление динамики рыночных средневзвешенных отпускных цен с 2008 года по 2015 годМУПВ «Дороги Владивостока» за весь анализируемый период,получило положительный сальдированный финансовый результат от сотрудничества с ГК «Востокцемент» в размере 341 629 791 рублей.
 
Причем, такой экономический эффект на сумму свыше 341 млн. рублей   был бы получен МУПВ «Дороги Владивостока» при условии полной оплаты продукции, чего в реальной действительности не происходило, так как МУП не оплачивало в полном объеме получаемые материалы.

В заключении Зеленского Ю.В. сделан вывод о неверной методике проведенного исследования, так как эксперты КГУП «Приморский РЦЦС» сравнивали цены, по которым ООО «ДВ-Цемент» поставляло материалы для МУПВ «Дороги Владивостока» не с рыночными ценами, а со среднерегиональными ценами, которые фактически являлись сметными ценами.

Рыночные цены экспертами не исследовались, не была принята во внимание транспортная составляющая, входящая в окончательную цену товара, в цену необоснованно включен НДС, все это привело к ошибочным выводам. 

Со своей стороны, могу пояснить, что решение о заключении вышеназванного договора № 142/09 от 04.03.2009 г. с МУПВ принималось без моего участия, так как я был назначен на должность генерального директора ООО «Востокцемент» 30.04.2009 приказом № 28-К.
 
Мое назначение на должность генерального директора никаким образом не повлияло и не могло повлиять на отгрузку материалов по данному договору. Я видел убыточность этого договора для компании, но у меня не было возможности действовать вопреки воле Игоря.
 
После своего назначения на должность я спрашивал у Игоря как быть с задолженностью МУПа, которая причиняла нам убытки. На что он сказал, что МУП будет платить по мере своих возможностей. Все остальное взыскивать он не будет. Ко мне неоднократно обращались Кожаева, Бевза, Павленко, Ломакин по вопросу что делать с долгами МУПа. На что я им отвечал, что ничего делать с ней не будем, отгружаем сколько потребуется. Поэтому в последующем никакие исковые требования к МУПу не предъявлялись. Причин такой позиции я им не объяснял, а в 2011 году на заседании бюджетного комитета Игорь сам всем объявил о свих планах простить долги МУПа.
 
К убыткам ООО «Востокцемент» я относился как к социальной нагрузке, понимая, что это решение моего брата, как владельца бизнеса, а во-вторых, являвшегося Главой г. Владивостока, стремящегося к поддержанию городского хозяйства (дорог) на высоком уровне.
 
Сам факт поставки товаров не означает, что покупателю был причинен вред (ущерб), так как необходимо принимать во внимание факт оплаты или неоплаты этого товара.
 
Если товар не был оплачен, то покупателю не могут быть причинены убытки, а на долги МУПВ, как уже было неоднократно сказано ранее, ГК «Востокцемент» не претендовала и не планировала претендовать, на это была принципиальная воля владельца в лице Игоря. 
 
В ходе предварительного расследования вопрос оплаты (или неоплаты) полученных товаров в 2008-2016 г.г. экспертами не исследовался, а без этого невозможно утверждать о причинении ущерба МУПу.  
 
Никаких взяток своему старшему брату Пушкареву И.С. я не давал, для этого у меня не было никаких оснований. Возглавляя ООО «Востокцемент» и исполняя условия договорных отношений с МУПВ "Дороги Владивостока" я не получал от Игоря Сергеевича Пушкарева никаких льгот и преимуществ. Принадлежащие брату предприятия ГК «Востокцемент» от работы с МУПВ «Дороги Владивостока» не получали обогащения, а, напротив, несли убытки от этого сотрудничества, то есть не было оснований для подкупа Главы города.
 
Я не был заинтересован ни лично, ни как руководитель «Востокцемента» в заключении МУПом муниципальных контрактов, которые вели к увеличению объемов продаж материалов МУПу, что в свою очередь увеличивало размеры убытков для «Востокцемента».
 
Необходимо отметить, что мне инкриминируется дача взятки как руководителем ООО «Востокцемент» в период с января 2009 по май 2015 года, но необходимо напомнить, что я в должность генерального директора ООО «Востокцемент» я вступил с 1 мая 2009 года на основании приказа № 28-К от 30.04.2009., а 2015-й год провел на больничной койке и не руководил компанией.
 
Далее по пунктам обвинения.
 
1) В постановлении о привлечении меня в качестве обвиняемого указано, что в период с сентября 2010 год по октябрь 2014 год я передал И.С. Пушкареву взятку в виде денег в безналичной форме общей суммой 17 605 000 рублей путем внесения и зачисления на открытые на его имя расчетные счета в кредитных организациях.

Мне об этих обстоятельствах вообще ничего не было известно до предъявления мне обвинения, когда брату требовались деньги, он самостоятельно звонил Черепановой или Эповой и просил их внести ему ту или иную денежную сумму на карту. 

Это очевидно, так как Игорь не скрывал, что его официальная заработная плата на должности главы г. Владивостока была в размере около 70 000 – 90 000 рублей и она не позволяла нести крупные расходы. 

Как владелец бизнеса, Игорь сам принимал решения, как ему тратить деньги, полученные от доходов бизнеса, именно этим можно объяснить, что в материалах уголовного дела имеются результаты оперативно-розыскной деятельности с 2010 года, в которых оперативные сотрудники документировали получение доходов Игорем как чиновником от своего бизнеса, оформленного на близких родственников.

В материалах ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» имеется значительное количество телефонных переговоров, в которых непосредственно Игорь давал распоряжения и поручения Эповой, Черепановой, о внесении денег на его расчетные счета, и они их выполняли. 

К материалам уголовного дела приобщены также записки на бланках «расходный ордер», в которых Эпова Н.М. и Черепанова А.Н. отражали ведение его личных расходов, его персональной бухгалтерии.

Это означает, что всеми денежными средствами от деятельности группы компаний «Востокцемент» распоряжался Игорь Сергеевич Пушкарев, это видно по тетрадям, которые вели Черепанова А.Н. и Эпова Н.М.

Более того, если деньги, получаемые мною от Игоря через Эпову Н.М. или Черепанову А.Н., отмечались как займы, то относительно денежных средств, которые получал Игорь Сергеевич, никаких указаний на займы не было и быть не могло, поскольку это были его собственные деньги. 
 
Относительно денежных средств, квалифицированных «взяткой» в размере 7,5 млн. рублей, перечисленных в 2013 году в избирательный фонд Пушкарева И.С. баллотировавшегося на должность главы г. Владивостока на второй срок от юридических лиц: ЗАО «Авангард», ООО «Парк Актив», ООО «Якутская взрывная компания», входящих в ГК «Востокцемент», могу пояснить следующее. 
 
Указанные юридические лица были выбраны по распоряжению Игоря, так как все три компании юридически не находились под управлением ООО «Востокцемент», договор управления никогда не заключался.
 
И, хотя формально учредителями этих компаний являлись мы, как его близкие родственники, то есть Пушкарев А.С., Пушкарев В.С., Пушкарева Т.Т., но фактически их собственником являлся Игорь Сергеевич и именно по его просьбе мы вошли в состав органов управления данными компаниями, так как ему это не позволял статус муниципального служащего. 
 
Соответственно, именно Игорь распоряжался всеми доходами этих и других компаний, входящих в ГК «Востокцемент», то есть его поручения для нас были обязательны. 
 
Также взяткой расценены денежные средства, перечисленные в тот же фонд Павчак И.М. в размере 100 000 рублей 25.07.2013 и 405 000 рублей - 06.09.2013.
 
В ходе судебного разбирательства Павчак И.М., Черепанова А.Н., Павленко А.А. подробно рассказали о том, как происходила процедура перечисления денежных средств в избирательный фонд, и я полностью подтверждаю эти показания, что никаких денежных средств я Павчак И. М. для перечисления в избирательный фонд брата в ходе его избирательной компании в 2013 году не передавал и не имел никакого отношения к этим перечислениям в избирательный фонд. 
 
Даже если предположить, что я такие указания о перечислении денег давал кому-либо, от этого суть дела не изменится, так как в любом случае это деньги брата, и распоряжаться ими мог только он.
 
Прошу и суд, и государственных обвинителей обратить внимание, что несмотря на наличие в уголовном деле большого количества документов, из которых видно, что все распоряжения о перечислении денег себе отдавал Игорь, и нет ни одного указания на то, чтобы такие распоряжения давал я, органы предварительного следствия почему-то усмотрели в этом деле взятку.
2) Относительно «взятки в размере 33 млн.рублей на приобретение для нужд Пушкарева И.С. недвижимости», поясняю следующее:
 
Взяткой в размере 33 млн. рублей расценена покупка недвижимости моим старшим братом в 2014 году.Мне очень хорошо известно об этой покупке, так как Игорь покупал участки и дома на ул. Таежной в 2014 году.
 
В конце 2012 года и весной 2013 года на моё имя нами были куплены земельные участки по ул. Таежной, д.20, 22, 24, на имя Владимира был куплен дом по ул. Таежная, 16.
 
Именно Игорь был инициатором покупки земли и домов рядом, чтобы у нас всех была единая территория.
 
На покупку своих двух домов с тремя участками по ул. Таежной, 24,22, 20 мной в 2012- 2013 г.г. были получены в долг у Игоря  53 млн. рублей (43+10 млн. руб.) и ещё примерно столько же на реконструкцию и ремонт. Все суммы или Эповой Н.М. или Черепановой А.Н. были внесены в тетради как займы.
 
В одном из купленных домов живу я с женой и нашими 3 малолетними детьми, а во втором доме живут родители жены.
 
Сразу же следует сказать, что на все иные дорогостоящие покупки, а именно: недвижимость, автомобили, поездки, лечение, а особенно на ремонт дома я брал личные займы у старшего брата, которые впоследствии частично гасил бонусами.

К сожалению, тетради, которые вели Эпова Н.М. и Черепанова А.Н. сохранились только за период с июля 2013 г. по апрель 2014 г., но даже этот небольшой период времени указывает на мои ограниченные финансовые возможности, которые не позволяли мне передавать взятки брату. 

В тетрадях Эповой Н.М. и Черепановой А.Н. указаны следующие записи о займах, имеющих отношение к ремонту и обустройству моего дома:

«31.07.2013 Пушкарев А.С. займ-дом – 4 142592,0 рублей; 13.08.2013 АС займ-дом – 191 400,0 рублей;  09.12.2013 – ч/з Веремчук – займ АС стройка – 5 557478,0 рублей, 17.12.2013 – Пушкарев А.С. – дом- стройка, займ - 500 000,0 рублей, 24.12.2013 – Пушкарев А.С. – займ- стройка -24 000,0 рублей, 25.12.2013 - Пушкарев А.С. ч/з Веремчук – займ – стройка – 6 682000,0 рублей, 17.02.2014 ч/з Веремчук – займ АС (дом) – 880648 рублей,  ч/з Веремчук – займ АС (дом) - 846304,0 рублей, 19.02.2014 – Пушкарев АС – займ –стройка – 200000,0 рублей, 27.02.2014 – Пушкарев АС – займ-стройка ч/з Тошеву – 40000,0 рублей, 03.03.2014 – Пушкарев АС – займ – дом 40000,0 рублей, - займ – стр. – 1 666000,0 рублей, 25.03.2014 – Пушкарев АС – займ –стройка- 72000,0 рублей, 02.04.2014 – Пушкарев АС – займ-стройка -3 039870 рублей,  - займ-стройка – 45 880 S  - (дол.США); 26.08.2013 – займ на сумму 4 687 865 рублей, 10.10.2013 – займ на сумму 4 827 689,7 рублей, 06.12.2013 – займ на сумму 221 000 рублей, 26.12.2013 – Пушкарев А.С. – займ 260 000,0 рублей, - займ 132 000,0 рублей, - займ 12 000,0 рублей, - займ 15000 S– (дол.США), 13.01.2014 – займ на сумму 10 000 $, 14.01.2014 – займ на сумму 70 000 рублей, 15.01.2014 – займ на сумму 10 000 рублей».

Я подтверждаю, что все эти деньги, записанные в тетрадях как займы, я получал в качестве займа на ремонт дома, это были деньги Игоря от его бизнеса, я получал эти деньги от Эповой Н.М. и Черепановой А.Н. с предварительного согласия брата и в счёт будущих бонусов.
Если бы это были мои собственные деньги, не было бы необходимости указывать их в тетрадях как займы.

Кроме записей о займах в тетрадях были записи и об авансах, которые и я и Владимир брали на свои нужды в счёт будущей зарплаты, и эти деньги мы в последствии возвращали с зарплаты.

Этот подход к распоряжению мной и Владимиром деньгами Игоря, повторюсь, был выработан им самим с целью формирования в нас дисциплины по расходованию денежных средств.  

Указанные в тетрадях займы в валюте США я получал для приобретения с женой мебели из Китая, а также оплачивали поездки за границу.
 
Некоторые займы не содержат указания на «стройку», но они также относятся к этому ремонту, почему они были записаны Эповой Н.М. и Черепановой А.Н. без указания на стройку я не знаю, так как ведение записей не контролировал, видимо это была их собственная инициатива.
 
Займы, полученные мной от брата с конца 2012 г. до 2014 года включительно на покупку домов и их ремонт (реконструкцию) не погашены мной до настоящего времени, так как 1 января 2015 года я получил травму лица и лечился в Корее. 

По этой причине я не работал, а мое лечение оплачивал также старший брат, собственных средств у меня на эти цели не было.

Весной 2013 года моя жена в течение 2-х месяцев находилась на сохранении в клинике в Корее в предродовой период перед рождением наших сыновей-близнецов, её пребывание в клинике оплачивал мой брат, а не я. 

Летом 2015 года мы со старшим братом подсчитали, что я должен ему более 100 млн. рублей, долг мною еще не возвращен из-за отсутствия заработанных мною средств в результате полученной травмы. 

Я рассказал об этих обстоятельствах для того, чтобы суду стало понятно, что в 2014 году я не мог давать взятку Пушкареву Игорю Сергеевичу ввиду отсутствия у меня денежных средств не только в размере 33 млн. рублей, но и вообще каких бы то ни было, кроме зарплаты в размере около 350 тыс. рублей. 

Я, как и ранее, могу лишь заявить, что недвижимость в виде земельных участков и домов за 33 млн. рублей была приобретена семьей старшего брата в 2014 году у госпожи Сеславинской М.Э. на денежные средства Игоря.

Из записей в тетрадях видно, что в марте 2014 года, когда по обвинению я, якобы, дал взятку брату в сумме 33 000 000 рублей, я получил от него займы на 40 000 рублей и 1 666 000 рублей. 

Кроме займов часть денег я брал в качестве авансов, в счёт будущей зарплаты, например, 31.03.2014, то есть в тот период времени, когда я, якобы давал взятку Игорю, то брал у него же аванс на 30 000 рублей.

Аналогичным образом, займы и авансы брал и Владимир, таких примеров в тетрадях отражено достаточно много, его авансы в счет будущей зарплаты и суммы займов также варьировались, их сумма составляла от 10 000 рублей. И это при том, что Владимир юридически владеет долями в компаниях группы «Востокцемент».

В этот  раздел включены также эпизоды, по которым я обвиняюсь в даче взяток «лично» на сумму 81 605 рублей:

- 11.06.2013 в сумме 3400 рублей (видеодомофон),

- 28.11.2013 в сумме 78 205 рублей (комплекс системы видеонаблюдения).

Несмотря на то, что в начале текста обвинения указано, что я передал эти взятки «лично», далее следователь описывает, что в первом случае это происходило через Ломакина К.В. и Луценко А.Г, а во втором случае через Луценко А.Г., что мне не понятно. 

Тем не менее, по этим случаям поясняю, чтоони основаны на записи на бланке расходного ордера от 11.06.2013 о выдаче Ломакину К. В. 3400 рублей и товарным чеком Компании «Эхо планеты» от 10.06.2013 о стоимости видеодомофона 4PHPN  в 3400 рублей, а также на записи от 28.11.2013 в тетради Эповой Н.М. о выдаче Луценко  под отчет 78 205,0 рублей на оборудование охраны Таежная 12-а. 
 
В указанных записях никаких ссылок или указаний на причастность к выдаче этих денежных средств от меня (А.С. Пушкарева). Поскольку служебной записки не составлялось, то это означает, что на выдачу этих средств имелось прямое указание Игоря как их собственника. Я вообще ничего не знал об этих расходах, тем более «лично» их старшему брату не передавал. Об этом узнал только в ходе расследования дела.
 
Могу дополнить, что после покупки мною домовладений и после их ремонта и реконструкции у меня возникла необходимость покупки видеокамер, их установки, приобретения и прокладки видеокабеля до общих мониторов.  

На эти цели я брал у ИС займы 15.11.2013 в сумме 23 400 рублей и 14.01.2014 в сумме 15 600 рублей (оба раза через Ломакина), о чем имеются записи в тетрадях Эповой, приобщенных к делу. 

То есть это Игорь Сергеевич давал мне деньги, а не я ему, что дополнительно опровергает ложные выводы следователя. 

По факту передачи мной денежных средств, вмененной как взятка, 05.11.2014 в размере 26 350 рублей за обслуживание системы охраны, установленной в жилище Пушкарева И.С. по адресу: ул. Таежная, 12-а., могу пояснить, что я считаю, что эта сумма не подтверждена материалами дела, а именно:

1) в деле (т. 30, л.д. 152) имеется служебная записка на имя А.С. Пушкарева от Луценко А.Г. с ходатайством Ломакина К.В. с записью о предоставлении отчета по деньгам по чекам о необходимости выделения 26 308,09 рублей, из которых для уплаты вневедомственной охране - 8308,09 рублей и ООО «Форт» - 18 000 рублей; 
 
2) записью на бланке расходного кассового ордера от 05.11.2014 (т.30, л.д. 153) о получении Ломакиным К.В. под отчет средств для оплаты охранной сигнализации до конца 2015 года по адресу Таежная 12-«а» в сумме 26350 рублей.
 
Итак, в указанных записках имеется противоречие, какую именно сумму 26 308,09 рублей или 26 350 рублей была выдана под отчет для уплаты в ООО «Форт» и во вневедомственную охрану. Это противоречие не устранено, финансовые документы или чеки в ходе следствия по делу не изымались, никакого документального подтверждения следствием у получателей денежных средств - вневедомственная охрана и ООО «Форт» не получено.
 
За давностью времени я уже не помню этих оплат, поэтому не могу их подтвердить, тем более, что были потрачены не мои деньги. Могу сказать лишь, что далеко не всегда выданные под отчет суммы были полностью потрачены, очень часто не израсходованные суммы сдавались обратно Эповой или Черепановой.
 
Например, как это было по вмененному мне эпизоду дачи «взятки» в размере 45 000 рублей от 14.11.2014 г., из которых потрачено лишь 4 000 рублей. 
 
По данному факту передачи 45 000 рублей, якобы в качестве взятки И.С. Пушкареву и потраченной для ремонта системы охраны в доме в Горках-2, могу показать, что эти средства принадлежали Игорю, они хранились у Эповой и выдавались  под отчет Луценко через Ломакина. 
 
Луценко А.Г. в суде показал, что по служебной необходимости приобретал различное оборудование для охраны объектов предприятий Группы компаний «Востокцемент», это каждый раз оплачивалось через бухгалтерию ООО "Востокцемент" по безналичному расчету. Однако во время поездки в Горки, он, получил под отчет у Ломакина 45 000 рублей, из этой суммы он потратил на покупку 20 батареек около 4 000 рублей, а остальные деньги вернул Ломакину по возвращении во Владивосток. Однако, несмотря на показания свидетеля, по непонятной для меня причине, следствие вменяет мне все 45 000 рублей в качестве взятки, игнорируя неподтвержденный размер суммы и то, что эти деньги принадлежали брату.
 
Относительно передачи мной суммы в размере 59900 рублей за услуги ООО "Форт" за выполнение монтажных и пусконаладочных работ системы охранно-пожарной сигнализации в жилище Пушкарева И.С. по адресу: г. Владивосток, ул. Таежная, д. 12 "а", могу пояснить, что этот эпизод, якобы, передачи мною «взятки» в сумме 59 900 рублей по оплате услуг ООО «Форт» в сентябре – октябре 2014 г. также не доказан. 
 
В материалах уголовного дела (т. 30, л.д. 150) имеется копия служебной записки от 05.09.2014 от имени Луценко А.Г. на мое имя (А.С. Пушкарева) о выделении денежных средств для приобретения нового оборудования и оплаты работ по монтажу и его настройке в оружейных комнатах по адресам: ул. Таежная, д. 12-а (59900 рублей) и ул. Таежная, 24 (46900 рублей). 
 
На служебной записке имеется моя резолюция от 10.09.2014: "Черепановой А.Н., прошу выделить".
 
В том же томе 30 на л.д. 151 имеется записка на бланке расходного кассового ордера о получении 16.09.2014 Луценко А.Г. денежных сумм: 59900 руб. (Таежной, 12-а) и 46900 руб. (Таежная, 24).
 
Каких-либо финансовых документов из ООО "Форт", подтверждающих получение от Луценко А.Г. или от Пушкарева И.С. денежной суммы в размере 59900 рублей не получено и в материалах дела не имеется. 
 
Допрошенный в суде свидетель Мухин С.И. (руководитель ООО «Форт») не подтвердил оплату работы и стоимость оборудования, на указанную сумму и показал, что вся стоимость работы с оборудованием не превышала 10 000 рублей. Мухин показал, что стоимость работ и оборудования в размере 59900 рублей, указанную в его показаниях следователю, он не подтверждает. Свидетель пояснил, что допрос длился 4 часа, он уже плохо соображал, следователь мог сам написать эту цифру, а он не придал этому значения. 
 
Так, в материалах уголовного дела письмо директора ООО "Форт" Мухина С.И. от 03.10.2016 исх. № 10 на запрос следователя  (т. 29, л.д. 51). 
 
В этом письме сообщалось, что в декабре 2011 года выполнен монтаж средств охранной и тревожной сигнализации оружейной комнаты по адресу: ул. Таежная, 12-а. После чего между И.С. Пушкаревым и ООО "Форт" заключался договор на техническое обслуживание средств ОС и ТС с ежемесячной платой в размере 600 рублей. В октябре 2014 года оружейная комната была переоборудована. 01.10.2014 был заключен новый договор с ежемесячной абонентской оплатой в размере 1200 рублей. Абонентская плата вносилась Луценко А.Г. авансовыми платежами. 
 
Это все! Таким образом, в письме директора ООО «Форт» не указана стоимость закупленного оборудования и стоимость работ, а указаны только размеры ежемесячной абонентской оплаты.
 
Необходимо обратить внимание суда на формулировку предъявленного обвинения.
 
Обвинение, предъявленное мне не подразумевает получение взятки за оплату нового оборудования, обвинение сформулировано как взятка исключительно по оплате работы ООО "Форт".
 
Денежные средства (59900 рублей) выдавались под отчет Луценко А.Г. для двух целей:

-  для оплаты нового оборудования,

- для оплаты работ по его установке. 
 
При этом какая часть денежных средств в размере 59 900 рублей была реально уплачена ООО "Форт", в том числе на покупку нового оборудования, а какая часть на оплату монтажных работ не указано.
 
В любом случае стоимость оборудования подлежит исключению из указанной суммы, так как это не вменяется в вину.
 
Таким образом, расходы, как указано в обвинении: "за услуги ООО "Форт" за выполнение монтажных и пусконаладочных работ системы охранно-пожарной сигнализации в жилище Пушкарева И.С. по адресу: г. Владивосток, ул. Таежная, д. 12 "а" стоимостью 59900 рублей" не подтверждены, стоимость оборудования должна быть исключена из суммы 59900 рублей, но самое главное состоит в том, что эти расходы, как и все иные перечисленные в обвинении производились за мой счет и не могут быть взяткой.
 
Однако, это оборудование приобреталось из тех же личных денежных средств, принадлежащих брату.
 
В расходах и бухгалтерских документах предприятий ГК «Востокцемент» нет таких расходов и следствием такие документы не изымались, так как это были личные расходы Игоря за счет его же средств.
 
Установка охранного оборудования и его обслуживание в домах, принадлежащих нашим семьям затрагивала интересы всех членов семьи, так как дома расположены вблизи друг друга, на единой территории, где гуляем мы и наши малолетние дети, ходим друг другу в гости, таким образом в общей безопасности были заинтересованы все члены семьи.
 
Могу еще раз заявить, что эти расходы не являлись взяткой, а были расходами Игоря, за счет принадлежащего ему бизнеса и от доходов этого бизнеса. 
 
3) Относительно вмененного эпизода «взятки»на сумму 24 438 063,39 рублей   в период с января 2009 по май 2015 г. поясняю следующее.
 
Я не согласен с обвинением в передаче мною взятки в виде оплаты труда помощника И. С. Пушкарева Алексеева А. Л. в размере 3 096 487, 39 рублей.

Так, в обвинении указано, что работа Алексеева А.Л. оплачивалась в 2009 году  с 1 января по 3 июня; в 2012 году - с 10 января по 31 декабря; в 2013 году – с 1 января по 31 декабря; в 2014 году – с 1 января по 31 декабря; в 2015 году с 1 января по 19 мая, а в 2010 году и в 2011 году – не оплачивалась.

Вновь обращаю внимание суда на то, что до 1 мая 2009 года я не руководил ООО «Востокцемент», так как не исполнял обязанностей руководителя общества.
 
После 1 января 2015 года я целый год не работал в ООО «Востокцемент» по причине получения травмы, так как, либо находился в бессознательном состоянии, на регулярных операциях, и физически не мог давать каких-либо указаний кому-либо, это невозможно, либо был на реабилитации, и почти всё это время находился в Южной Корее. 
 
Получив травму, я не мог даже общаться с родственниками, не говоря уже о каком-либо участии в работе. 

Обращаю внимание на нестабильную оплату работы Алексеева А.Л., а именно на то, что работа Алексеева А.Л. в 2009 и 2015 годах оплачивалась всего по полгода, а в 2010 и 2011 году не оплачивалась вообще. 

Однако, несмотря на это, МУПВ «Дороги Владивостока»постоянно приобретало строительные материалы в группе компаний «Востокцемент».

Это также подтверждает, что никакой связи между оплатой работы Алексеева А.Л. и поставками группы компаний строительных материалов в адрес МУПВ «Дороги Владивостока» не было.

Кроме того, исходя из материалов дела, Алексеев А.Л. работает в ООО «Востокцемент» более 16 лет.
 
То есть, являясь помощником Игоря Сергеевича, он получал заработную плату в ООО «Востокцемент» задолго до избрания брата главой города Владивостока.
 
Очевидно, что, когда между Алексеевым А.Л. и Игорем Сергеевичем сложились трудовые отношения, я ещё был школьником и крайне нелогично утверждать, что с моим назначением на должность генерального директора ООО «Востокцемент» что-то должно было измениться, вплоть до необходимости оплачивать работу Алексеева А.Л. взятками. 
 
Обвинение указывает денежные суммы, начисленные Алексееву А.Л. в качестве его зарплаты, не принимая во внимание, что из этих сумм были уплачены налоги в бюджет и иные бюджетные фонды, которые не были получены Алексеевым А.Л. или Пушкаревым И.С.
 
Хочу также обратить внимание суда на следующее. Игорь Сергеевич имел право официально трудоустроить Алексеева А.Л. в администрацию города, как своего помощника, на что он имел право, но он не сделал этого в целях экономии городского бюджета, который сберег 3 млн. рублей.
 
Аналогичным образом Игорь Сергеевич не приобретал за счет администрации города транспортных средств для себя и не трудоустраивал водителей, на что, безусловно, имел полное право. Все это он делал в целях экономии городского бюджета. 
 
Мне также вменяется передача взятки в сумме 21 210 326 рублей, затраченных якобы на охрану личного жилища И.С. Пушкарева сотрудниками ЧОПа. 
 
В этой связи заявляю, что об оплате работы ООО ЧОП «Ратник-2» я узнал только в ходе расследования уголовного дела. В этой связи прошу обратить внимание суда на то, что договорные отношения моего брата с ЧОП «Ратник-2» были инициированы им еще в 2008 году путем заключения договора № 5 от 10 июля 2008 между ЧОП «Ратник-2» и Пушкаревым И.С. 
 
Затем был заключен договор № 7 от 01 августа 2008 года между ЧОП «Ратник-2» и Пушкаревой Н.И. на оказание охранных услуг на объекте по адресу: г. Владивосток, ул. Таежная, д. 12а.
 
Указанные договоры № 5 и № 7 свидетельствуют о том, что договорные отношения с ЧОП «Ратник-2» начатыеще до назначения меня на руководящую должность в ООО «Востокцемент». Эти договорные отношения продолжились и далее по инициативе Игоря Сергеевича, отдавшим распоряжение директору ОАО «ВБЩЗ» на заключение договора между этим обществом с ЧОП «Ратник-2» от 01.04.2009 № 8/56-У в тех же целях и для охраны территории завода. 
 
Заключение этого договора также происходило до назначения меня на должность генерального директора ООО «Востокцемент» с 1 мая 2009 года. 
 
Оплата ЧОПу «Ратник-2»  по договору № 8/56-У от 01.04.2009  в сумме 21 210 326 рублейпроизводилась ООО «ВБЩЗ» по указанию Игоря, причем эта сумма была израсходована не только на оплату работы охранников, которые осуществляли охрану наших домовладений на улице Таежной, но и на уплату налогов предприятия, зарплаты директора ЧОПа, бухгалтера, арендной платы офиса предприятия. Об этом дали показания в суде директор ЧОПа Гаврилов С.М. и бухгалтер ЧОПа Косткина О.Т.
 
В связи с этим мне непонятно предъявленное обвинение, которое утверждает, что вся сумма в размере 21 210 326 рублей является размером «взятки» брату, включая даже ту ее часть, которая уплачена в бюджет страны в качестве налогов, на содержание офиса ЧОПа и зарплаты руководителей охранного предприятия. 
 
Еще раз обращаю внимание суда на то, что все наши семьи братьев Пушкаревых: Игоря, меня и Владимира проживают в пяти находящихся по соседству домах (ул. Таежная, д. 12, 12 «а», 16, 16 «б», 22) с единой системой охраны и видеонаблюдения за всей территорией. По сути все мы как одна семья заинтересованы в обеспечении общей безопасности.

Следствие все эти обстоятельства проигнорировало и указало, что услугами охраны пользовался только И.С. Пушкарев. Лично я не имею к заключению и исполнению договора с ЧОПом никакого отношения. Оборудование для охраны домов приобреталось за счет личных средств И.С. Пушкарева, хранящихся у Эповой и Черепановой.

Оборудование для охраны наших домов по улице Таежной в г.Владивостоке и в доме Игоря в Горках-2 Одинцовского района Московской области приобреталось за наличный расчет и из личных средств Игоря Сергеевича, хранившихся в кабинете Эповой Н.М. и Черепановой А.Н. в ООО «Востокцемент».

По мере необходимости подчиненный Ломакина К.В. - Луценко А.Г. писал служебную записку на приобретение оборудования, которую он передавал мне, я визировал и отдавал Черепановой для выдачи необходимой суммы из средств И.С. Пушкарева. Я делал это только по согласованию со старшим братом, всегда с его ведома или указания.

Луценко А.Г. в суде показал, что по служебной необходимости приобретал различное оборудование для охраны объектов предприятий ГК «Востокцемент», это каждый раз оплачивалось через бухгалтерию ООО «Востокцемент» по безналичному расчету с составлением финансовых документов. При этом в электронном виде происходило согласование покупки в бухгалтерии, планово-экономическом отделе, юридическом отделе, потом безналичным расчетом переводились на счет продавца денежные средства, товар получался у продавца по оформленной доверенности. При расходовании денежных средств, полученных у Эповой, этот порядок не соблюдался.

Со своей стороны, могу пояснить, что при расходовании денежных средств Игоря, хранившихся у Эповой и Черепановой, денежные средства выдавались ими под отчет исполнителям, эти расходы фиксировались служебными записками или записями в тетрадях, так как другого способа у Игоря организовать такие незначительные вопросы не было, этими вопросами должны были заниматься исполнители.

Из-за нехватки свободного времени, которое практически полностью уходило на работу в должности главы города Владивостока, Игорь не мог тратить своё время на такие мелкие в масштабах его деятельности градоначальника вопросы.

Всеми вопросами организации его текущих бытовых вопросов занимались мы, то есть работники его бизнеса, для этого была наложена определенная система работы, в которой Игорь давал указания по выделению средств и контролю за их расходованием, а исполнители уже занимались реализацией планов.

Кто-то занимался обеспечением безопасности жилья, кто-то занимался организацией его командировок и выделения ему наличных денег.

С его сложным графиком и разъездным характером работы некоторые работники его бизнеса обеспечивали его логистику, это и работа автотранспорта, и вертолета с катером.

Далее, в предъявленном мне обвинении не указано, какую прибыль получила группа компаний «Востокцемент» от поставок строительных материалов МУПВ «Дороги Владивостока».

Вместо этого в обвинении указано на получение моими родственниками дивидендов, а именно: «в результате полученного группой компаний «Востокцемент» дохода в сумме 1 201 979 707, 58 рублей, мои близкие родственники: мать - Пушкарева Т.Т., брат - Пушкарев В.С., жена - Пушкарева Н.И. в период 2012-2015гг., являясьучастниками ООО «Парк Актив», получили дивиденды на сумму 471 783 402 руб.: Пушкарева Т.Т. - 206 232 867 руб.; Пушкарев В.С. - 241 050 535 руб.; Пушкарева Н.И. - 24 500 000 руб.

Чтобы опровергнуть указанный довод, даже не надо быть юристом или экономистом, достаточно руководствоваться простой логикой.

Думаю, всем известно, что дивиденды начисляются по итогам прошлых лет, то есть, если предположить, что я действительно совершил преступление в этот период времени, следовательно, дивиденды могли быть начислены за период 2011-2014 годов.

Однако, согласно обвинению, я, якобы, передавал взятки в период с января 2009 по май 2015 года.

В качестве мотивов, по которым я передавал взятки своему брату, указано обеспечение закупок строительных материалов у группы компаний «Востокцемент».

По данному поводу могу пояснить, что когда в мае 2009 года я вступил в должность генерального директора ООО «Востокцемент», МУПВ «Дороги Владивостока» уже имело существенную задолженность по отгруженным материалам.

В последующем, учитывая, что была команда Игоря отгружать материалы непрерывно, обеспечивая бесперебойную работу МУПВ на объектах города, задолженность только продолжала расти, каждый год прирост составлял около 150 млн. рублей.

Мне всегда было известно, что Игорь не будет взыскивать долги с МУПВ и таких мер действительно не предпринималось, нами не было подано ни одно исковое заявление о взыскании дебиторской задолженности МУПВ.

А в 2011 году Игорь на бюджетном комитете сообщил, что долги МУПВ будут прощены, и до момента прощения долга МУПВ будет рассчитываться только по мере своих возможностей.

Учитывая, что оплата МУПВ поставляемых материалов была менее 60% от стоимости всех поставленных материалов, при этом мы не покрывали даже себестоимость продукции, такое «сотрудничество» с МУПВ не было целесообразным и не могло быть мотивом для подкупа кого-либо, даже если предположить, что Игорь Сергеевич был бы посторонним человеком, а не моим братом.

Во-вторых, как я уже сказал, доля отгрузки строительных материалов в МУПВ «Дороги Владивостока» была крайне незначительной, чтобы рассматривать её как мотив для передачи взяток, поскольку взамен МУПВ, на его место быстро нашлись бы покупатели, которые в отличии от МУПВ, были готовы оплачивать материалы либо по предоплате, либо с незначительной отсрочкой.

В итоге, после того как договорные отношения с МУПВ были прекращены, на его место пришли покупатели, которые своевременно оплачивали отгружаемые материалы по рыночным ценам, и показатели отгрузки позволили сделать прибыльной ранее убыточное направление, об этом также давали в суде показания и наши сотрудники. 

То есть МУПВ совсем не было тем предприятием, ради работы с которым надо было прибегать к таким радикальным мерам, как передачи взяток родному брату, это действительно была обуза, или как говорил Игорь, «социальная нагрузка».

В обвинении сказано, что от работы с МУПВ «Дороги Владивостока» до 2015 года был получен доход в сумме 1 201 979 707, 58 рублей.

Однако следствие не проверяло, действительно ли эта сумма является прибылью, или только частичной выручкой, не покрывавшей даже себестоимости продукции, экспертиза на этот счёт не проводилась.

Уже мной было сказано, что эта сумма составляет только 60% процентов от суммарной стоимости отгруженных материалов, остальные 40 % ложились на плечи группы компаний «Востокцемент», это была цена «социальной нагрузки», и естественно, с этой суммы невозможно получить дивиденды.

То есть, мотива в передаче взяток Игорю нет ни в одном из пунктов предъявленного обвинения.

Могу сказать, что и мотивами предъявленного Игорю обвинения в злоупотреблении полномочиями, такие доводы не могут являться, так как он не получал абсолютно никакого материального интереса от того, что группа компаний «Востокцемент» себе в убыток отгружало в МУПВ «Дороги Владивостока» строительные материалы.

В судебном заседании, как-то прозвучала реплика о том, почему Игорь Сергеевич, будучи главой города и одновременно продолжая управлять бизнесом не подарил строительные материалы.

По этому поводу могу сказать, что в моём присутствии Игорь озвучивал, что планирует «списать» или «простить» долги МУПВ, и по его поручению юридическая служба «Востокцемент» прорабатывала этот вопрос с правой точки зрения и брату было доложено, что законодательством запрещено дарение между юридическими лицами, а единственным вариантом является только прощение долга.

После этого началась процедура передачи долгов от ООО «ДВ-Цемент» непосредственно заводам-производителям строительных материалов.

Как я уже неоднократно говорил, Игорь был владельцем всего бизнеса, а значит, скорее всего, имел собственные мотивы использования ресурсов группы компаний фактически для спонсирования дорожного хозяйства города, это было связано с высокой ответственностью перед городом и высшим руководством страны, во что бы то ни стало нужно было провести САММИТ АТЭС 2012 года на высоком уровне.

Он видел себя, прежде всего, политиком и для него было важно состояться в качестве политика, все его активы были в России, его семья и его дом, поэтому инвестиции в город это были и инвестиции в его репутацию и желание оправдать доверие жителей города, а значит и руководства страны. 
По его мнению, обеспечить подготовку города к САММИТУ без рисков, которые могли возникнуть от работы с недобросовестными подрядчиками, можно было только с помощью предприятия, контролируемого администрацией города, и этим предприятием было МУПВ «Дороги Владивостока».
То есть передавать взятки Игорю как владельцу бизнеса, а значит ему же за его же счёт и из его средств, крайне нелогично, но предъявление обвинения в даче взяток, скорее всего, было связано с тем, что в ходе предварительного следствия я не признавал факта владения бизнеса братом.

Я умалчивал об этом, чтобы не навредить ему.

Причины, по которым Игорь не сообщал следствию об этом факте, он объяснил в своих показаниях в суде, они обусловлены теми же мотивами, его показания в суде соответствуют действительности. 

Еще в 2014 году, когда в помещениях ООО «Востокцемент» были проведены обыски, я давал объяснения о том, что Игорь не имеет отношения к бизнесу, так как понимал, что работа с МУПВ «Дороги Владивостока» ввиду её убыточности для ГК «Востокцемент» не может быть поводом для каких-либо обвинений Игорю.

Однако, после предъявления обвинения во взятках стало понятно, что органами следствия предъявлено обвинение с изложением обстоятельств, далеких от истины. 

Напомню, что Игоря задержали 1 июня 2016 года, до 23 июня 2016 я проходил по делу свидетелем, а обвинение во взятках было предъявлено всем нам только 7 марта 2017 года.

В ходе предварительного следствия мне не предъявляли для ознакомления материалы оперативно-розыскной деятельности, из которых я узнал, что у следствия было достаточно оперативных материалов, подтверждающих, что Игорь продолжал владеть и управлять созданным им бизнесом через родственников после избрания главой города.

Позднее, уже во время ознакомления с уголовным делом я увидел, что в материалах имеется множество рапортов и оперативных справок, составленных по результатам опросов людей и прослушивания телефонных переговоров, и из которых было видно, что оперативные службы в действительности рассматривали Игоря как фигуранта дела по статье 289 УК РФ, то есть как должностное лицо, которое владело и управляло бизнесом в нарушение требований закона.

В настоящее время я даю правдивые показания о том, что Игорь владел и управлял бизнесом группы компаний «Востокцемент», не прекращая этого делать с момента моего первого трудоустройства в компании, так как понимаю, что если этого не сделать, то также как это было и во время предъявления обвинения во взятках, суд может усмотреть взятки в том, что фактически Игорь финансировал себя за счет своего же предприятия.

Этим предприятием я руководил с 1 мая 2009 года под его непосредственным контролем и началом. 

А что касается работы с МУПВ «Дороги Владивостока», то основой для установления цен данному предприятию были стандартные цены, на которые уже начислялась скидка и применялась отсрочка платежа. 

Учитывая строгое указание Игоря не взыскивать долги с МУПВ и отгружать непрерывно и бесперебойно, можно с полной уверенностью сказать, что рентабельность работы с данным предприятиям была только на бумаге.

Поступающие от МУПВ «Дороги Владивостока» платежи были ниже себестоимости произведенной продукции, ни о какой рентабельности для нас не могло быть и речи, не говоря уже о начислении дивидендов. 

При этом, как указано в обвинении, дивиденды получены от деятельности ООО «Парк Актив», то есть общества, являющегося владельцем нескольких компаний группы. 

Если бы эти предприятия осуществляли единственный вид деятельности, а именно, поставку строительных материалов в адрес МУПВ «Дороги Владивостока», возможно величина дивидендов, была бы связана с прибылью, полученной от продаж муниципальному предприятию.

Фактически же доля чистой прибыли, начисленной от продажи продукции муниципальному предприятию «Дороги Владивостока» за период с 2008 по 2015 годы не превышала 1,4 % от чистой прибыли, полученной группой компаний «Востокцемент».

Обращаю внимание, что речь идёт только о начисленной на бумаге прибыли, то есть той прибыли, которая могла бы быть выплачена, если бы МУПВ решило рассчитаться по долгам.

Следует обратить внимание, что кроме того, что МУПВ получало продукцию без оплаты, группа компаний «Востокцемент» было вынуждено нести расходы на производство материалов за свой счёт, что означало направление ресурсов на производство материалов от деятельности группы компаний по другим направлениям и иным покупателям.

Кроме того, постоянно предоставляемые МУПВ товарные кредиты влекли для нас необходимость получения кредитных средств под банковский процент, о чем более подробно рассказала Бевза Ж.В., и эти обстоятельства соответствуют действительности.
Для того, чтобы рассчитать объективный экономический эффект для МУПВ от работы с ГК «Востокцемент», в рамках уголовного дела требовалось провести именно финансово-экономическую экспертизу.

Это связано, прежде всего, с тем, что приобретение материалов по цене дороже или дешевле, чем по ценам, установленным КГУП «Приморский РЦЦС», никаким образом не отражает показателей экономической эффективности как для покупателя, так и для продавца, однако такую экспертизу не проводили. 

Из заключения специалистов аудиторской компании ООО «Моор Стивенс» (MOORSTEPHENS) от 15.11.2017, исследованного в судебном заседании усматривается, что из полученных моими близким родственникам дивидендов в сумме 471 783 402 руб. от продажи строительных материалов МУПВ «Дороги Владивостока» по договору 142/09 от 04.03.2009 могло быть начислено 26 933 782 рубля, но это только в том случае, если бы МУПВ «Дороги Владивостока» полностью погасило бы свою задолженность.

По поводу этого доказательства могу пояснить, что я никогда не участвовал в распределении дивидендов, но могу сказать, что если бы в ходе нашей деятельности предполагалась полная оплата МУПВ «Дороги Владивостока» отгруженных материалов, то сумма, направленная на выплату дивидендов, действительно была в районе тех значений, которые указала аудиторская компания.

Фактически, учитывая, что сумма полученных от МУПВ «Дороги Владивостока» платежей не превышала даже себестоимость поставленной муниципальному предприятию продукции, дивиденды моих близких родственников в сумме 471 783 402 руб. получены от иной, не связанной с исполнением договора 142/09 от 04.03.2009, коммерческой деятельности ООО «Парк-Актив».

Не имея никаких доказательств того, что в результате деятельности от продажи строительных материалов муниципальному предприятию «Дороги Владивостока» группа компаний «Востокцемент» получила прибыль, следователь решил подменить данные об отсутствии прибыли «Востокцемента» домыслами о получении моими родственниками дивидендов.

К сожалению, следствие экспертизу по этому поводу не проводило и делать этого даже не собиралось, о чём я могу судить исходя из материалов дела, в которых видно, что запросы по экономическим показателям в адрес руководства ООО «Востокцемент» не направлялись, а провести такое исследование возможно только изучив соответствующие документы. 

Относительно обвинения в коммерческом подкупе могу пояснить следующее.

Мне предъявлено обвинение в совершении коммерческого подкупа Лушникова Андрея, которого я совместно с Игорем, якобы, подкупал в период с апреля 2012 года по ноябрь 2014 года, за продолжение исполнения условий договора №142/09 от 04.03.2009 на поставку продукции.
 
На это обвинение могу возразить, как и ранее, что у меня отсутствовал мотив на передачу коммерческого подкупа А.В. Лушникову.
 
Как уже было мной сказано, фактическое исполнение договора № 142/09 от 04.03.2009 между ООО «ДВ-Цемент» и МУПВ «Дороги Владивостока» приносило убытки для ГК «Востокцемент», а не прибыль, следовательно, у меня не было оснований подкупать Лушникова А.В.
 
В противном случае, если придерживаться версии следствия, можно говорить о том, что я подкупал Лушникова А.В. за причинение убытков возглавляемому мной предприятию, это не только нелогично, но и не соответствует действительности.
 
Согласно выводам положенной в основу обвинения экспертизы КГУП «Приморский РЦЦС» в период 2012 года строительные материалы для МУПВ «Дороги Владивостока» отпускались по ценам ниже среднерегиональных, что принесло МУПу доход в размере 20,4 млн. рублей.
 
Следствием признано, что в период с 2012 по 2014 год ООО «ДВ-Цемент» не продавало материалы МУПВ «Дороги Владивостока» по завышенным ценам, что отражено в постановлении следователя об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о проведении дополнительной экспертизы.
 
К ходатайству обвиняемого И.С. Пушкарева и его защитников о прекращении уголовного дела от 06.10.2017 приобщен ответ генерального директора ООО «Востокцемент» В.А. Иванова от 15.07.2017 Исх. № 123 на адвокатский запрос, из которого следует, что поставка продукции в адрес МУПВ «Дороги Владивостока» по договору 142/09 от 04.03.2009 юридическим лицом ООО «ДВ-Цемент» прекратились в декабре 2013 года.
 
Я полностью подтверждаю эти сведения и могу пояснить, что весь 2014 год Лушников А.В. и вверенное ему МУПВ «Дороги Владивостока» не закупали материалы у ООО «ДВ-Цемент» по этому договору, а значит и платить ему «коммерческий подкуп», даже если предположить таковой, оснований не было. 
 
Учитывая, что Лушников А.В. получал доплаты к своей зарплате весь 2014 год, в течение которого никаких отгрузок в адрес МУПВ с предприятий группы компаний не было, значит не может быть никакой связи между доплатами к его зарплате и закупками материалов, которые были до начала 2014 года.
 
Со своей стороны, являясь представителем ООО «Востокцемент», я на всем протяжении сотрудничества с МУПВ «Дороги Владивостока» осознавал, что наши хозяйственные отношения убыточны для ГК «Востокцемент», а не прибыльны, вопреки утверждению следствия.
 
Относительно назначения Лушникова А.В. на должность директора МУПВ «Дороги Владивостока» в 2012 году:
 
К своим прежним показаниям могу дополнительно сообщить, что с момента начала договорных отношений с МУПВ «Дороги Владивостока» кредиторская задолженность этого предприятия перед ООО «ДВ-Цемент» постоянно росла. 

В результате этого «Востокцемент», помимо затрат на производство, выплачивал в бюджет все налоги и сборы, связанные с этими поставками, что не могло не причинять убытки «Востокцементу».

Начиная с 2008 года директора МУПВ «Дороги Владивостока» регулярно менялись, иногда не проработав и 5-6 месяцев.

Так, в период 2008-2011 годов в МУПВ «Дороги Владивостока» сменилось 8 директоров: Дементьев Д.В. – период работы с 2007 по 2008 г.г., Демичев П.В. – период работы с 16.10.2008 по 17.04.2009, Лакиза А.С. – период работы с 20.04.2009 по 13.01.2010, Бычков П.А. – период работы с 14.01.2010 по 09.02.2010, Цыбулин С.В. – период работы с 10.02.2010 по 02.03.2010, Лушников А.В. – период работы с 03.03.2010 по 30.12.2010, Гуснов А.В. – период работы  31.12.2010 по 16.09.2011, Пикулев А.В. с 17.09.2011 по 02.04.2012.
 
Следствием в ходе обыска было изъято письмо из электронной переписки работников группы ООО «Востокцемент», в частности управляющей ООО «ДВ-Цемент» Кожаевой О.Г. в адрес директора МУПВ Пикулева А.В. с регламентом отпуска продукции, в котором указано:
 
«В связи с тем, что на 30.09.2011 размер дебиторской задолженности Вашего предприятия составляет 539 369 822, 23 рублей, ООО «ДВ-Цемент» принято решение об усилении контроля движения отпускаемых Вам материалов. Схема будет изменена в одностороннем порядке. Только по письменной заявке, с указанием плана работ, общей и текущей потребности материалов по каждому объекту, с обязательным указанием субподрядчика».
 
Такие «гневные» письма периодически писались директорам МУПВ, так как у нас были подозрения, что директора МУПВ пользуясь практически безлимитными отгрузками, могли продавать материалы на сторону, поэтому мы хоть и продолжали отгружать материалы без 100% отплаты, но пытались хоть как-то дисциплинировать МУПВ. 
 
В начале 2012 года начинался финальный период подготовки города Владивостока к САММИТУ АТЭС., назначенного на сентябрь 2012 и Игорь отвечал за исполнение поручения, данного ему президентом страны о приведении города в образцовое состояние к этому международному событию. 
 
Ему было крайне необходимо назначить на должность директора МУПВ «Дороги Владивостока» опытного, ответственного и эффективного руководителя. Было крайне важно, чтобы новый директор уже понимал обстановку и знал работу МУПВ, мог без раскачки взяться за решение задач.
 
На тот момент на этом муниципальном предприятии был очередной кризис управления, а времени для экспериментов уже не оставалось, о чем я узнал от него в личной беседе.
 
Игорь звонил мне в начале апреля 2012 года и спрашивал, нет ли у меня на примете толкового специалиста на должность директора МУПВ, это видно из справки меморандума с нашим телефонным разговором от 02.04. 2012 г. 
 
Насколько я помню, Лушников Андрей до 2012 года работал в ДВФУ и как-то раз при нашей случайной встрече он сообщил мне, что собирается увольняться и открыт для предложений. 
 
Для себя я держал его кандидатуру на примете для возможной работы в структуре «Востокцемента», так как такие управленческие кадры нужны любому предприятию. И когда Игорь сообщил, что ему нужен кандидат на должность директора МУПВ, я вспомнил об Андрее и сообщил, что Лушников Андрей подыскивал себе работу.
 
Надо сказать, что в телефонном разговоре Игорь говорил мне, что у него есть несколько вариантов на должность директора, но он готов рассмотреть и кандидатуру Лушникова А.В.
 
Со слов Игоря, он рассматривал кандидатуры Гавро, Войновской, Сухова. Насколько я слышал на тот момент, Гавро была уволена со скорой помощи, а Войновская покинула пост первого заместителя мэра, возможно были какие то вопросы к их работе.
 
К тому же мне казалось, что отсутствие у них опыта в сфере дорожного хозяйства может сказаться на подготовке города к важному международному событию, а это не то, что хотел видеть сам Игорь.
 
В сравнении с вышеуказанными лицами,  кандидатура Лушникова Андрея была явно предпочтильней.
 
Об этом факте в материалах уголовного дела есть подробный телефонный разговор между мной и Игорем Сергеевичем, и из этого разговора ясно видно, что Игорь не разрабатывал какой-либо план выбора руководителя МУПВ для обеспечения своих материальных интересов с целью склонить его к противоправной деятельности с помощью коммерческого подкупа.
 
Поводом для смены директора МУПВ действительно была острая необходимость сменить директора из-за недовольства Игоря положением дел в МУПВ, он искренне переживал, что МУПВ сможет обеспечить подготовку города к проведению САММИТА АТЭС.
 
Повторюсь, МУПВ итак приобретало материалы у группы компаний «Востокцемент», поэтому менять директора для обеспечения сбыта строительных материалов не было никакой необходимости.  
 
Надо отметить, когда Лушников А.В. почти весь 2010 год работал в МУПВ «Дороги Владивостока», данное предприятие также было покупателем наших строительных материалов, и для этого не требовалось его подкупать.
 
Я говорю об этом, чтобы наглядно показать, что для работы Лушникова А.В. с группой компаний «Востокцемент» не требовалось передавать ему подкуп, он хорошо знал, что поставка материалов от нас происходит по понятной технологической схеме и на выгодных, по сравнению с рынком условиям.
 
Я предложил брату вариант руководителя в лице Лушникова А.В., которого знал по прежней работе в «Авроре» и в качестве директора МУПВ «Дороги Владивостока» в 2010 году, он хорошо зарекомендовал себя как руководитель.
 
По просьбе Игоря я встретился с Лушниковым Андреем и передал ему, что в МУП требуется толковый сотрудник на должность директора. Андрей сказал, что с той нагрузкой, которая была в прошлый период его работы меньше чем за зарплату в 200 тыс рублей он на эту должность не согласится, в целом работа хоть и сложная, но интересная. На что я ему передал слова брата, о том, что если он хочет, то может с ним встретиться и все обсудить. 
 
Лушников Андрей высоко ценил свой профессиональный уровень, и я понимал, что обозначенная им сумма желаемой заработной платы не взята с потолка и близка к размеру зарплаты менеджеров такого уровня, более того, Андрей Лушников видел себя начальником Управления СЖФиГТ, в оперативных материалах есть упоминание и об этом. 
 
После этого, как я понял, Лушников А.В. ходил в администрацию на встречу с братом и они обсуждали детали трудоустройства.
 
Я не инициировал трудоустройство Андрея, он был лишь одним из тех людей, кого Игорь Сергеевич рассматривал как кандидатуру на должность директора МУПВ.
 
Решение о трудоустройстве Лушникова А.В. принимал, естественно И.С. Пушкарев, который дал распоряжение Черепановой А.Н. и Эповой Н.М. выдавать доплаты к зарплате Лушникова А.В. в МУПе, доводя сумму до 200 тыс. рублей из принадлежащих Игорю денежных средств, хранящихся у них в кабинете в сейфе.
 
Я в свою очередь получал эти доплаты у Черепановой А.Н. и передавал Лушникову А.В. при встрече, это было его пожелание, о котором мне говорил и Игорь.
 
Это не было подкупом, а лишь способом удержать его на месте как специалиста высокого уровня. 
 
Как часто я передавал эти доплаты Лушникову А.В., я уже не помню и не считаю это важным, так как это не был подкуп и выгоды (интереса) от деятельности Лушникова А.В. в должности директора МУПа для нас с братом и для «Востокцемента» не было.
 
О взыскании задолженностей речи быть не могло, так как это означало бы банкротство МУПВ и сокращение рабочих мест, чего И.С. Пушкарев не хотел ни в коем случае. 
 
Повлиять на то, чтобы вся зарплата Лушникова А.В. была официальной в администрации города, во-первых, было не в моей компетенции и не было моей заботой, а во-вторых, от Игоря Сергеевича мне было известно, что у муниципальных служащих и сотрудников МУПов есть определенный потолок зарплат, больше которого сделать её невозможно. 
 
Я имел информацию о задолженности МУПВ перед «ДВ-Цементом» в ежедневном режиме, а также знал о происходящих процессах внутри предприятия от своих коллег, которых в свою очередь информировали сотрудники МУПа, ранее работавшие у нас.
 
Причина, которая влияла на принятие решения о продолжении сотрудничества с МУПом, была только одна – прямое указание на это Игоря Сергеевича Пушкарева.
 
До 2011 года на всех совещаниях в ООО «Востокцемент», практически каждую неделю мы просто констатировали проблему в виде неплатежей МУПа, в том числе на совещаниях с участием брата.
 
Обсуждения никакого не было, Игорь говорил, что так надо, что это наша социальная нагрузка. Подтвердить это могут практически все топ менеджеры компании, работавшие на тот момент. 
 
В нашей компании два раза одни и те же вопросы задавать руководству не принято, Игорь сказал когда-то, что МУПу грузим столько сколько им нужно, поэтому и продолжали сотрудничество.
 
Сотрудники периодически говорили и писали служебные записки мне о том, что долг МУПВ это большая проблема для компании, но я давал указание работать дальше. Все последующие годы, как минимум раз в год, на совещаниях по подведению итогов работы за прошедший период, в презентациях и на словах мы продолжали говорить Главе города о проблеме с долгом МУПа.
 
Еще могу отметить, что инициативу по замене директора МУПВ я не проявлял, с констатацией кризиса в руководстве МУПа ко мне обратился Игорь Сергеевич и задал вопрос: могу ли я кого ни будь предложить, а мне кроме Лушникова А.В. предложить было некого.
 
В предъявленном мне обвинении Лушников А.В. указан как наше доверенное лицо, что не соответствует действительности.
 
Лушников А.В. просто зарекомендовал себя с положительной стороны своей работой в 2010 году, а до этого своей работой на заводе Аврора.
 
Он не является ни родственником, ни одноклассником или однокурсником, у нас нет с ним никаких общих друзей и знакомых, мы никогда не проводили общий досуг, не дружили семьями и так далее. 
 
Кроме того, с доверенных лиц не требуют ежемесячного расчёта, дабы не переплатить лишнюю копейку по зарплате, а все делается на доверии.
 
Также доверенные лица, как правило, не работают на одну зарплату, а получают еще премии, вознаграждения и так далее, участвуют в других проектах, возможно имеют долю в бизнесе.
 
В ходе рабочих контактов с Лушниковым А.В. я к нему ни с какими просьбами не обращался, а обращался только с рабочими вопросами.
 
Во-первых, я просил Лушникова заранее меня информировать о планах МУПВ в части потребления строительных материалов, так как к этому нам нужно было заранее готовиться, особенно это касалось производства асфальта, так как сырье (битум) покупается из других регионов страны, по предоплате, с большими сроками поставки.
 
Я и мои коллеги периодически подвергались критике со стороны Игоря за неспособность обеспечить МУП нужным объемом и качеством материалов.
 
Во-вторых, было много технических вопросов взаимодействия, которые наши подчиненные не могли решить сами (качество, режим работы и др).
 
Так как с МУПВ уже была выстроена определенная схема взаимодействия, мне было проще обратится к Лушникову А.В. и слаженно выполнить эту работу совместными усилиями.
 
Информацию об условиях, необходимых для заключения муниципальных контрактов я не требовал от Лушникова, а наоборот просил Игоря, чтобы «Востокцемент» в этом процессе никак не участвовал.
 
До прихода Лушникова А.В. сложилась практика, когда «Востокцемент» выступал поручителем по контрактам, это мы делали по указанию Игоря Сергеевича. 
 
Для нас это было тоже бременем, хоть и не требовало каких-то затрат, это отражалось на возможностях брать кредиты в банках и влияло на размер кредитной ставки, которая для нас повышалась.
 
Во все времена основным направлением деятельности нашей компании являлось производство и реализация цемента, самую значительную долю доходов и прибыли мы получали от этого направления. 
 
Естественно, что особое внимание и большая часть времени у меня и моих коллег посвящалось этой деятельности, в том числе и с 2009 по 2015 год.
 
Необходимо особо указать, что из письма генерального директора ООО «Востокцемент» В.А. Иванова, приобщенного к делу с ходатайством обвиняемого И.С. Пушкарева и его защитников о прекращении уголовного дела от 06.10.2017, следует, что доля прибыли МУПВ «Дороги Владивостока» по группе компаний за 2006-2015 г.г. могла бы составить 1,4 %, при условии оплаты полученных материалов МУПом.
 
За весь период хозяйственных отношений ГК «Востокцемент» с МУПВ «Дороги Владивостока» никаких мер к взысканию задолженности МУПа не принималось, так как на то не было воли Игоря Сергеевича и, как следствие руководства «Востокцемента». 
 
Мне известно, что МУПВ «Дороги Владивостока» неоднократно взыскивали в судебном порядке с администрации города дебиторскую задолженность.  
 
Как я уже пояснял, с 2011 года мне стало очевидно, что кроме реально больших убытков от МУПа нам ждать ничего не стоит, долги не будут возвращены никогда. Также Востокцемеент отягощали поручительства, которые выдавались МУПу для заключения контрактов.
 
Помощь работе МУПВ в период работы Лушникова А.В. с 2012 по 2014 года заключалась не только в поставке материалов по льготным ценам и с отсрочкой платежей, но и по иным направлениям деятельности. 
 
Например, из-за нехватки места на своей базе Лушников А.В. обратился ко мне с просьбой дать площадку под производственные нужды МУПВ, им негде было складировать и готовить песко-солевую смесь, складировать снег в зимний период. 
 
Мы пошли навстречу МУПВ и сдали в аренду участок на территории ОАО «ВБЩЗ» в отработанном карьере, арендная плата была символической.
 
В итоге, контролирующие органы наказали «ВБЩЗ» за то, что мы солью и снегом загрязнили там сточные воды, что в конечном итоге привело к судебным тяжбам с департаментом природопользования Приморского края и завод чуть не лишился лицензии на недра по этому основанию.
 
И таких примеров совместной работы, доставлявшей только хлопоты и проблемы, было много, то есть все примеры говорят о том, что работа с МУПом была нецелесообразной.
 
В течение всего хода расследования я просил следователей и прокуроров, когда рассматривались ходатайства следователей о продлении сроков ареста, объяснить мне, кому я принес убытки, в чем моя вина и в чем моя корысть. 
 
Ответа на эти вопросы мне никто не дал. В судебных заседаниях мне и моим защитникам говорили, что следователи и прокуроры не обязаны отвечать обвиняемому на его вопросы.
 
Следствие не пожелало проводить экспертизу по исследованию всех хозяйственных взаимоотношений МУПВ «Дороги Владивостока» и ГК «Востокцемент» за 2008-2016 года, исследовать факты оплаты или неоплаты полученных материалов, что необходимо было сделать еще до возбуждения уголовного дела. 
 
Это исследование показало бы наглядно, что не было оснований для предъявления мне обвинения, в том числе подтвердились бы факты:
 
1) отсутствия материальных выгод от сотрудничества ГК «Востокцемент» с МУПВ «Дороги Владивостока»,
 
2) того, что Лушников А.В. не совершал никаких действий или бездействия в моих и И.С. Пушкарева интересах.
 
В любом случае, я никак не могу являться лицом, совершившим коммерческий подкуп группой лиц, так как я не являлся собственником денежных средств, получаемых Лушниковым А.В., а эти средства принадлежали моему брату – И.С. Пушкареву. 

Я только лишь получал ранее согласованные между братом и Лушниковым А.В. суммы доплат и передавал их при встрече, ни единой копейки из этих доплат не были моими средствами и прав на них я не имел.

Это также подтверждается и формулировками записей на бланках ордеров, изъятых у Эповой Н.М. и Черепановой А.Н.: «доплата Лушникову через АС», что подтверждает изложенные мной сведения о том, что я производил передачу Лушникову чужих денежных средств, так как приписка «через» имеет именно такое значение, это ключевое слово.
 
Если бы деньги принадлежали мне (А.С. Пушкареву), то было бы указано «доплата Лушникову от АС», это вполне логично, равно как и логично то, что будь я распорядителем средств из сейфа Эповой Н.М. и Черепановой А.Н., мне не было бы необходимости брать займы и авансы в размере от 10 000 рублей, при этом доплачивая Лушникову А.В. в районе 150 000 рублей.
 
Обвинением мне, моему брату И.С.Пушкареву, Лушникову А.В. и моим родственникам предъявлен гражданский иск на сумму 471 783 402 рублей в пользу М.О. «Владивостокский городской округ» и 143 695 439 рублей в пользу МУПВ «Дороги Владивостока».

Эти исковые требования я не признаю, так как никакого ущерба городу Владивостоку и МУПВ «Дороги Владивостока» никто из нас не причинил, получение дивидендов моими родственниками не связано с отношениями ГК «Востокцемент» и МУПВ «Дороги Владивостока», а дивиденды начислены совершенно от иной деятельности.

Подтвердить источник получения дивидендов и долю в этом от так и неполученной прибыли от работы с МУПВ, возможно только путем финансовой экспертизы, которая так и не была проведена.

Иск не подтвержден доказательствами и не обоснован также, как и предъявленное мне обвинение.

Уже более 2,5 лет я нахожусь под арестом по обвинению, которое не имеет ничего общего с реальным положением дел. Это время я мог бы посвятить воспитанию моих малолетних детей, заниматься своим лечением, состояние моего здоровья в последнее время ухудшилось, мне нужно срочно возобновлять восстановительные операции. 
 
Полагаю, что я не совершил никакого уголовного преступления, а убытки при моем участии причинены только ООО «Востокцемент» - это единственное лицо, которое может предъявлять ко мне какие-либо претензии. 
 
Изменение своих прежних показаний объясняю желанием рассказать правду и надеждой на справедливое правосудие. Изложенные показания прошу приобщить к протоколу судебного заседания.
Поделиться: